Ссылки для упрощенного доступа

Останкино разжигает. Искусство сеять ненависть. "Грани времени" с Мумином Шакировым


Артур Шейнин, Ольга Скабеева. Коллаж
Артур Шейнин, Ольга Скабеева. Коллаж

Мумин Шакиров и его гости подводят итоги 4-й недели 2022 года

Информационная война – главное оружие Москвы для поддержания высокого градуса напряжения между Кремлем и Западом. Как "телекиллеры" федеральных телеканалов промывают мозги населению России и готовят граждан к войне с Украиной? Чем ближе танки Путина к украинской границе, тем более изощренно кремлевские пропагандисты выворачивают облик Украины.

Мумин Шакиров обсуждает эту и другие темы и подводит итоги недели с украинским журналистом агентства УНИАН, более десяти лет проработавшим в Москве, Романом Цымбалюком; корреспонденткой издания "Крым.Реалии" Анной Андриевской и старшим научным сотрудником Института США и Канады Александрой Филиппенко.

Видеоверсия программы

Фейки кремлевской пропаганды

Фейки кремлёвской пропаганды
пожалуйста, подождите

No media source currently available

0:00 0:04:18 0:00

Мумин Шакиров: Мой гость – Роман Цымбалюк. Роман, в чем причина вашего недавнего отъезда? Пишут, что дело касалось вашей личной безопасности.

Роман Цымбалюк
Роман Цымбалюк

Роман Цымбалюк: Было, конечно, приглашение в прокуратуру. Но на самом-то деле я просто соскучился по родине. 13 лет за границей, и я решил, что нужно все-таки сверить часы дома и посмотреть, как у нас тут происходит. Я начал смотреть российский телевизор – и понял, что надо лично вернуться в Киев и вместе с украинским народом ждать, когда мы замерзнем, когда мы обанкротимся и так далее. Ребята думают, что мы ждем, когда они нас освободят. Я хочу напомнить гражданам России: на сегодняшний день средняя зарплата в Украине – 623 доллара, В России – 690. Пройдет еще чуть-чуть времени, и по этому показателю Украина будет впереди. Минимальная зарплата в Украине – 232 доллара, а в России – 160. Поэтому я хочу сразу поправить: мы все знаем, что несет Россия, – она несет русскую смерть, смотри "усыпление Донецка и Луганска".

Мумин Шакиров: Вы несколько лет участвовали в телевизионных шоу, где "телекиллеры" делали свое дело. Первая версия: это мазохизм? Вторая версия – у вас была исследовательская цель. И третья версия: может быть, вы это делали для того, вставить свои пять копеек, чтобы поменять сценарий?

Роман Цымбалюк: Можно отчасти со всем согласиться. Я считаю, что я прошел школу Оли Скабеевой. У меня нет диплома, но, в принципе, я очень многому научился в части быстроты реакции и скорости мысли. И теперь я точно знаю, как работает российская пропаганда. Я вывел здесь закон, который звучит просто: российские СМИ – это не СМИ, это информационные войска, и они всегда врут.

Мумин Шакиров: Насколько эффективно или эффектно разжигает ненависть "Кремль ТВ" в России и каковы плоды этого труда?

Роман Цымбалюк: Плоды есть. Три четверти граждан Украины абсолютно убеждены в том, что Россия – это враг. Спасибо Оле, спасибо Жене Попову, они здесь молодцы. Уровень поддержки вступления в НАТО на историческом максимуме. Они нас убедили в том, что они для нас являются врагами.

Мумин Шакиров: Каковы плоды труда в России?

Роман Цымбалюк: Я думаю, кое-что они говорят правдивое. Когда они сказали, что нас учат стрелять в русских, они же не врут. Они, правда, не добавляют очень важный момент: русских, которые придут на украинскую землю.

Мумин Шакиров: Вас перестали приглашать на российское телевидение потому, что вы оказывали четкое сопротивление? Или просто потому, что ваше время ушло?

Роман Цымбалюк: Этот вопрос не ко мне. Я живу таким образом, что меня нигде никто оскорблять не будет – ни здесь, ни тем более там.

Телепропагандисты – это профессиональные солдаты, и как только красный фонарик выключается, с ними можно пить чай, общаться

Мумин Шакиров: А вы были боксерской грушей, на которой отрабатывали пропагандистские приемы?

Роман Цымбалюк: У нас многие люди после этого становятся нерукопожатными в Украине. У меня таких проблем нет. Меня везде любят, везде приглашают. Так что все нормально.

Мумин Шакиров: Изменилось ли к вам отношение обычных россиян, если вы оказывались вне профессиональной среды? Была ли какая-то неприязнь?

Роман Цымбалюк: Действительно, влияет телевизор на мозги россиян, и я частенько сталкивался с тем, что кто-то пытался рыкнуть на меня на улице. Но тайна русского характера и секрет телевизора влияют так, что если ты дашь понять человеку на улице, что "тоже не будешь меня здесь обижать", он сразу успокаивается. И все у меня было хорошо.

Мумин Шакиров: То есть в быту проявления ксенофобии были?

Роман Цымбалюк: Несколько раз сталкивался с ситуациями, что мне предлагали ответить за весь украинский фашизм. Иногда надо бежать, а иногда надо драться – в зависимости от ситуации.

Мумин Шакиров: Вы знакомы со многими "телекиллерами", в том числе и со Скабеевой, у которых, как вы говорите, многому научились. Они верят в то, что говорят? Или ничего личного, только бизнес?

Роман Цымбалюк: Возможно, зомбирование все-таки влияет на мозжечок. Когда ты говоришь: "Нацисты! Нацисты!" – наверное, они где-то действительно откладываются. Но, по сути, телепропагандисты – это профессиональные солдаты, и как только красный фонарик выключается, с ними можно пить чай, общаться...

Мумин Шакиров: Вы общались с ними за кулисами?

Роман Цымбалюк: Да.

Мумин Шакиров: И это приятные собеседники?

Роман Цымбалюк: Я вообще люблю высокоинтеллектуальные беседы с образованными людьми. В этом отношении никаких проблем не было.

Мумин Шакиров: То есть чувства брезгливости не возникает? То, чем они занимаются, – это ненависть, ксенофобия и уничтожение образа Украины, к которой вы принадлежите.

Роман Цымбалюк: Я же не просто так сказал, что их работа имеет вторую сторону. Они всех нас очень многому научили, не только меня. А брезгливость... Врач не может так относиться к пациентам. Это очень интересный опыт.

Мумин Шакиров: Мы знаем историю, когда Артем Шейнин, один из "телекиллеров" Первого канала, оказался на шопинге за границей. И некий гражданин Украины...

Роман Цымбалюк: Валерий Маркус...

Мумин Шакиров: ...чуть не побил его, плюнул ему в лицо. Тот, смахнув слюну, вместе с женой пошел дальше. На ваш взгляд, это был для него неприятный момент, он это тяжело переживал или через пять минут забыл?

Роман Цымбалюк: Да нам все равно, что он чувствовал, переживал он или не переживал. Мне, как гражданину Украины, все равно. Вопрос немножечко в другом. Эта история показала: "пропагандонов", которые такие великие в своих студиях, когда их окружают российские лизоблюды, и они пытаются пинать поляков, американцев, потомков великих укров, если хотя бы чуть-чуть это равноправный словесный поединок, их будут рвать как Тузик грелку. Их величие строится исключительно на том, что вся эта команда работает на это. Они не являются какими-то эксклюзивными оппонентами в части владения словом, скорости мысли или реакции.

Мумин Шакиров: То есть в равных условиях мы увидим совершенно другую картину?

Роман Цымбалюк: Конечно, они будут говорить: "Ой, ладно... И что, что мы оккупанты?" А как это подыгрывается?.. Кстати, когда была последняя программа, я думал им сказать: "Ребята, еще раз я такое увижу..." Я же не смотрю "свои" программы, потому что я и так там был. Как манипулируется? Человеку, которого надо сделать дураком, ему просто выключают звук в микрофоне в аппаратной. В принципе, мы до этого не дошли, потому что мы пожелали друг другу успехов.

Мумин Шакиров: А кто этот человек, который плюнул в лицо Артему Шейнину? Вы его знаете?

Роман Цымбалюк: Конечно! Это Валерий Маркус, наш ветеран, автор книги "Следы на дороге". Это человек, который прошел войну, который прекрасно знает, что делать с российскими оккупантами. Это наш герой.

Мумин Шакиров: Есть еще другой контингент на российских телеканалах – это бывшие депутаты Верховной рады, из "Партии регионов" чаще всего, их там человек 10–15, которые из одного шоу переходят в другое, с украинскими паспортами. И один из них, наверное, потряс всех – это бывший премьер-министр Украины Азаров, который сказал, что оккупационные или российские войска тут якобы будут встречать с цветами. Какова мотивация этих людей, которые, я так понимаю, покинули Украину и ненавидят свою страну вместе с российскими "телекиллерами" на федеральных телеканалах России?

Роман Цымбалюк: Мне жалко таких людей, потому что они были такими великими, их возили отдельные самолеты, они были с украинскими дипломатическими паспортами, они управляли этой страной. И они все, извините, профукали. И теперь превратились в рядовых российских "пропагандонов"… Азаров сказал только, что ждут освобождения. Украина ждет освобождения от Украины?

Мумин Шакиров: Это сказал бывший премьер-министр, который четыре года в правительстве Януковича был главой кабинета. Это не какой-нибудь последний человек или средний состав.

Роман Цымбалюк: Этот человек, его правительство парафировало соглашение об ассоциации Украины и ЕС. Они же у нас в прошлом бывшие евроинтеграторы. Это их дело в том числе. И когда они говорят, что Украина ждет освобождения, я всегда в таких ситуациях задаюсь вопросом: "Ребята, вы же донецкие. И Янукович донецкий. И Азаров донецкий. Освободили ваш родной город от Украины. Чего же вы туда не переезжаете?"

Мумин Шакиров: Некоторые из них якобы представляют украинскую оппозицию. Типа они защищают Украину и подыгрывают Соловьеву, Артему Шейнину или Скабеевой.

Роман Цымбалюк: Эти люди получают свои гонорары исключительно за то, что у них написаны фамилия, имя "Кровосися" и так далее (извините, это некоторый наш украинский сленг), и в скобках – "Украина". За то, что там написано "Украина", они являются якобы представителями от Украины. На самом деле, и Янукович, и Азаров, и большая часть правительства Азарова, особенно силовики, почему-то все переехали в Москву. Почему это так?

Раньше Россия, Путин играли во внутриукраинскую политику, могли выдвинуть премьера или даже президента, а теперь их представители – грустная группа маргиналов

Мумин Шакиров: Как они попали на вершину власти? Как вы это допустили, если вы считаете, что им не место в украинском правительстве?

Роман Цымбалюк: Тут очень важно расставить все по хронологии. Украина до 2014 года и после – это две разные страны. Это называется "недостатки демократии". Так бывает, что можно выбрать и не очень хороших людей. Но смысл в том, что эта команда хотела, чтобы было как в некоторых странах Средней Азии, чтобы они правили вечно. А с народом им не повезло...

Мумин Шакиров: У вас особые отношения сложились с официальным представителем МИДа России Марией Захаровой. У вас были перепалки...

Роман Цымбалюк: Я не думаю, что они особые.

Мумин Шакиров: Кстати, надо отдать ей должное – она яркая персона, у нее полмиллиона подписчиков в сетях, в Instagram. В чем секрет ее успеха?

Роман Цымбалюк: Во-первых, она профессионал. Это человек, который обладает колоссальной трудоспособностью. Она работает нон-стоп. Плюс у нее же должность – должность очень важная. Она является голосом Российской Федерации. Поэтому и популярность.

Мумин Шакиров: Вы почти месяц живете и работаете в Украине, в Киеве. Наблюдаете ли вы, как работает украинская контрпропаганда? Умело ли она отражает нападки российской пропаганды?

Роман Цымбалюк: У нас нет пропаганды в стране, у нас нет монополии на информацию, а пропаганда возможна только в такой среде. Но благодаря нашим российским визави, когда они говорят, что они хотят сжигать нас на Крещатике, мы почему-то этого не хотим. Но даже самым доверчивым гражданам Украины объяснили, что с ними будет в случае прихода россиян в эту прекрасную страну. Поэтому у нас все хорошо. У нас с точки зрения позиционирования себя в государстве все нормально. Раньше Россия, Путин играли во внутриукраинскую политику, могли выдвинуть премьера или даже президента, а теперь их представители – грустная группа маргиналов. И пройдет еще чуть-чуть времени – они даже будут нерукопожатными.

Мумин Шакиров: В Украине простого доступа к федеральным российским каналам нет. Если кто захочет – поставит "тарелку" или использует интернет. Правильно я понимаю?

Роман Цымбалюк: А что вас удивляет? Эта страна называется Украина...

Мумин Шакиров: Но до 2014 года это было.

Роман Цымбалюк: Это элемент нашей молодости. Если эта страна Украина, то зачем здесь должны вещать российские каналы? Тем более о качестве этих каналов мы с вами уже говорили.

Власть расширяет списки "экстремистов" и "террористов"

Мумин Шакиров: Кремль объявил Алексея Навального и его соратников "террористами" и "экстремистами". Ранее обладателями такого статуса стали наши коллеги из Украины, из Крыма. Москва в лице Росфинмониторинга без суда и следствия внесла в список террористов и экстремистов два десятка крымчан. Среди них моя коллега Анна Андриевская. Она получила этот статус после аннексии Россией Крымского полуострова. Анна – автор публикаций о нарушениях прав человека, о коррупции в крымской власти.

Анна, что послужило триггером того, что вас внесли в список экстремистов и террористов? Когда и при каких условиях это произошло?

Анна Андриевская
Анна Андриевская

Анна Андриевская: Это произошло в 2015 году по факту моей публикации в Центре журналистских расследований о волонтерах батальона "Крым". Это условное военизированное образование. Условное, его не существует юридически. Это крымчане, которые покинули Крым в 14-м году и пошли защищать Украину на восток. Материал был о них. И в этом материале говорилось о том, что Крым – это Украина, что он должен быть возвращен под контроль Украины.

Мумин Шакиров: В это время вы проживали...

Анна Андриевская: Уже в Киеве. В этом-то и вся история, потому что когда я уезжала в 14-м году из Крыма, я понимала, что работать мне там уже невозможно, была уже опасность для жизни. Уезжая сюда, я понимала, что здесь я смогу, наверное, работать безопасно, развивать свою профессию и помогать своему региону. Но оказалось, что нет. Оказалось, что даже если ты и уехал из Крыма, российские власти все равно следят за тобой...

Мумин Шакиров: Как вы попали в список террористов и экстремистов? Как вы об этом узнали?

Анна Андриевская: У моих родителей в Крыму, где я зарегистрирована официально, прошел обыск. К ним приходили сотрудники ФСБ, требовали всю информацию обо мне, запугивали их, вызывали на допрос, изымали имущество. Так стало известно, что я фигурантка уголовного дела по статье 280.1 Уголовного кодекса России – это "Публичные призывы к нарушению территориальной целостности Российской Федерации".

Мумин Шакиров: Вы в Крым ни ногой сейчас?

Анна Андриевская: Нет, конечно. Потому что цена моего возвращения домой – это как минимум пять лет лишения свободы, как предусматривает эта статья.

В Крыму, где я родилась, где прошла вся моя жизнь, люди действительно думают, что я террористка

Мумин Шакиров: Вы живете и работаете сейчас в Украине, в Киеве. Какие у вас ограничения? Есть ли возможность выезжать за границу? И как вы там себя чувствуете, если бываете?

Анна Андриевская: Статус "террориста" для меня сейчас является чисто теоретическим, условным понятием. В Крым я уже не езжу почти восемь лет. Поэтому, будучи гражданкой Украины, имея все необходимые документы, я могу свободно перемещаться по странам Европы, за границей. То есть статус "террориста" не влияет на мое перемещение. Но он, во-первых, создает мне негативный фон – в Крыму, где я родилась, где прошла вся моя жизнь, люди действительно думают, что я террористка. Во-вторых, этот статус дает основания российским спецслужбам следить и держать под контролем мою семью, которая живет в Крыму. Например, любые почтовые переводы, посылки, письма сначала читает майор Иванов, а потом уже они доходят до моих родителей. Когда мои родители получали посылки или письма, и они были вскрыты. Их вскрывали не сотрудники почты, их явно вскрывали сотрудники спецслужб. Потому что ранее на основании этого уголовного дела и моего статуса "террориста" ФСБ распространяла по почтовым отделениям ориентировки, в их числе на меня. Соответственно, моя семья находится под пристальным надзором российских спецслужб, что не есть хорошо.

Мумин Шакиров: Вы родились и выросли в Крыму. В каком городе?

Анна Андриевская: Красногвардейский район – это моя родина. Но перед тем, как я покинула Крым, я 10 лет прожила в Симферополе. Я считаю, что это тоже мой родной город, в котором я жила и развивалась.

Мумин Шакиров: Вы там начали свою творческую журналистскую карьеру, наверное, в какой-то симферопольской газете. О чем вы писали тогда, когда власть была в руках Киева?

Анна Андриевская: До российской аннексии Крыма я смогла пройти долгий профессиональный путь. Я работала и в газетах, и в информационных агентствах, и мы даже делали расследовательский проект для местного телевидения. Крымчане знают меня как автора многочисленных журналистских расследований о нарушениях прав человека в Крыму, когда эти права нарушали представители властей разных периодов, которые руководили Крымом до 14-го года. Это были совершенно разные публикации. Мы очень многим людям помогали восстанавливать их нарушенные права. В общем-то, те чиновники, которые переходили в 14-м году на службу России, знали, кто я такая, кто мои коллеги, которые тоже были вынуждены в итоге покинуть Крым. Они понимали, что мы не сможем работать под их контролем, соответственно, мы первыми попали в черные списки этих властей. И все это обернулось тем, что мы были вынуждены покинуть свой дом.

Мумин Шакиров: Как раскололся мир журналистики после аннексии? Каков процент людей, которые остались работать на новую власть, и тех, кто покинул Крым или, по крайней мере, ушли из профессии?

Анна Андриевская: К сожалению, большинство моих коллег-журналистов, которые работали и жили в Крыму до 14-го года, остались там. У них не было выбора, кроме как пойти работать на пропагандистские медиа, которые контролируется уже оккупационными властями. И сегодня они являются рупорами этой власти. Сегодня они помогают крымской действующей власти утверждаться, цементируют этот режим, обманывая каждый день крымчан с экранов телевизоров.

Мумин Шакиров: То есть вы потеряли много своих коллег?

Анна Андриевская: Да. Более того, этих коллег в 14-м году использовали для того, чтобы выяснять, кто работает на Радио Свобода в то время в Крыму. Мне звонили мои бывшие коллеги с вопросами провокационными. Я понимала, что уже даже их российские спецслужбы используют для того, чтобы искать информацию о нас – будущих террористах и экстремистах.

Мумин Шакиров: Как аннексия раскалывает семьи в Крыму? Я понимаю, что линия раздела проходит по поколениям – отцы и дети, братья и сестры. Когда раскалывается семья после аннексии – это навсегда? Или спустя время семья возрождается вновь?

Анна Андриевская: К сожалению, почти за восемь лет я не знаю примеров, когда семьи могли бы возродиться и собраться за одним столом, чьи пути разошлись в 2014 году. Причем этот водораздел проходил по непонятному принципу. Нельзя сказать, что по возрасту, по образованию или по каким-то еще...

Мумин Шакиров: По мировоззрению.

Анна Андриевская: Даже не по мировоззрению. Я знаю людей, которые поддерживали Советский Союз, поддерживали Россию, и они в 2014 году были против того, чтобы Крым оказался под контролем России.

Мумин Шакиров: Каков процент украинцев, которые сегодня проживают в Крыму, в кладовке или в шкафчике держат украинские паспорта на всякий случай?

Анна Андриевская: Никто не сможет сказать вам процент. Но здравомыслящие люди, даже те, кто поддерживал в свое время приход России в Крым, держат эти паспорта, потому что они прекрасно понимают: то, что им выдали в 2014 году так называемые "российские аусвайсы", это не паспорт. По этому паспорту ты никуда не можешь ни выехать, ни поехать, ни получить какие-то услуги. То есть это вынужденная мера. Очень многие сегодня, видя те российские реалии, в которых живет Крым, ждут Украину, все больше и больше людей.

Американцы ответили на ультиматум Путина

Мумин Шакиров: Американцы ответили на ультиматум Путина письменно. НАТО не отказывается от идеи своего присутствия на постсоветском пространстве. Но Вашингтон готов возродить договор о ракетах малой и средней дальности, который был аннулирован Белым домом летом 2019 года. Какой будет реакция Кремля на предложения США по гарантиям европейской безопасности? Об этом мы поговорим с Александрой Филиппенко.

Александра, Путина дипломатически послали, давайте уж говорить откровенно. Он знал, что будет такой ответ, или он рассчитывал на что-то другое?

США и Европа готовы к переговорам, но не к тому, чтобы сдавать свои позиции

Александра Филиппенко: Я предполагаю, что российские дипломаты понимали: ответ, скорее всего, будет такой. В общем-то, все, кто имеет отношение к МИДу, кто понимает, как устроена международная безопасность, в том числе такая организация, как Североатлантический альянс. Дипломаты понимали, что никаких юридически обязывающих гарантий НАТО, конечно, дать не может. И ни о каком нерасширении куда бы то ни было – на восток, на север, на юг – конечно, Североатлантический альянс не может говорить с третьей стороной, со страной, которая не является частью НАТО. Однако, возможно, президент Путин рассчитывал на то, что Европа снова, и как в 2014 году, и как в 2008 году (вспомним Грузию), будет не готова пойти на конфронтацию и отойдет в сторону. Но мы понимаем, что, конечно, уже время значительно изменилось.

Мумин Шакиров: Вы лично удивлены, что Путину сказали "нет"?

Александра Филиппенко
Александра Филиппенко

Александра Филиппенко: Я изначально думала, что никаких гарантий дать никто не сможет. Но я предполагала, что, может быть, будут какие-то более обтекаемые формулировки. Невозможно интерпретировать то, что мы увидели, никак иначе, чем отказ. Конечно, языком дипломатии, но тем не менее. Запад показал, что они готовы к переговорам. Мы помним, что как только Кремль запросил прямую линию с президентом Байденом, это было предоставлено. США и Европа готовы к переговорам, но не к тому, чтобы сдавать свои позиции.

Мумин Шакиров: Можно ли говорить, что предложение американцев возродить договор о ракетах малой и средней дальности – это попытка США сохранить лицо Путину?

Александра Филиппенко: Есть такая версия, что это возможность выйти аккуратно из сложившейся ситуации. Но мы понимаем, что, конечно, Кремль интересует возвращение реалий, когда мир разделен на две части. Вашингтон не предоставляет такую возможность, но он предоставляет, по крайней мере, эфемерно снова апеллировать теми фразами, к которым привыкли те, кто сейчас находится в Кремле.

Мумин Шакиров: Пару дней назад господин Лавров, министр иностранных дел, также ушел от ответа: будет ли война или нет? Кремль специально держит нас в напряжении или просто они не знают, что делать дальше?

Александра Филиппенко: Я предполагаю, что здесь оба варианта верны, к сожалению. Не хочется быть пессимистом, но мне представляется, что нет четкого плана развития событий. Наверное, предполагали, что Европа пойдет на какие-то уступки. Или, может быть, сделает какие-то предложения, скажем, в Азиатско-Тихоокеанском регионе, выгодные для России. Наверное, абсолютно четкой уверенности нет, поскольку система российской власти выстроена таким образом, что решения в итоге принимаются на самом верху. Министр Лавров – это, безусловно, и есть тот самый-самый верх, но даже он, наверное, не может гарантировать не начала войны. И одновременно, конечно, Кремль пытается осторожно выйти из этой ситуации, держит всех в напряжении. И это довольно удобная алармистская позиция. Это, безусловно, серьезное отвлечение от тех проблем, которые сейчас существуют: не официальная, а фактическая инфляция, цены, ситуация с "омикроном"... Мы знаем, что более миллиона человек умерли в России в связи с "омикроном". Это так называемая избыточная смертность. Избыточная смертность на миллион человек была зафиксирована в 2021 году. И в связи с этим, конечно, гораздо удобнее говорить о какой-то ситуации на границе с Украиной, о конфликте, о войне, об опасностях. Но еще это важно в отношениях с Германией. Не стоит забывать, что партия Олафа Шольца – это партия, исторически расположенная к диалогу с Россией. И я думаю, президент Путин, знающий историю Германии очень хорошо, рассчитывает на то, что он сможет выстроить с ним какой-то особенно тесный диалог, и может быть, таким образом повлиять на ситуацию в Европе и в целом в Североатлантическом альянсе.

Мумин Шакиров: Летом прошлого года США ввели второй раунд "химических" санкций из-за отравления Навального. Теперь Кремль объявил Навального и членов его команды "террористами" и "экстремистами". Путин еще больше обостряет ситуацию. Ведь Конгресс может использовать санкционный список Навального – и жизнь десятков людей из окружения Путина станет токсичной. Это же финансовые потери. Где выгода?

Александра Филиппенко: Здесь очень сложно найти выгоду. Первое, что приходит в голову, – конгрессмены возьмутся за этот список, конечно же. Сейчас это всего лишь сигнал о том, что Алексею Навальному, к сожалению, не представится возможность выйти из тюрьмы в обозримом будущем.

Око Саурона в окрестностях Нижнего Новгорода

Мумин Шакиров: Око Саурона – так местные жители в окрестностях Нижнего Новгорода называют круглосуточное свечение от тепличного комбината, сильно мешающего его соседям. Санитарная зона у предприятия нулевая. При этом 17 гектаров теплиц планируют расширить до 36. Яркий свет нижегородских желтых ночей – не единственное, что раздражает жителей, со своими претензиями обращавшихся к властям, вплоть до президента Путина. С ними встретился мой коллега Иван Воронин.

Око Саурона в окрестностях Нижнего Новгорода
пожалуйста, подождите

No media source currently available

0:00 0:05:07 0:00

XS
SM
MD
LG