Украинские беспилотники атаковали логистические центры маркетплейса Wildberries в Краснодаре и Невинномысске. Это стало второй за последние дни атакой на инфраструктуру компании. Кавказ.Реалии разбирались, почему крупнейший российский маркетплейс оказался в числе целей ВСУ, что это означает для продавцов и каких ударов ждать в дальнейшем.

Законная цель?

Склады Wildberries в Краснодаре и Невинномысске были атакованы в ночь на 22 июля. На обоих объектах произошли масштабные пожары. В кубанской столице пострадали 10 человек, позднее в больнице скончалась девушка, получившая ранения при атаке на логистический центр (еще один человек погиб в Армавире при ударе БПЛА по нефтебазе). В Невинномысске Ставропольского края, по словам губернатора, пострадали пятеро местных жителей.

Предыдущая атака на Wildberries произошла в ночь на 18 июля. Тогда дроны ударили по складам компании в Котовске Тамбовской области и Электростали Московской области. По данным российских властей, погибли восемь человек.

Атакованные комплексы – лишь часть логистической сети Wildberries на юге России. Помимо Краснодара и Невинномысска, склады и сортировочные центры маркетплейса работают в Ростове-на-Дону, Волгограде, Астрахани, Сочи, Новороссийске, Армавире, Минеральных Водах и Ставрополе. По информации из открытой карты для поставщиков, всего в Южном и Северо-Кавказском федеральных округах насчитывается десять таких объектов.

Украинские власти называют склады Wildberries законной военной целью. Объясняя удары, президент Владимир Зеленский заявил, что на этих объектах хранились комплектующие для производства беспилотников и навигационного оборудования. По его словам, атаки стали ответом на российские обстрелы гражданской инфраструктуры Украины. Российские власти и сам Wildberries отрицают, что склады маркетплейса используют в военных целях.

Журналист Сергей Пархоменко попытался самостоятельно проверить ассортимент маркетплейса. В двух публикациях в фейсбуке он сообщил, что обнаружил на Wildberries не только товары двойного назначения (электромоторы, аккумуляторы, видеопередатчики и другие комплектующие для FPV-дронов, доступные и на других торговых площадках), но и специализированные изделия. По его оценке, их используют преимущественно в военных целях – речь идет о механизмах сброса для дронов, оптоволоконных катушках, средствах радиоэлектронной борьбы и отдельных моделях БПЛА.

Пожар на складе Wildberries в Невинномысске

При этом Пархоменко не утверждает, что такая продукция находилась именно на пострадавших складах. Его публикации касаются лишь доступности подобных товаров на самом маркетплейсе.

Военный эксперт Давид Шарп считает, что заявления Киева о военном назначении складов выполняют роль официального обоснования выбора целей: "Строго говоря, российские военные действительно используют Wildberries для закупок экипировки – как чисто военной, так и гражданской. Но я рассматриваю это в большей степени как зацепку, чтобы было что формально объяснить".

По его мнению, гораздо важнее общий контекст войны – Россия регулярно наносит удары по украинской логистической инфраструктуре, в частности по терминалам "Новой почты", которыми пользуется практически всё гражданское население.

"Украина наглядно демонстрирует России, что, как говорится, танго можно танцевать вдвоем и кое-какие вещи прилетают бумерангом", – продолжает Шарп.

Как считает собеседник, удары по логистической инфраструктуре преследуют гораздо более широкие цели, чем уничтожение конкретных товаров.

"ВСУ хотят нанести России максимальный экономический ущерб, дискредитировать российскую власть перед собственным населением, показать, что она бессильна защитить собственную территорию", – объясняет Шарп.

Еще одна задача, по его словам, – сделать последствия вторжения ощутимыми для как можно большего числа граждан: "Чтобы россияне почувствовали, что за войну нужно платить – в прямом и переносном смысле. Что война – это не то самое "СВО", о котором ты читаешь радостные сводки или смотришь по телевизору. Это то, что каждый украинец чувствует уже больше четырёх с половиной лет".

"Колоссальные потери"

Одними из главных пострадавших от атак стали продавцы, чьи товары находились на складах. После недавних изменений в оферте маркетплейса перспективы получения выплат за уничтоженный груз заметно сократились.

За 11 дней до первых ударов Wildberries обновил договор с селлерами. В документе указали, что компания освобождается от ответственности за ущерб, вызванный форс-мажором, включая последствия применения вооружений, беспилотников, обстрелов и взрывов. Раньше подобной конкретизации не было. Представители маркетплейса заявили, что эти изменения лишь уточняют уже действовавшие положения и не вводят новых оснований для отказа в выплатах.

Нести ответственность за последствия атак БПЛА отказался и другой маркетплейс – Ozon. А после ударов по складам Wildberries на юге России аналогичное решение приняла еще одна крупная площадка – "Яндекс Маркет".

В Wildberries вместо компенсаций за уничтоженные товары продавцам сначала предложили альтернативные инструменты для восстановления бизнеса – скидки на хранение и логистику, а также льготные кредиты. Но затем в компании все же пообещали возместить стоимость утраченного при атаках БПЛА. Однако методику расчета и точные даты выплат маркетплейс пока не раскрывает.

Wildberries приступил к компенсациям продавцам, товары которых сгорели на складе в Электростали, сообщила вечером 22 июля соосновательница компании Татьяна Ким. По ее словам, программа в первую очередь охватит 88 тысяч "самых маленьких и наименее защищенных предпринимателей". "Агентство" пишет, что судя по чатам селлеров, выплаты пока получили немногие, а те, кому деньги пришли, недовольны их размером.

Жительница Ставрополья Ирина (полное имя она просила не указывать из-за "нежелательного" статуса Радио Свобода в РФ) торговала на Wildberries косметикой. После атаки на Невинномысск ее товар почти на три миллиона рублей оказался заблокирован на платформе.

"Служба поддержки не отвечает. Что мне делать дальше – я не знаю. Потери для меня колоссальные, я под этот бизнес часть жилья закладывала", – рассказала собеседница.

Александр из Краснодарского края (он попросил изменить имя) тоже жалуется на службу поддержки компании: "Я не знаю, что с моей продукцией. Вроде бы она есть на сайте, но купить ее не получается. Мне ответили [в поддержке], что это некие технические неполадки. Я продаю товары для дома, бытовую химию. Если все это пропадет, то я уйду в очень большой минус – где-то миллионов на десять".

Пожар на складе Wildberries в Краснодаре

"Недовольство в России уже есть"

Подобные удары постепенно меняют восприятие войны внутри России, поскольку затрагивают сферы повседневной жизни, казавшиеся прежде далёкими от боевых действий, считает политолог Аббас Галлямов.

"Прежде это был периферийный феномен, который напрямую жизни обычных россиян не касался. Теперь война приходит то в виде нехватки бензина, то в виде нарушения работы интернет-торговли. Повсеместные столбы дыма появляются там, где раньше всё было тихо и спокойно", – указывает собеседник.

По его словам, на общественные настроения влияет не только сам факт атак, но и то, как развивается ситуация: "В политике динамика – самое главное. Эта негативная для российских властей динамика разрушает картину, которую рисует пропаганда. Путин говорит, что все хорошо, армия наступает, что Россия скоро окончательно победит, а реальные события показывают прямо противоположное, и с каждым днем ситуация становится хуже".

По мнению Галлямова, происходящее скорее подрывает доверие к официальной версии событий, чем способствует консолидации общества вокруг власти.

"Это приводит к укреплению антивоенных настроений, – говорит политолог. – Сплачиваются вокруг власти побеждающей, а не проигрывающей".

Он добавляет, что большинство россиян не воспринимают нынешнюю войну как борьбу за само существование страны: "Никто России не угрожает. Люди понимают, что речь идет о том, кому будет принадлежать Донбасс. И всё чаще задаются вопросом: а нужен ли он такой ценой? С точки зрения общественных настроений всё это работает против Кремля".

Социолог Дмитрий Дубровский не ожидает резкого сдвига в отношении россиян к войне, но соглашается с тем, что все больше людей начинают ощущать последствия боевых действий в повседневной жизни: "Раньше война была по телевизору, но не была на улице, не была в виде отключенного интернета, отсутствия бензина или ударов по маркетплейсам".

При этом рост публичных антивоенных настроений, как считает социолог, маловероятен – это слишком опасно с точки зрения личной безопасности и свободы. Поэтому открытого протеста быть не может.

Большинство людей сейчас почувствует, что война происходит не где-то в телевизоре, а конкретно у тебя дома, комментирует политик Дмитирий Гудков.

Но и по его мнению тоже, даже рост общественного недовольства в ближайшей перспективе вряд ли приведет к открытому протесту: "Недовольство в России уже есть – войной, отсутствием свобод в интернете, топливным кризисом. Теперь удар пришелся еще и по малому предпринимательству. Но конвертировать это недовольство в протесты невозможно, потому что нет раскола элит, нет оппозиции, нет лидеров. Пока это недовольство проявится только на кухнях".

Спутниковый снимок пожара в Невинномысске

Если нынешняя стратегия Украины сохранится, удары по объектам, имеющим важное экономическое значение для России, продолжатся, считает военный аналитик Давид Шарп: "Понятно, что стоит ожидать атак по НПЗ и нефтебазам. Вполне возможно, на очереди и Ozon. Опять-таки – оставшиеся склады Wildberries. Горят они хорошо, и они довольно беззащитны".

По словам эксперта, сегодня выбор целей во многом определяется возможностями украинских дронов. Хотя они стали летать дальше, точнее поражать объекты и нести более мощную боевую часть, их потенциал все еще ограничен.

"Беспилотниками удобнее всего бить по тому, по чему бьют сейчас: НПЗ, нефтебазам, логистическим центрам. Они уязвимы даже для сравнительно небольших боеголовок. Когда у украинцев будут появляться новые средства и новые возможности, можно расширять «ассортимент»", – заключил Шарп.

• На юге России и Северном Кавказе продолжается топливный кризис. Что происходит в регионе на фоне общероссийского коллапса, вызванного украинскими атаками на НПЗ, – выясняли Кавказ.Реалии.
• Российские власти начали требовать от владельцев объектов топливно-энергетического комплекса самостоятельно обеспечивать защиту от дронов. В Ростовской области это уже привело к штрафу для структуры "Газпрома". Эксперты отмечают, что доступные бизнесу средства ограничены: защита воздушного пространства традиционно относится к функциям государства.