На протяжении десятилетий власть в Иране была сосредоточена в руках одного человека: верховного лидера аятоллы Али Хаменеи. Однако, по мнению экспертов, после его убийства в начале американо-израильской войны с Ираном 28 февраля процесс принятия решений в Тегеране становится всё более децентрализованным.
Моджтаба Хаменеи не появлялся на публике с тех пор, как в начале марта он сменил своего погибшего отца. В его отсутствие страной фактически управляет группа высокопоставленных иранских чиновников.
Корпус стражей Исламской революции (КСИР), являющийся доминирующим политическим игроком, теперь стал решающей силой в Иране. Реформаторы и умеренные политики были оттеснены на политическую периферию, что привело к формированию более жесткой и идеологически негибкой системы.
В том, что некоторые наблюдатели называют "Исламской республикой 3.0" (если считать ее первой вариацией ту, что возникла после революции 1979 года во главе с основателем ИРИ аятоллой Хомейни, а второй – многолетний режим Хаменеи-старшего), появились ключевые центры власти и фигуры. Хотя многие из этих фигур придерживаются одинаковых взглядов на основные направления политики, на поверхности возникли некоторые трещины.
Моджтаба Хаменеи: новый верховный лидер
Как верховный лидер, 56-летний Моджтаба Хаменеи обладает высшей властью во всех государственных вопросах. Однако его авторитет с самого начала был подорван.
Назначение Хаменеи на пост верховного лидера вызвало много споров. Этот священнослужитель никогда не занимал государственных должностей, и некоторые утверждали, что переход к "наследственному" правлению станет предательством антимонархических корней Исламской революции 1979 года.
Хаменеи, получивший серьезные ранения в результате того же израильского авиаудара, при котором погиб его отец, не появлялся на публике с момента своего назначения 8 марта. Он получил травмы головы, поясницы и ноги, но сейчас "полностью здоров", заявил 8 мая Мазахар Хоссейни, глава протокольного отдела в аппарате верховного лидера.
Новый лидер получил травмы головы, поясницы и ноги, но сейчас "полностью здоров"
Американская разведка сообщила, что, по ее мнению, Хаменеи играет ведущую роль в разработке военной стратегии и ведении мирных переговоров с США. Но в системе, где верховный лидер должен быть вездесущим, – он выпускает аудиообращения и видеообращения и появляется на публике, чтобы продемонстрировать свою власть, – его отсутствие бросается в глаза.
"Иран вступил в переходный период после смерти Али Хаменеи и окончания его 36-летнего руководства, – заявил Радио Фарда иранский политический аналитик Али Афшари, проживающий в Вашингтоне. – Это сложный период, в котором решающее значение будет иметь расстановка сил после ухода [старшего] Хаменеи".
Хоссейн Таеб: оператор за кулисами
Cвященнослужитель и сторонник жесткой линии, Таеб возглавлял разведывательное управление КСИР в течение 13 лет – до 2022 года, когда он был уволен в рамках крупной перестановки в системе безопасности.
Таеб, включенный в черные списки США и Европейского союза за предполагаемую роль в государственных репрессиях, работал в аппарате верховного лидера, прежде чем в 2009 году был назначен начальником разведывательного управления КСИР.
Будучи давним доверенным лицом младшего Хаменеи, Хоссейн Таеб считается ключевой закулисной фигурой. Эксперты полагают, что он может сыграть важную роль в регулировании отношений Моджтабы Хаменеи с ключевыми фигурами внутри системы.
Ахмад Вахиди: командующий КСИР
КСИР, элитное подразделение вооруженных сил Ирана, всегда играл ключевую роль в политике. Но сейчас, после убийства Али Хаменеи, он является доминирующей политической силой в Исламской Республике. И это несмотря на то, что Израиль и США практически уничтожили руководство КСИР, убив в том числе его главнокомандующего Мохаммада Пакпура.
В начале марта командование КСИР перешло к заместителю Пакпура Ахмаду Вахиди, бывшему министру внутренних дел и обороны. Однако пока не ясно, обладает ли Вахиди достаточным влиянием и авторитетом, чтобы объединить противоборствующие фракции внутри КСИР.
"Эпоха после Али Хаменеи остается неопределенной. Однако очевиден один ключевой факт: растущая роль и власть КСИР в управлении Исламской республикой, – отмечает Моджтаба Наджафи, иранский политический обозреватель, проживающий во Франции. – Милитаризация в экономике, политике, культуре и обществе также достигла апогея".
Мохаммад Багер Галибаф: посредник
Галибаф – консервативный политик и бывший командир, который десятилетиями налаживал связи с высшим руководством Ирана и КСИР.
После карьеры, омраченной коррупционными скандалами и неудачными попытками баллотироваться на президентских выборах, он, пожалуй, оказался самой влиятельной фигурой, оставшейся в Исламской Республике.
Милитаризация в экономике, политике, культуре и обществе достигла апогея
Эксперты описывают роль Галибафа, спикера парламента, который также является главным переговорщиком Ирана с США, как посредника между различными центрами власти в Иране. Он считается близким к новому верховному лидеру.
Именно такую роль играл влиятельный глава службы безопасности Ирана Али Лариджани до своего убийства в марте. Лариджани был фигурой, способной объединять, он сближал противоборствующие политические фракции и поддерживал прочные связи с КСИР, разведывательными структурами и духовенством.
"Галибаф всегда был пешкой, которой пользовалось руководство, – считает аналитик Хоссейн Раззак. – Но сегодня, после устранения других ключевых пешек, его роль в системе стала более заметной".
Мохаммад Багер Золкадр: глава службы безопасности
Бывший командир КСИР, Золкадр сменил Лариджани на посту главы Высшего совета национальной безопасности Ирана – ключевого органа, определяющего политику страны.
В то время как Лариджани был известен как проницательный и прагматичный политик, Золкадр – жесткий военный. Раззак считает назначение генерала попыткой Хаменеи разделить власть между своими сторонниками. По его словам, этот выбор также подчеркнул доминирование КСИР в различных центрах власти в Иране.
Масуд Пезешкиан: бессильный президент
Реформистский президент не является крупным политическим игроком и не рассматривается как угроза со стороны сторонников жесткой линии, доминирующих в системе.
Роль Пезешкиана носит административный характер: он занимается повседневными делами правительства. Однако окончательные решения по важнейшим вопросам, включая войну и дипломатию, принимаются в других инстанциях.
Он и министр иностранных дел Аббас Арагчи – единственные представители реформистского и умеренного политических лагерей, играющие заметную роль в новой структуре власти. Как и Пезешкиан, Арагчи не обладает полномочиями по принятию решений, а выполняет указания сверху.
Тем не менее, уже есть информация о том, что в последнее время в руководстве Ирана возникли разногласия, в результате которых наметилось противостояние между такими фигурами, как Пезешкиан и Арагчи, выступающие за дипломатию, и генералами, которые выступают против уступок Соединенным Штатам в переговорах о прекращении войны.
