Ссылки для упрощенного доступа

Ярославские страдания. Илья Мильштейн – про адвоката Ковалева


Защита садиста в уголовном суде – дело практически безнадежное. Тем более целой группы мучителей в погонах, чьи издевательства над заключенным засняты на видео и уже породили громкий скандал. Непонятно, как отмазывать клиента, если все его подельники сидят на скамье подсудимых вместе с ним, большинство задержанных признало вину и приговор кажется предрешенным.

Рассказывать о трудном детстве подзащитного? Ну кто поверит. Взять за образец заявление заместителя главы ФСИН Анатолия Рудого, указавшего на то, что запытанный – очень плохой человек и сам довел до греха сотрудников исправительного учреждения? Да, но очень плохих тоже пытать нельзя. Или вслед председателем Совета по правам человека Михаилом Федотовым посетовать на низкие зарплаты инспекторов – дескать, платили бы им побольше, они бы являли собой чудеса гуманизма и милосердия? Однако в Уголовном кодексе не сказано, что нехватка денег может стать смягчающим обстоятельством для садиста.

Получается, тупик. Клиент обречен. Наказание неминуемо. А это значит, что наблюдать происходящее в Заволжском райсуде Ярославля, где арестовали в общем счету семерых проходящих по делу о пытках в колонии №1, не слишком интересно. Как и размышлять о том, смягчатся ли после этого процесса нравы в российских тюрьмах и лагерях. Нравы не смягчатся, но придурковатых извергов, имевших глупость регистрировать свои преступления, непременно посадят. Одних посадят, а другие станут действовать поосторожнее.

Адвокат Василий Ковалев, о котором до сей поры мы ничего не слышали, с этим не согласен. Он защищает младшего инспектора Бровкина, того парня в черной футболке, который на видео допытывается у избиваемого, зачем он обозвал его "рыжей псиной", и настроен по-боевому. Дело в связи с процессуальными нарушениями Ковалев вчера просил прекратить, а в качестве существеннейшего довода в защиту Бровкина, да и всех его коллег, использовал аргумент довольно неожиданный.

На основании чего вообще было заведено дело? – задался вопросом адвокат. "На основании видео "Новой газеты", которая получила его от "Общественного вердикта". А что это за организация и что за люди там работают? "Я зашел на сайт "Общественного вердикта", – сообщил суду Ковалев, – и посмотрел ее партнеров. Я по списку всех не помню, но это крупнейший благотворительный фонд Джона и Кэтрин Макартур из США, региональная организация "Открытая Россия", нежелательная в России, норвежско-финский комитет и даже королевство Нидерландов в лице МИД". Вот какие, понимаете ли, нежелательные организации, если не прямые враги народа, подняли руку на администрацию нашей исправительной колонии.

Когда люди с родными до боли лицами грозятся "засунуть торпеду" в задний проход оступившемуся гражданину, поневоле начинаешь мыслить диалектически

И неважно, кто там на самом деле объявлен нежелательной организацией, кто не объявлен и где располагается Норвежский Хельсинкский комитет. Какая разница! Важно, что в адвокатских обвинительных речах дышит время, и ярославские следователи, которые допрашивали задержанных, и столичный СКР, у которого это дело на контроле, и судьи, отправившие подозреваемых под арест, – все они предстают пособниками Госдепа, Джона и Кэтрин Макартур, Михаила Ходорковского и нидерландской королевы.

А ежели учесть еще и сопровождающие скандал слухи о том, что при добывании и публикации видеозаписи не обошлось без помощи ФСБ, то как тогда оценить случившееся? Выходит, что и в этой государствообразующей конторе есть люди, сочувствующие российским смутьянам и их иностранным спонсорам? Иначе никак не выходит. Им объявляет войну и с ними сражается отважный адвокат Ковалев, хотя пока и безуспешно.

Правда, тут возникает некоторая путаница, в которой хочется разобраться. К примеру, узаконенные пытки, о которых все знают, на стадии следствия и отбывания наказания, – это хорошо для России или плохо? И если не очень хорошо, то почему данной проблемой озабочены в Вашингтоне, Лондоне, Хельсинки и Амстердаме, а дома у нас не слишком обеспокоены, и нужно, чтобы безвестные патриоты Отечества слили эти сведения в прессу вместе с ужасающими картинками, чтобы заработали наконец российские следственные органы? А если их самих начнут пытать, Бровкина и прочих, – это с точки зрения патриотической, то есть для борьбы с нежелательными организациями, как будет: хорошо или плохо? И что в принципе делать с системой ФСИН, дабы хоть немного ее очеловечить? Полностью разогнать или частично, оделив надзирателей неслыханными зарплатами, чтобы они подобрели?

Все вопросы, как видите, серьезные, только вряд ли их удастся разрешить в ходе заседаний провинциального районного суда.

Тем не менее хочется от всей души поблагодарить адвоката Ковалева за то, что он к этим проблемам привлек наше внимание. Взявшись за практически безнадежное дело, он показал нам, как сложно устроен русский тюремный мир и сколько таится в нем разных загадок. Неразрешимых, в сущности, ибо когда люди с родными до боли лицами грозятся "засунуть торпеду" в задний проход оступившемуся гражданину, а вступаются за потерпевшего явно нежелательные на нашей земле господа, то поневоле начинаешь мыслить диалектически.

Там явные садисты, здесь очевидные русофобы – и поди разбери, кто прав. Ясно лишь, что поразительная речь адвоката Ковалева войдет в анналы российской юриспруденции – и потомки по ней сумеют воссоздать нынешнюю эпоху и как-то, что ли, осмыслить ее и судить о ней. А нам, пожалуй, не постичь.

Илья Мильштейн – журналист

Высказанные в рубрике "Право автора" мнения могут не отражать точку зрения редакции

Комментарии премодерируются, их появление на сайте может занять некоторое время.

Рекомендованое

XS
SM
MD
LG