Наверно, британцам есть чем гордиться – несмотря на все экономические и прочие передряги, уровень солидарности с Украиной в Великобритании остается одним из самых высоких среди стран Запада. Выше этот показатель только у населения Восточной и Северной Европы. Но граждане соседних с Россией государств видят в войне прямую и немедленную угрозу своей собственной безопасности, ожидая, что военные действия могут в любой момент перекинуться и на их территорию. В британском же случае речь идет о солидарности по большей части альтруистской.
Опросы показывают, что жителей страны больше всего беспокоят последствия войны именно для украинского гражданского населения (77 процентов). За этим следуют опасения относительно ее воздействия на экономику Великобритании (71 процент) и национальную безопасность (67 процентов). То есть модные жалобы на якобы заметную морально-нравственную деградацию национального характера британцев оказываются несостоятельными или очень сильно преувеличенными.
По-прежнему практически во всех слоях общества люди живо откликаются на ощущение несправедливости, которую они готовы помочь исправить, даже если это потребует материальных жертв с их стороны. Так, например, более половины населения согласны с необходимостью сохранять жесткие антироссийские санкции, даже если это напрямую ведет к росту собственных расходов на продукты питания и электроэнергию. Играет свою роль и давняя национальная традиция сочувствия более слабой стороне в силовом конфликте.
При всем при том надо признать: уровень поддержки несколько упал по сравнению с моментом начала российского вторжения. В феврале 2022 года он достигал 68 процентов опрошенных, а теперь снизился до 53, то есть почти на четверть. Увы, так работает в современном информационно перегруженном обществе людское внимание: население устает от войны, новости из Украины и России часто отходят на второй план. Сообщения о гибели мирных жителей и уничтожении объектов украинской инфраструктуры уже редко попадают в сводки главных новостей дня, они стали казаться чем-то обыденным. Но все равно, 53 процента – это совсем немало, явное большинство, особенно учитывая, что против нынешнего уровня материальной и моральной поддержки Украины выступают лишь 16 процентов опрошенных. (Остальные колеблются и не могут определиться).
Именно поэтому политическая элита страны едина в своем отношении к конфликту: редкий случай, когда между позициями лейбористов и их главных идеологических противников – консерваторов – нет сколь-либо серьезных отличий. Когда крайне популярный в Киеве Борис Джонсон ушел с поста премьера, в Украине волновались: не ослабнет ли британская поддержка? Но ничего не изменилось ни при его консервативных последователях, ни после прихода к власти лейбористов.
Даже лидер правопопулистской партии Reform UK Найджел Фарадж вынужден был скорректировать свое отношение к России и лично Путину, которого он в свое время называл самым достойным восхищения политиком в мире ("Я восхищаюсь им как оператором, а не как человеком", – оговаривался Фарадж). Одно время он винил НАТО и Запад в "провоцировании" войны в Украине, но теперь публично говорит иное: заявляет, что основная вина лежит на Владимире Путине и что само вторжение является "аморальным, возмутительным и неоправданным". Никакого больше восхищения, теперь Фарадж все чаще называет его "очень плохим парнем" и "нерациональным человеком". И даже отказался публично поддержать своего друга и ментора – президента Трампа, когда тот решил снять часть санкций с России, объявил о "дизельной сделке" и потребовал ухода Владимира Зеленского.
Против нынешнего уровня поддержки Украины выступают лишь 16 процентов опрошенных
Новое обострение отношений между Вашингтоном и Киевом было болезненно воспринято в Лондоне. Настолько, что принято решение оказать главе украинского государства максимально возможную, даже демонстративную моральную поддержку. В который уже раз его тепло принял король Карл III, разумеется, по рекомендации правительства. И то ли сам премьер-министр Бёрнем, то ли кто-то в его окружении додумался до беспрецедентного жеста – у резиденции на Даунинг-стрит в честь Зеленского был выстроен почетный караул королевских гвардейцев в традиционных красных мундирах и "медвежьих" шапках. И хотя смотрелись они там несколько нелепо – все же место им у Букингемского дворца, а не в тесном дворике у черной двери с номером 10, но все же видно было, что украинский президент был растроган, жест он явно оценил.
К тому же Бёрнем выполнил свое обещание, что Зеленский "вернется из Лондона не с пустыми руками". Было объявлено о новом пакете военной помощи на сумму 45 миллионов фунтов стерлингов, предназначенном для укрепления противовоздушной обороны Украины в преддверии зимы. Обязательства, взятые на себя правительством Великобритании во время визита и сразу после него, включают также ускоренные поставки легких многоцелевых ракет. Они доказали свою высокую эффективность при сбивании российских беспилотников с реактивными двигателями, нацеленных на энергосистему Украины.
Кроме того, британское правительство объявило о выделении новых целевых средств на ремонт инфраструктуры Чернобыльской АЭС, пострадавшей в результате удара российского дрона. Великобритания пообещала продолжить разработку и адаптацию инновационных технологий в области радиоэлектронной борьбы, в частности системы Stone Cloak, создающей помехи слежению. Она должна помочь украинским беспилотникам обходить российские системы ПВО. Премьер-министр Бёрнэм также взял на себя обязательство подготовить новые экономические санкции против Москвы, а министр финансов Джон Хили активно оказывает давление на союзников, добиваясь полного запрета на импорт российского сжиженного природного газа (СПГ).
Неудивительно, что такие новости вызвали яростную реакцию в Москве. Впрочем, там уже давно принято считать Великобританию главным врагом России на Западе. Как утверждают британские официальные лица, российские спецслужбы ведут планомерную "гибридную войну" против Соединенного Королевства, причем существует реальная угроза эскалации этой войны, включая террористические акты и саботаж. Особенное беспокойство вызывают разведывательные операции российского военно-морского флота – считается, что Россия разрабатывает планы повреждения подводных кабелей, соединяющих Британию с внешним миром. Выступая на днях в штаб-квартире британской контрразведки MI5 в Лондоне, глава этого ведомства сэр Кен Маккаллум нарисовал мрачную картину растущих угроз национальной безопасности, с которыми сталкиваются Соединенное Королевство и весь мир. "Мы вступили в новую эру, требующую новых мер реагирования… Те, кто желает вреда Великобритании, не нападают лишь на объекты, контролируемые правительством… Этим нападениям подвергаются люди, предприятия, сообщества", – заявил он, подчеркнув, что "Россия остается агрессором номер один".
Последний пример: после того, как Москва сочла доказанным использование Украиной британских беспилотников, представитель МИД РФ Мария Захарова угрожала "тяжелыми последствиями". И вот новость: арестован 31-летний британец по имени Джошуа Каммидж. Его обвиняют в том, что он получил задание провести разведку и подготовить акты саботажа против четырех предприятий в городе Суиндон, поставляющих дроны Украине. Согласно перехваченной переписке, его завербовал некий Айден Миннис, один из горстки британцев – на пальцах одной руки можно пересчитать, – отправившихся воевать на российской стороне против Украины. Он "прославился" тем, что выложил в сеть видео, на котором сжигает британский паспорт, объясняясь в жгучей ненависти к своей родине и любви к путинской России. Для контраста – на украинской стороне воевали или воюют сотни (а по некоторым подсчетам даже тысячи, проверить цифры невозможно) британских добровольцев.
После массовой высылки из Великобритании российских разведчиков и ужесточения визового режима спецслужбам России приходится опираться в основном на личностей, готовых на все ради заработка. Двух украинских юнцов завербовали, чтобы поджечь дом, принадлежавший бывшему премьер-министру Киру Стармеру. И целую бригаду болгарских сомнительных типажей направили с заданием убить Христо Грозева и Романа Доброхотова, разоблачителей спецопераций российской военной разведки и ФСБ. Но такие агенты не блещут профессионализмом, совершают глупые ошибки и попадаются. А засылать в Британию новых Петровых и Бошировых стало гораздо сложнее.
На днях премьер-министр Бёрнем сделал в парламенте наделавшее много шума заявление. Он сообщил, что после вступления в должность получил подтверждения вмешательства России в референдум 2016 года о выходе из ЕС. И тут грянул гром. С яростными нападками на премьера обрушились правые политические лидеры, включая деятелей партии консерваторов и Reform UK Найджела Фараджа. Типичное заявление в этом духе сделала организация Britain Unbound. Высказывания Бёрнэма представляют собой "еще одну грубую попытку подорвать легитимность решения, принятого британским народом в 2016 году... оскорбительно предполагать, что избирателей так легко одурачить", говорится в этом заявлении.
Может показаться, что эти критики слышали не премьера, а кого-то другого, сказавшего нечто совсем иное. Или притворяются, чтобы увести разговор в сторону. Ведь Бёрнем, наоборот, все время твердит об уважении к результатам референдума, разочаровывая тем самым наиболее страстных сторонников возвращения в ЕС и тесного сотрудничества с континентальной Европой. И в парламенте он говорил лишь о факте российского вмешательства, вовсе не утверждая, что этот факт мог определить исход голосования. Заместитель министра иностранных дел Стивен Даути в интервью Би-би-си опроверг утверждения, что Бёрнэм поднимает вопрос о вмешательстве России в референдум потому, что "хочет вновь присоединиться к ЕС… Он высказывает более общую точку зрения о попытках России дестабилизировать нашу демократию… Россия явно пыталась вмешаться в ряд наших демократических процессов… они ведут против нас информационную войну: только в этом году они ассигновали 1,5 миллиарда фунтов стерлингов на дезинформацию и пропаганду", – сказал Даути.
Россия явно пыталась вмешаться в ряд наших демократических процессов
Энди Бёрнем ни словом не обмолвился об этом, но есть и другие мнения: что демократичность такой процедуры, как референдум 2016 года, вызывает законные сомнения. Разве это демократия, когда судьба страны на десятилетия вперед определяется почти случайным, на грани погрешности – 51 процент против 49 – преимуществом одной стороны над другой? Итоги голосования, возможно, были продиктованы не только иррациональным национализмом, но порой и смутными, сиюминутными соображениями. Например, некоторые объясняли свое решение голосовать против членства в ЕС желанием наказать правительство или банки, или отомстить городским средним слоям за "предательство интересов рабочего класса".
Немалую роль сыграла и откровенная дезинформация. Так, я сам слышал от нескольких рабочих и строителей, что голосовать надо за Брекзит для того, чтобы не допустить появления мечетей на каждом углу. Эту мысль внушили им – через соцсети – местного масштаба инфлюэнсеры, связанные с крайне правыми организациями. И с самого начала было понятно, что итоги могут оказаться иными через считанные годы – собственно, это уже доказано. Опросы показывают: пройди референдум сегодня, Британия осталась бы в ЕС.
Недаром в других западных странах для столь роковых, судьбоносных решений требуется явное, квалифицированное большинство. В британском же случае страна разделилась практически пополам, и это само по себе вызвало острейший политический и моральный кризис, когда одна половина злорадно торжествует, обвиняя другую в отсутствии патриотизма, а та, другая, пребывает в отчаянии от кажущегося несправедливым поражения и дышит ненавистью к половине первой. И болезненный раскол продолжается, при том, что теперь все перевернулось, и страна в целом сожалеет о сделанном.
Большинство обозревателей считает, что российское вмешательство не могло определить исход референдума. Но не все уверены в таком выводе – ведь при столь крохотном разрыве даже незначительный сдвиг мог оказаться решающим. И упорное нежелание власти расследовать российскую роль выглядит подозрительно. Речь не о том, что внутри британского истеблишмента действует российская агентура, а о том, что авторы Брекзита смертельно боялись и боятся до сих пор, что такое расследование может-таки поставить итоги голосования под сомнение.
Через четыре года после него авторитетная парламентская комиссия подготовила Russia Report – обстоятельное рассмотрение подрывной деятельности России в Британии. В нем было отмечено "странное отсутствие любопытства" правительства в отношении возможного российского вмешательства в ход референдума. "Великобритания просто старательно закрывала глаза на происходящее" – это мнение Кира Джайлса, признанного эксперта НАТО по российской дезинформации, разделяют многие и в Британии.
В ноябре 2017 года газета The Times провела собственное расследование в соцсетях, обнаружив, что в российском твиттере на протяжении 48 часов перед и во время референдума было опубликовано 40 тысяч постов о Брекзите. Их распространяли 150 тысяч аккаунтов, и подавляющее их большинство агитировали за выход Британии из ЕС – считается, что именно на такой результат рассчитывал Кремль, полагая, что он ослабит европейское единство. Большинство этих постов были произведены автоматическими ботами.
Свое расследование провели также эксперты лондонского университета City University. Они нашли в соцсетях 65 тысяч постов. Некоторые аккаунты, их распространявшие, старались создать впечатление, что принадлежат британцам, но почему-то были активны только в рабочие для России часы. Группа активистов 89up насчитала 261 статью, посвященную Брекзиту, опубликованную на английском языке российскими пропагандистскими СМИ на протяжении шести предшествовавших референдуму месяцев. Многие из этих публикацией содержали откровенную дезинформацию. Они были скопированы в соцсетях миллионы раз (134 миллиона просмотренных страниц) – это почти в три раза больше количества, достигнутого лидерами кампании в поддержку Брекзита внутри самой Британии – организациями Vote Leave и Leave.the EU – вместе взятыми.
Раздающиеся в Москве все более свирепые угрозы не испугали британское общество
Энди Бёрнем не скрывает, что, не ставя пока вопрос о возвращении в ЕС, он стремится наладить сотрудничество с Европейским союзом. И прежде всего в области безопасности и в деле поддержки Украины в ее противостоянии российской агрессии. Британия призывает европейских лидеров использовать замороженные суверенные активы России для прямого финансирования обороны и восстановления Украины. До сих пор западные страны направляли Украине только проценты, полученные от замороженных средств. Теперь правительство Бёрнема настаивает на изъятии основного объема активов.
Основная часть замороженных российских средств (около 200 миллиардов евро) находится на территории ЕС, главным образом в бельгийском депозитарии Euroclear. В самой Британии тоже есть замороженные средства, но не столь значительные – примерно 25 миллиардов фунтов. Бельгия и ряд других стран ЕС ранее возражали против полной конфискации, ссылаясь на международное право и финансовые риски, однако Великобритания совместно со Швецией, Польшей и другими союзниками теперь решила попытаться переубедить бельгийцев и других сомневающихся. Ранее против такого решения категорически возражала Венгрия, но после прихода к власти нового правительства появились шансы договориться с Будапештом. Выступая на Варшавском форуме по безопасности, министр иностранных дел Эд Милибэнд подчеркнул, что Великобритания готова действовать сообща с ЕС, назвав решение по российским суверенным фондам "важнейшим сигналом для Владимира Путина".
Судя по всему, раздающиеся в Москве все более свирепые угрозы в адрес Лондона не испугали британское общество, скорее наоборот. Чем яростнее пытаются британцев напугать, тем сильнее их решимость противостоять этим угрозам и предпринять ответные действия. Это называется: эффект, обратный желаемому.
