Ссылки для упрощенного доступа

Власть против НКО

среда 17 Июль 2019

Календарь
Январь Февраль Март Апрель Май Июнь Июль Август Сентябрь Октябрь Ноябрь Декабрь
Июль 2019
Пн Вт Ср Чт Пт Сб Вс
1 2 3 4 5 6 7
8 9 10 11 12 13 14
15 16 17 18 19 20 21
22 23 24 25 26 27 28
29 30 31 1 2 3 4
Лев Пономарев

Министерство юстиции РФ внесло в реестр "иностранных агентов" еще две некоммерческие организации, которыми руководит правозащитник Лев Пономарев. "Иностранными агентами" признаны фонд "В защиту прав заключенных" и региональная общественная организация содействия соблюдению прав человека "Горячая линия". 13 февраля Минюст сообщил о включении в список движения "За права человека".

О том, что Минюст по требованию Генпрокуратуры проведет внеплановую проверку движения "За права человека", стало известно в конце 2018 года. Это произошло нас следующий день после того, как 77-летнего Пономарева арестовали на 25 суток за пост в Фейсбуке об акции в поддержку обвиняемых по уголовным делам "Сети" и "Нового величия". Позднее Мосгорсуд сократил срок ареста до 16 суток.

Лев Пономарев на акции в поддержку фигурантов дела "Новое величие"
Лев Пономарев на акции в поддержку фигурантов дела "Новое величие"

Движение "За права человека" уже признавали "иностранным агентом" в 2014 году, но на следующий год исключили из реестра. Ранее СМИ сообщали, что решение Минюста может быть связано с тем, что подконтрольная движению "За права человека" организация "Горячая линия" получала финансирование от Комитета против пыток при ООН.

В интервью Радио Свобода Лев Пономарев рассказал, что узнал о включении организаций в реестр иностранных агентов от СМИ:

"Найдены признаки того, что движение "За права человека" работает как иностранный агент"

– Мне это стало известно после звонка из какого-то издания. Не помню, кто первый позвонил, вчера было, наверное, 20 звонков из разных СМИ. Позавчера нам вручили акт проверки Минюста, и там было написано: "Найдены признаки того, что движение "За права человека" работает как иностранный агент". Когда мы разговаривали с сотрудниками низового звена, которые нас проверяли, они говорили: "Нет, мы вас не вносим". А вчера неожиданно Министерство юстиции объявило, что мы введены в реестр "иностранных агентов".

–​ Движение "За права человека" уже называли "иностранным агентом" в 2014 году, потом вас исключили из этого реестра. Как вам тогда удалось выйти из этого списка и будете ли вы сейчас предпринимать такую попытку?

Моим волонтерам, которых больше тысячи, трудно будет работать с ярлыком "иностранный агент"

– Когда масса правозащитных организаций была введена в реестр "иностранных агентов", я подумал, что нам туда никак нельзя. Движение "За права человека" – особое, оно народное в том смысле, что у меня очень много волонтеров, больше тысячи человек. Они работают по всей стране, работают с местными чиновниками, и если у них будет ярлык "иностранный агент", то им будет гораздо труднее работать. Ведь правозащитник понуждает чиновника действовать в интересах граждан, прав человека. Я до этого в Общественной палате получал президентский грант, но и какие-то небольшие иностранные деньги тоже получал. Я старался тогда меньше получать иностранных средств, и это были совсем небольшие деньги – меньше нескольких процентов от всего финансирования. Но когда я еще не боялся получать эти средства, мне одна крупная деятельница в Фонде Сороса сказала: "Лев Александрович, ваша организация слишком политизирована".

Лев Пономарев на суде, 7 декабря 2018 года
Лев Пономарев на суде, 7 декабря 2018 года

–​ Но как у вас тогда получилось тогда выйти из реестра?

Они нашли опять какие-то мелочи и решили выдавить меня отовсюду

– Я перестал получать деньги из иностранных источников. Тогда же написал письмо непосредственно президенту, и это письмо ему на встрече передал тогдашний уполномоченный по правам человека Владимир Лукин. Я предложил президенту, чтобы Россия не выглядела страной-изгоем, которая борется с правозащитниками, учредить специальный фонд. Даже не фонд, а специального оператора, который бы выделял деньги правозащитникам. Лукин передал это письмо президенту, и тот прямо при Лукине говорит: "Хорошо, меня это устраивает". Потом было создано движение "Гражданское достоинство", которое в то время возглавляла Элла Памфилова. И этому движению было поручено выделять деньги правозащитникам. Я должен сказать, что первое время деньги действительно выделялись, и это все неплохо работало. Но потом настоящих правозащитников оттуда начали выдавливать всякие фейковые организации, денег давали все меньше и меньше. Движение "За права человека" получало президентские гранты в течение восьми лет. А сейчас они нашли опять какие-то мелочи и решили выдавить меня отовсюду.

–​ А сейчас вы будете что-то предпринимать, чтобы выйти из этого реестра иностранных агентов?

Говорю прямо: этот закон идиотский. Его уже пытались изменить, но безуспешно

– Не знаю. Я уже вчера публично говорил, что вряд ли. Понимаете, говорю прямо: этот закон идиотский. Его уже пытались изменить, но безуспешно. По этому закону ты считаешься агентом, если получил хотя бы минимальные зарубежные деньги, хотя бы 1 доллар. А мне какой-то частный инвестор тогда перевел какие-то небольшие деньги. И мне говорят: если даже 1 доллар вам перечислили и ваша организация занимается политической деятельностью, то все, вы "иностранный агент". А что по закону является политической деятельностью? Любая общественно заметная деятельность, публикации, пресс-конференции, все, чем мы занимаемся. Если ты попал в общественное пространство, то это уже политическая деятельность. Много было попыток изменить закон, этим занимался Федотов Михаил Александрович, Совет по правам человека при президенте, но ничего не удалось.

Михаил Федотов
Михаил Федотов

–​ В чем заключается сложность деятельности организации, которая получает статус "иностранного агента"? Как это отразится на вас?

Мы встали плечом к плечу с другими "иностранными агентами"

– Я еще это тщательно не изучал. Я могу сказать, что мы встали плечом к плечу с другими "иностранными агентами", вполне приличными организациями, такими как "Гражданское содействие" Светланы Ганнушкиной, правозащитным центром "Мемориал". Сейчас, по-моему, только Московская Хельсинкская группа не имеет этого статуса, а остальным правозащитным организациям его дали. Поэтому я могу сказать: ничего страшного не произошло. Там, конечно, есть дополнительные трудности, связанные с отчетностью – она становится более жесткой.

–​ В конце прошлого года вы провели 16 суток под арестом, вам вновь отказали в президентском гранте. С чем вы связываете такое повышенное внимание к вам лично и к вашей организации?

Я считаю это местью ФСБ. Пытки не расследуются демонстративно

– Я считаю это местью ФСБ. Я довольно последовательно и публично веду дела "Нового величия" и "Сети". Я доказываю, что ФСБ фактически ведет антиконституционную деятельность. В частности, они используют пытки против политических оппонентов, да и просто гражданских активистов, и эти пытки не расследуются. Я рад тому, что эту тему на встрече с президентом публично поднял глава СПЧ Михаил Федотов. Он привел аргументы, что пытки не расследуются, и когда президент спросил: "Как не расследуются, почему?" – он ответил: "Боятся, Владимир Владимирович. Боятся расследовать пытки, к которым, возможно, причастна Федеральная служба безопасности". По-моему, более скандального диалога я не слышал давно. Путин тогда сказал, что все надо расследовать. А через два месяца после этого Совет по правам человека обратился в Управление собственной безопасности ФСБ и еще раз получил отписку, что пыток не было. Это не расследуется демонстративно.

–​ Чего вы ожидаете в ближайшее время от российского политического режима?

В российской политической элите чувствуется какое-то напряжение

– Какие-то события происходят. Вышла статья Владислава Суркова, которую все обсуждают, идет дискуссия. Мне кажется, в российской политической элите чувствуется какое-то напряжение. Вот у меня крупнейшая правозащитная организация в стране, и против нее предпринимаются довольно жесткие шаги. Мне кажется, в России наступает какой-то период политической нестабильности. Указания Путина демонстративно не выполняются, и кто-то за это должен ответить. Возможно, произойдет новое ужесточение режима, тем более на фоне разговоров о создании "российского интернета". Сторонников такого режима много, противников – тоже. Что будет дальше – военная хунта? Напряжение возросло, но что ожидает Россию, я точно сказать не могу, – говорит руководитель движения "За права человека" Лев Пономарев.

Общероссийское движение "За права человека" существует с 1997 года. О начале проверки в отношении него Министерство юстиции объявило 18 декабря 2018 года. Чиновники потребовали предоставить документы за последние три года: бухгалтерскую документацию, расписание штата организации, а также переписки с физическими и юридическими лицами и публикации в СМИ. По словам Пономарева, внеплановую проверку решено было провести по заявлению прокремлевского радикального движения SERB, члены которого много раз приходили в офис организации и пытались сорвать работу.

5 декабря 2018 года Тверской районный суд Москвы признал Льва Пономарева виновным в повторном нарушении порядка проведения акции (ч. 8 ст. 20.2 КоАП) и назначил ему 25 суток ареста. Перед этим правозащитник опубликовал пост в Фейсбуке с призывом к участию в акции "За наших и ваших детей" в поддержку тех, кто проходит по делам "Сети" и "Нового величия". Публикацию Пономарева расценили как "призыв к несогласованной акции", которая прошла возле здания ФСБ на Лубянке 28 октября 2018 года.

7 декабря Мосгорсуд снизил срок ареста до 16 суток. Льва Пономарева также не отпустили на прощание со скончавшейся 8 декабря главой Московской Хельсинкской группы Людмилой Алексеевой, которая была его давней соратницей.

Мобильная лаборатория для анализа на ВИЧ, Екатеринбург, 2016 год

Еще одну СПИД-сервисную НКО – автономную некоммерческую организацию противодействия эпидемии ВИЧ/СПИДа и охраны здоровья социально уязвимых групп населения "Центр социально-информационных инициатив Действие" – признали иностранным агентом.

Чем занимается петербургский Центр социально-информационных инициатив "Действие, ясно уже из названия организации: профилактикой ВИЧ/СПИДа и помощью ВИЧ-инфицированным, причем среди социально уязвимых групп населения. Основным адресатом деятельности организации была вполне определенная группа, часть ЛГБТ-сообщества, а именно "МСМ" – мужчины, практикующие секс с мужчинами. Такой термин принято использовать для мужчин, которые при этом не готовы называть себя геями, бисексуалами или гомосексуалами. О том, что "Действие" постигла участь многих других российских НКО, признанных Минюстом иностранными агентами, 19 декабря написал на своей странице в Фейсбуке директор организации, ЛГБТ-активист Валерий Созаев.

Созаев подчеркивает, что "Действие" занималось не только профилактикой ВИЧ, но и созданием для этого благоприятной среды, без чего профилактика невозможна – по словам главы НКО, если человек не ценит свое здоровье, не принимает самого себя, страдает от повышенного уровня социальной гомофобии, то он не будет стремиться к безопасному образу жизни. Как говорит Созаев, денег на непосредственную работу с людьми у его организации всегда было мало, поэтому "Действие" больше занималось именно благоприятной средой, в 2016 и 2017 годах организовало две конференции, где представители таких же НКО из разных регионов России смогли встретиться, обсудить проблемы и достижения, поделиться опытом и подумать о том, как можно изменить ситуацию в масштабах страны.

По официальной статистике, в России ВИЧ-инфицированы только 1,5% людей, проходящих по "коду 103" – то есть имеющих гомосексуальные контакты. Но есть и другая статистика, говорящая, что таких людей в этой группе 18% и эта цифра растет. "Мы понимаем, что большинство людей в неблагоприятной среде не будут признаваться в своей гомосексуальности", – поясняет Валерий Созаев. Кроме двух больших конференций, в 2016 году "Действие" провело в Петербурге форум "Здоровье ЛГБТ-сообщества", куда были приглашены врачи, сотрудники Центра СПИДа и представители самого ЛГБТ-сообщества. Остальную работу, в том числе консультирование, "Действие" проводило на волонтерских началах. Спонсором конференции и форума был фонд Открытый институт здоровья населения, у которого, по словам Валерия, была трехгодичная программа, а эту программу поддерживал Глобальный фонд по борьбе со СПИД, туберкулезом и малярией: "Это межправительственная организация, куда Россия входит и платит членские взносы и которая спонсировала российские организации по борьбе с ВИЧ".

Для того, чтобы организацию признали иностранным агентом, нужны два условия: она должна получать иностранное финансирование и заниматься политической деятельностью. “Как нам написали в акте по итогам плановой проверки нашей организации, мы получали опосредованные иностранные деньги – это какой-то новый термин в юриспруденции. Политическую деятельность усмотрели в одноименной группе "Действие" соцсети "ВКонтакте", которая делает репосты различных публикаций, связанных со "103-м кодом", с блокировкой сайта "Парни +" (теперь уже разблокированного по суду), но к нашей АНО не имеющего никакого юридического отношения, – удивляется Валерий Созаев. – Проверяющие разбираться не стали, уточняющие вопросы не задали, признали эти посты политической деятельностью, а нас иноагентами, как будто они (сайт "Парни +") – это мы и есть".

Будет ли "Действие" обжаловать постановление Минюста, Валерий Созаев пока сказать не может, решение должно быть принято коллегиально правлением НКО в ближайшее время. Созаев замечает, что "Действие" – далеко не первая организация, признанная иностранным агентом из-за денег Глобального фонда. Страдают именно организации, занимающиеся профилактикой ВИЧ или созданием благоприятной среды для этого. По мнению Валерия, действия Минюста подталкивают эпидемию ВИЧ в России и идут вразрез со стратегией Минздрава, который как раз к 1 декабря представил рекомендации по работе с ключевыми группами населения, одна из которых – МСМ. То, что эта группа проблемная, было признано и на конференции Роспотребнадзора, прошедшей в Суздале. "Единственные, кто работает с этой группой, это НКО, которых не много, и внесение нас в список иностранных агентов – это фактически удар по этим людям", – считает Валерий Созаев.

Активист Альянса гетеросексуалов и ЛГБТ за равноправие Алексей Сергеев напоминает, что Валерий Созаев еще в начале 2000-х создал одну из старейших в России ЛГБТ-организаций, а "Действие" очень активно работает уже несколько лет, занимается профилактикой ВИЧ. "Я сам был делегатом на конференции, которую финансировал Глобальный фонд, и гонения на "Действие" – это очень печально. Исследования в клубах показали, что каждый пятый их посетитель – ВИЧ-инфицированный, даже официальная статистика говорит, что у нас в России – 1 миллион ВИЧ-инфицированных, а на самом деле их еще больше: специалисты говорят, что половина зараженных не знают, что они заражены". Алексей Сергеев считает, что конференции и форум, организованный с помощью "Действия", дали очень хорошие результаты, помогли включить МСМ в число ключевых групп в рамках стратегии по борьбе с ВИЧ, принятой на государственном уровне. Действия Минюста, по мнению Сергеева, выглядят чуть ли не местью за это: "Такое впечатление, что одна рука не знает, что делает вторая. Хочется надеяться, что это не просто желание очередной звездочки на погонах для Минюста за обнаружение очередного агента. Был ведь редкий для России случай в Саратове, когда отменили решение о признании иностранным агентом организацию, помогающую диабетикам, может, и здесь будет так же". Правда, Алексей Сергеев замечает, что здесь все сложнее из-за цветущей гомофобии – ведь если с "Действия" снимут ярлык иностранного агента, то кто-то может сказать, что государство поощряет ЛГБТ.

Пикет ЛГБТ-активистов против ненависти и нетерпимости, Санкт-Петербург, 2 августа 2015 года
Пикет ЛГБТ-активистов против ненависти и нетерпимости, Санкт-Петербург, 2 августа 2015 года

Исполнительный директор российской ЛГБТ-сети, директор благотворительного фонда "Сфера" Игорь Кочетков не удивлен, что АНО "Действие" стала иностранным агентом, – ведь самые известные НКО были внесены в этот реестр еще в 2012–2013 годах, а теперь у Минюста, вероятно, есть некий "план по валу", который должен быть выполнен к концу года. Кочетков вспоминает, как его фонд "Сфера" был включен в реестр иностранных агентов в 2015 году: плановая проверка не выявила нарушений, а проведенная следом внеплановая пришла к выводу, что фонд – иностранный агент, так что, похоже, теперь ни одна НКО не застрахована от такой участи. По мнению Кочеткова, самое опасное в этом положении – это деморализация НКО, поэтому нужно продолжать работать, не впадая в панику. "Вред, который наносит этот статус, для каждой НКО индивидуален, например, возникает проблема при взаимодействии с госорганами, у которых есть негласная установка с иностранными агентами дела не иметь. Ну, и отчетов становится больше, каждый год приходится проводить аудит за свои деньги, а это дорого. Цель всего этого – деморализация НКО, но именно этого надо не допустить". Что касается странных критериев, по которым определяется политическая деятельность, то Кочетков замечает, что хотя Совет по правам человека при президенте России все время настаивал на уточнении этого понятия, но в результате сегодня политической деятельностью может считаться вообще все, включая чтение газеты.

Цель всего этого – деморализация НКО

Координатор проектов помогающей ВИЧ-инфицированным организации E.V.A. Мария Годлевская считает, что ни о какой политической деятельности в АНО "Действие" речи идти не может и ее включение в список иностранных агентов – это большая потеря для города: благодаря "Действию" можно было ходить на обучающие тренинги и семинары по профилактике ВИЧ-инфекции, читать хороший информационный бюллетень, получать бесплатную помощь психолога. "Они даже врачей приглашают на лекции, чтобы люди могли у них бесплатно что-то спросить, у них была огромная волонтерская работа. У них замечательный комьюнити-центр, это такое безопасное место – с позитивным общением, настольными играми, куда люди могли прийти, поговорить, это очень важно". Мария Годлевская считает, что сейчас для НКО становится опасно работать с неудобными ключевыми группами – ЛГБТ, наркоманами, секс-работницами. “Всем удобно заниматься с трезвыми, беременными, социально адаптированными, но главная проблема – не в них, а в тех людях, которые каждый день подвергают себя риску и многие из которых до сих пор не знают о совсем статусе, не знают о том, что возможно лечение. Заниматься ими с каждым годом все опаснее и сложнее”. Мария подчеркивает, что статус иностранного агента в реальности – это серьезное обвинение, и она предполагает, что со временем в рабочем состоянии могут остаться только самые сильные организации, и тогда они задохнутся от наплыва нуждающихся.

Сотрудник НКО "Позитивный диалог" Николай Панченко не понимает, почему их коллеги из "Действия" стали иностранными агентами, известие об этом его потрясло. "У нас тоже была проверка Минюста в конце года, и никаких замечаний мы не получили, хотя мы занимаемся тем же самым и деньги получали из одного источника. Теперь им будет очень сложно получать российские гранты, им каждые 3 месяца придется сдавать отчеты". Николай Панченко также замечает, что круг НКО, помогающих людям с ВИЧ, с каждым годом сужается.

Президент совета НКО "Позитивный диалог" Михаил Ступишин считает, что такое отношение к организациям, помогающим людям с ВИЧ, вредит как международному статусу России, так и тем людям, которые являются объектами помощи. Валерия Созаева Ступишин называет грамотным специалистом, давно и успешно работающим в своей области. Ступишин также напоминает о том, что в других странах разработка и производство препаратов против СПИДа продвинулось далеко вперед, он не одобряет прекращение поставок иностранных лекарств, от чего опять же страдают люди: хороших лекарств – все меньше, а ВИЧ-сервисным НКО все сложнее работать. "Сейчас у нас в Петербурге практически не осталось ни одного бесплатного презерватива для группы МСМ, потому что с уходом Глобального фонда профилактическая деятельность по сути закончилась. Лечение – дорогое, но и профилактика – дело не дешевое, а теперь у нас осталось одно информирование".

Юрист организации "Юристы за равные права" Максим Оленичев считает происшедшее с "Действием" очередным проявлением давления на ВИЧ-сервисные организации в России: таких организаций, признанных иностранными агентами, уже больше 10 – государство отдаляется от НКО, помогающих уязвимым группам населения. А ведь именно эти НКО добираются до тех уязвимых групп населения, до которых государство добраться не может. Но Оленичев уверен, что "Действие" стало иностранным агентом не только потому, что помогает ВИЧ-инфицированным, а потому, что работает с ЛГБТ. В том, что иностранным финансированием признаны средства Глобального фонда, по сути возвращавшего в Россию российские же деньги, внесенные в этот фонд, Оленичев видит политический подтекст решения о признании "Действия" иностранным агентом.

Среди ВИЧ-сервисных организаций, признанных иностранными агентами, Оленичев называет недавно закрывшуюся алтайскую организацию "Выбор", фактически единственную независимую НКО в регионе: она проиграла суд, не смогла заплатить штраф и закрылась. "Эта волна началась в феврале 2016 года, когда омская организация "Сиббалт" добровольно вошла в реестр иностранных агентов. После этого была закрыта организация "Панацея" в Пензенской области, организация "Социум" в Саратове и в других местах. Многие ВИЧ-сервисные НКО приостановили свою деятельность, но некоторые нашли возможность работать в новых условиях. К сожалению, нашему государству очень не нравится, когда работа ведется среди ЛГБТ, наркоманов, секс-работниц, и такие организации находятся под пристальным вниманием". Такую политику Максим Оленичев объясняет, с одной стороны, желанием контролировать финансовые потоки из-за рубежа, с другой – тем, что многие чиновники считают такие НКО выразителями интересов Запада и проводниками западных идей, что противоречит практически принятой в России концепции "традиционных ценностей". В этой концепции нет места либеральному подходу к лечению наркомании и профилактике ВИЧ. Максим Оленичев напоминает, что не так давно депутаты Мосгордумы предложили проводить профилактику ВИЧ не с помощью прогрессивной медицины, а с помощью молитвы. Он также считает, что государство все больше стремится все контролировать, включая содержательную часть работы НКО, а поскольку это не получается, признает их иностранными агентами.

Загрузить еще

XS
SM
MD
LG