По данным The Economist, перед встречей Владимира Путина и Дональда Трампа в Анкоридже Москва подготовила документ, предусматривающий "величайшую сделку" между Россией и США в обмен на снятие санкций.
В так называемый пакет, который Москва предложила Вашингтону, входят проекты по разработке нефти и газа в Арктике, добыче редкоземельных металлов, строительстве дата-центра на атомной энергии и туннеля под Беринговым проливом.
По информации The Economist, представителей Трампа воодушевила возможность получения долей в проектах, способных изменить ситуацию на мировых сырьевых рынках.
Кроме того, Россия обещает вернуть активы западных компаний. В частности речь идет о примерно 5 млрд долларов, конфискованных у Exxon Mobil.
Комментируя материал The Economist, пресс-секретарь президента РФ Дмитрий Песков подтвердил РБК, что Россия заинтересована в возобновлении торгово-экономического и инвестиционного сотрудничества с США.
Президент Украины Владимир Зеленский заявил, что Россия якобы пообещала США сделки на сумму до 12 триллионов долларов в обмен на ослабление санкций.
По данным The Economist, эта цифра преувеличена. Спецпредставитель президента России Кирилл Дмитриев заявил, что снятие санкций в интересах самих США, потому что Вашингтон много теряет от ограничений.
Исходя из публикаций, можно сказать, что между Россией и США идут два переговорных процесса: представители Кремля и Белого дома активно обсуждают крупные бизнес-сделки, а также завершение войны в Украине.
Однако руководители европейских разведслужб пессимистично оценивают шансы на достижение соглашения о прекращении войны в 2026 году, пишет Reuters со ссылкой на собеседников из числа высокопоставленных разведчиков.
То, что Путин отправил на последний переговорный раунд своего помощника Владимира Мединского, говорит о том, что компромисс не входит в его планы, –считает Даниэль Сжелиговский, глава исследований Восточной Европы в польском Институте международных отношений.
Владимир Путин уверен, что выигрывает войну, и готов продолжать ее, чтобы получить полный контроль над Донбассом, рассказали The New York Times источники в разведке и среди военных нескольких западных стран. По словам собеседников NYT, даже если захват Донецкой области потребует еще полтора-два года, Путин уверен, что каждый день боевых действий только увеличивает его преимущество.
Отношения США и России, возможное ослабление санкций, а также ход переговорного процесса обсуждаем в программе "Лицом к событию" с политологом Дмитрием Орешкиным.
Каким образом Кремль пытается купить Дональда Трампа? Об этом говорят источники журнала Economist. Есть публичный трек переговоров: Стамбул, Будапешт, Женева. И есть не публичный, то есть встречи Кирилла Дмитриева, представителя Путина, с представителями Трампа. Некоторые детали так называемой "величайшей сделки" появлялись: разговоры о редкоземельных металлах, о тоннеле под Беринговым проливом. Эти проекты подчёркивались российской пропагандой, как дипломатические успехи Российской Федерации. В сумме предложения Кремля оцениваются на 12 триллионов долларов, это примерно 920 триллионов рублей. Детали собраны в публикации журналистов, подробности – в нашем сюжете:
12 триллионов долларов, согласно публикации Economist – это и есть тот самый “дух Анкориджа”, о котором после встречи на Аляске говорили и Путин, и другие российские чиновники, и пропаганда? Отвечает Дмитрий Орешкин:
– Я добавил бы, что господин Дмитриев сказал про 14 триллионов, когда это комментировал. Это почти в семь раз больше, чем годовой национальный доход Российской Федерации. Rонечно, фантастическая цифра. В какой степени это “дух Анкориджа”? В некотором смысле речь об этом. То есть два влиятельных торговца договариваются, Украину никто не спрашивает, как и Европу, и речь только о том, чтобы было взаимовыгодно, чтобы понравилось Путину и Трампу: Путин предлагает, Трамп соглашается. Публикация Economist имеет тот смысл, что выставляет Трампа в невыгодном свете, как переговорщика, который торгует политическим влиянием, в том числе имея в виду, что выгодоприобретателем оказывается его семья.
"посмотреть внимательно и отказаться"
И то же самое с Путиным. Он же рассказывал, что защищает родину от жадных западных корпораций. А здесь речь идёт о том, что вдруг то ли в шесть, то ли в семь раз больше годового валового внутреннего продукта Российской Федерации Путин готов отдать Трампу. За что? За то, что тот отменят санкции. А “санкции нам только на пользу”, – говорил Путин. Что Путин или Россия взамен получают? На эти очевидные вопросы ответа нет, а задавать их будут. Мне кажется, что публикация Economist является прививкой общественному мнению для того, чтобы для Трампа эта сделка была неприемлемой. Именно этим кончается статья: “посмотреть внимательно и отказаться”. Economist помогает Соединенным Штатам это сделать. Трамп, может быть, отдал бы Украину, принципы, представления о том, как должна вести себя Америка в современном мире, может быть, и обменял на триллионы долларов. Но ему это будет сделать труднее после такой публикации.
Чего добиваются российские представители с этой сделкой? Отмена ли это санкций? Склонение ли на свою сторону, чтобы затем давить на Украину, такая мысль звучала в тексте? Или потянуть время и не гневить Белый дом?
– Конечно, ссориться с Белым домом они не могут. Санкции им мешают жить, и от них надо как-то избавиться. Но главное – это выкарабкаться из скандальной ситуации, в которую Путин себя и Россию загнал.
ему надо купить расположение Штатов
Победить он не может. Договориться, не теряя лица, тоже не может. Ему надо каким-то образом купить расположение Соединённых Штатов, чтобы это смотрелось, как сделка двух равновеликих партнёров. Ему надо из этой истории выходить с победным выражением лица, и лучше выходить, взявшись за руки с господином Трампом. И это тоже “дух Анкориджа”: свести историю с миллионом с лишним человеческих трагедий, с потерями 350.000 с российской стороны, 150-200.000 с украинской, к 12-ти триллионам долларов.
После Анкориджа Трамп ввёл довольно болезненные санкции против российской нефтянки, американские корабли тормозят российский теневой нефтяной флот. Учитывая смену вектора, стоит ли рассматривать эту сделку, как остающуюся в силе?
– Не думаю, что эта сделка реально состоится. Такие вещи делаются за кулисами. Раз выплыло на поверхность, это уже в значительной степени теряет привлекательность. В этом смысле удивительна позиция господина Дмитриева, который, комментируя эту сделку, повышает её цену. По-видимому, он даже не понимает, насколько это ужасно с общечеловеческой точки зрения.
Путин не готов доставать атомную бомбу
Но думаю, что для Америки это хороший сигнал со стороны Путина, суть которого в том, что Путин не готов доставать атомную бомбу, чем он все время пугает, наоборот, Путин готов к сделке. Трамп это понимает. Если он захочет дальше давить на Путина, это будет хороший повод, потому что он понимает, что Путин боится санкций, что санкции работают, что завинчивание гаек со стороны не только Соединенных Штатов, но Европы и других стран эффективно. Путин вместо того, чтобы угрожать, предлагает откупиться. Значит, и с точки зрения Путина, и с точки зрения Трампа, это работает. Значит, надо продолжать это делать. Но вопрос в том, есть ли у Трампа желание додавить Путина.
Вопрос о фигуре Дмитриева. Какое место в текущей путинской дипломатической схеме он занимает, и не напрасно ли ревнует Лавров?
– Лавров давно находится на периферии, на маргиналиях. Политикой занимается Ушаков, реальной международной политикой. Лаврова уже мало кто всерьёз воспринимает. Даже его функция “злого следователя” недостаточно эффективна. Вот если Ушаков что-то скажет, к этому есть смысл прислушаться. Реальная политика делается на той поляне, где пасётся Дмитриев, где пасётся Ушаков, где Путин с Трампом.
Сегодня собрался впервые Совет мира. Почему там не оказалось Владимира Путина, которого приглашали, и он пытался через эту конструкцию вручить США миллиард, заблокированный ими?
– Путин вообще не очень готов выезжать за пределы отечества, потому что арестовать могут. Обещают, конечно, какие-то гарантии, но Путин в отношении безопасности озабоченный человек, спокойнее он себя чувствует в центре большой страны, далеко от границы.
Риск есть, а пользы нет
Потом, в общем-то, рано. Сначала надо сделку “размять”, посмотреть, работает, не работает, потом триумфально выезжать на подписание. А просто на разговоры – и рискованно, и не очень, как кажется Путину, по его масштабам. И что, он поедет туда, не получив даже твёрдой гарантии насчёт этого миллиарда? Он его как бы предлагает взять, а Трамп не очень берёт. Путин предложил инициативу, её вежливо отодвинули, не сказали ни да, ни нет. И что ему ехать тогда? Риск есть, а пользы нет. Тем более, что явно он там был бы не на первых ролях.
Обратим внимание на итоги трёхстороннего саммита в Женеве. Он прошёл в закрытом режиме. Параллельно всплывают новости. Западные разведки уверены, что Путин не закончит войну в этом году, и даже территориальные уступки Украины, например, передача так называемых ДНР и ЛНР под контроль Кремля, аппетита Кремля не уменьшат. Путин не раз ссылался на то, что вписал в Конституцию России четыре украинских региона в 22-м году, не считая аннексированного Крыма. В Женеве обсуждали некоторые конкретные детали, ранее всплывавшие в мирном плане Трампа. Подробнее о них – в нашем сюжете:
Американский институт изучения войны уверен, что Путин готовит общество к новой частичной мобилизации за счёт резервистов. Согласно новому закону, можно привлекать резервистов для защиты гражданских объектов, но там не указано, что их нельзя отправить куда-то ещё. Институт уверен: вскоре двухмиллионный мобилизационный резерв может быть использован. Учитывая вышесказанное, в том числе источники Reuters и New York Times, возникает вопрос: зачем обсуждать конкретные контуры мирного соглашения, если сворачивать военную кампанию Россия не планирует? Продолжает анализ Дмитрий Орешкин:
– По крайней мере, не видно тому симптомов. Думаю, что Путину нельзя не потакать Трампу в его миротворческих действиях. Если просто сказать, что “я готов воевать до той поры, пока у меня будут ресурсы”, это означает, что усилия Трампа пропали даром. Такого Трамп допустить не может. Поэтому задача Путина – благодарить и говорить о приверженности мирному решению проблемы, но подбирать одновременно ресурсы для продолжения работы этой мясорубки.
погибает больше, чем удаётся мобилизовать
Судя по донесениям аналитиков, за последний месяц необратимые потери в России, безвозвратные, достигли примерно 30.000, а в армию пришло за деньги по системе мотивации рекрутов около 20.000. Довольно ясно обозначилась тенденция. Сейчас, по-видимому, погибает больше, чем удаётся мобилизовать. Поэтому на повестке дня новая версия мобилизации, которая мобилизацией напрямую назвать и провести, пожалуй, нельзя. А надавить на тех, кто призван, заставить подписать контракт, за деньги тоже, но главным образом силовым давлением, можно. Путин будет вынужден давить на страну сильнее, иначе он продвигаться вперёд не может. Обидеть Трампа он не может, победить тоже не может. Соответственно, единственное, что он может, это давить на собственную страну и на население.
