Ссылки для упрощенного доступа

Спящему шепчут на ухо. Старое и новое кино в Роттердаме


Кадр из фильма "Нечаянное роскошество полупрозрачного водянистого ребуса"

В 1976 году сети датских рыбаков подняли со дна морского оплетенную водорослями и покрытую ракушками коробку, в которой притаилась копия фильма "Живой Ленин". В 2016 году композитор Йохан Йоханнссон известил режиссера Билла Моррисона о том, что исландцы извлекли из пучины целых четыре 35-миллиметровых русских пленки. А вдруг это немая картина, считавшаяся утраченной? В том же году Моррисон снял фильм "Доусон-сити: замерзшее время" о находке на Юконе, где под катком обнаружились сотни пленок начала прошлого века, которые выбросил местный кинотеатр. Во льду нитратные копии неплохо сохранились. Исландская вода обошлась с ними безжалостней, но все равно удалось установить, что рыбаки обнаружили фильм, не представляющий архивного интереса: "Деревенский детектив" (1968). Видимо, раздосадованный киномеханик вышвырнул его за борт советского корабля. Для Билла Моррисона эта скучная находка стала отправной точкой для киноэссе о судьбе Михаила Жарова, сыгравшего в "Детективе" участкового Анискина.

Дурацкий советский фильм о пропаже аккордеона преобразился на дне морском

Самый яркий момент в биографии обласканного советскими властями Жарова – недолгая опала 1953 года, когда по "делу врачей" были арестованы родители его жены, а он не пожелал их осудить. Но киноалхимику Моррисону интересней другое: преображение пленки под воздействием воды. Дурацкий, хотя и пользовавшийся успехом советский фильм о пропаже аккордеона преобразился на дне морском: пропала звуковая дорожка и часть эмульсии, так что лицо участкового Анискина призрачно мерцает среди замысловатых вихрей. Жанр киноэссе подразумевает множество отступлений, и одно из них – не имеющий отношения к Жарову фрагмент из утраченного американского фильма 1917 года "Падение Романовых", интересный тем, что там сыграл самого себя хулиганствующий монах Илиодор.

"Деревенский детектив: цикл песен" Билла Моррисона, уже показанный на ММКФ, теперь включен в программу "Обретенное кино" Роттердамского кинофестиваля. Зимой прошла усеченная версия IFFR с главным конкурсом, победителем которого стал безупречно снятый тамильский фильм о злобном пьянице и его сыне. Пандемия понемногу отступает, и фестиваль, отмечающий пятидесятилетие, в июне вернулся в гибридном формате, а программа его существенно изменилась. "Обретенным кино" заведует король синефилов Олаф Мёллер, ценитель несуразного и эксцентричного. Еще один киноалхимический фильм в его программе – "Навряд ли". Как и Билл Моррисон, канадский режиссер Стивен Брумер обожает испорченную пленку, причем испорченную радикально. На этот раз его герой – Лэйрд Крегар (1914–1944), голливудский толстяк, звезда нуара, решивший сменить амплуа на героя-любовника и доконавший себя зверской диетой. "Навряд ли" (Fat Chance) – теряющее двусмысленность в русском переводе название так и не написанных мемуаров Крегара. Фрагменты фильмов, в которых он снимался, Брумер перемешал, исказил, перевел почти всё в негатив, сделав упор на последнюю сцену с его участием – из "Площади похмелья" (1945). Там Крегар исполняет фортепьянный концерт, и "Навряд ли" превратился в огромный клип к несуществующей симфонии, обрамленной глубокомысленными цитатами из "Баллады Редингской тюрьмы" (Лэйрда прославила роль Оскара Уайлда).

Еще один монтажный фильм сделан на советском материале: Аня Цирлина изучала кинообразы женщин-тружениц, строительниц коммунизма, и то, что в брежневские времена обязано было выглядеть жизнеутверждающим, сейчас, в беспощадном свете феминистской оптики, кажется безнадежно грустным.

В программе Олафа Мёллера россыпь жемчужин: снятая в 1935 году в Киото комедия про одноглазого и однорукого самурая, разыскивающего драгоценный горшок, предвосхитивший "Экзорциста" хоррор Брунелло Ронди об изгнании беса, мультфильм Уолта Диснея, считавшийся утраченным, но недавно найденный в частной коллекции в Японии. 2650 рабочих часов понадобились реставраторам, убиравшим царапины и грязь с копии божественно идиотического фильма "Магия Мата" (1971): американский иллюзионист-долгожитель Джон Калверт и сингапурский комик Мат Сентол демонстрируют фокусы на дне рождения правителя сказочного острова.

В роковой день обыватели демонстрируют тайны своей натуры: одни готовы на предательство, другие – на самопожертвование

"10 мая" Франца Шнайдера – флагман небольшой флотилии недавно отреставрированных швейцарских фильмов. Политическая драма была перемонтирована по воле продюсера, и теперь можно посмотреть авторскую версию 1957 года. Шнайдер, находившийся под впечатлением от советского вторжения в Венгрию, изучал характеры своих соотечественников, готовившихся в 1940 году к оккупации Швейцарии Гитлером. В роковой день обыватели демонстрируют тайны своей натуры: одни готовы на предательство, другие на самопожертвование. Впрочем, ни то, ни другое не требуется: немцы в Швейцарию так и не вторглись, хотя многим изрядно потрепали нервы. Генри Брандт в 1964 году сделал многоканальную инсталляцию "Швейцария размышляет" для национальной выставки в Лозанне. Это критический портрет страны, сперва демонстрируется красочный фасад и достижения, потом всё, что принято скрывать: зависимость от гастарбайтеров, уничтожение природы, ксенофобия, жуть массовой застройки. Другой отреставрированный швейцарской синематекой фильм Брандта, "Кочевники солнца" (1953), предлагает утопическую альтернативу миру стяжательства и потребления. Брандт провел несколько месяцев в Сахаре, кочевал с племенем водабе, славящимся небанальными брачными ритуалами. Ежегодно юноши-многоженцы устраивают конкурс красоты под названием геревол, причудливо наряжаясь и раскрашивая лица, а девушки выбирают самых пригожих, чтобы зачать с ними безупречных детей. Брандт первым запечатлел ритуалы водабе, а через 30 лет Вернер Херцог снял более известный фильм с похожим названием.

Чтобы ребенок в кадре расплакался, Мольберг его щипал, на кинопробах вынуждал актрис раздеваться, вдрызг напаивал статистов

О том, как стремительно меняются правила кино, свидетельствует непритязательный гонконгский боевик "Время", сделанный в надежде привлечь зрителей к угасшим звездам прежних лет (в главной роли – 84-летний Патрик Це). Бывшие наемные убийцы перерезают сонные артерии таким же старикам, решившим свести счеты с опостылевшей жизнью. Не символическое ли это убийство прежнего мира и прежнего кинематографа? Фильм о жизни финского режиссера Рауни Мольберга (1929–2007) безжалостно озаглавлен "Динозавр". Методы Мольберга – страшный сон для поборника новой этики. Чтобы ребенок в кадре расплакался, Мольберг его щипал, на кинопробах вынуждал актрис раздеваться, изучая пределы их раскованности, вдрызг напаивал статистов, добиваясь "подлинности", снимал убийство животных. Больше всего на свете он любил кино и считал, что любые средства хороши, лишь бы получился красивый кадр. Молле, как его называли друзья, не сомневался, что ему всё дозволено, поскольку миром повелевает зло. Три картины, принесшие ему славу – "Земля – это греховная песня" (1973), "Милка" (1980) и "Неизвестный солдат" (1985) – потрясли финских зрителей, не привыкших к такому накалу натурализма, а чувствительные актеры и актрисы до сих пор не могут избавиться от ночных кошмаров. Но удача отвернулась от Мольберга. Пришли новые времена, тяжеловесное постановочное кино перестало пользоваться успехом, новое поколение режиссеров и критиков (в первую очередь, братья Каурисмяки) откровенно высмеивало высокопарность его стиля, а провал дорогостоящего военного фильма "Друзья, товарищи" (1990) его разорил. Такого же типа режиссер стал героем фильма Дона Палатхары "Кино повсюду". Оказавшись в Калькутте в начале пандемии коронавируса, он пытается снять новый вариант знаменитой документальной повести Луи Маля об этом городе, но из-за локдауна переключается на изучение своей супруги, к которой относится с женоненавистническим презрением, словно к безмозглому насекомому.

Сыщик и преступник меняются местами, декорации уплывают, преступления клонируются, разгадки никогда не будет

Год карантина приостановил крупное кинопроизводство, но труды в домашних алхимических лабораториях не прекращались. Далибор Барич из Загреба в одиночку на своем компьютере смастерил грандиозный фильм с вычурным названием "Нечаянное роскошество полупрозрачного водянистого ребуса". Барич настаивает, что в фильме присутствуют герои и детективный сюжет (инспектор Амброз преследует пару бунтарей), но только сверхвнимательный зритель сможет проследить за развитием этой интриги. Если это и детектив, то такой же, как в романах Роб-Грийе, на которого в интервью ссылается режиссер: сыщик и преступник меняются местами, декорации уплывают, преступления клонируются, разгадки никогда не будет. Фильм озаглавлен так, словно это картина Дали, наполненная существами и предметами, не способными встретиться наяву. Мы оказываемся в мире, "разделенном на тех, кто спит и тех, кто шепчет им в уши". Далибор Барич использует радикально измененные фильтрами фрагменты из нуаров, оживляет фотографии из старых журналов и картинки из комиксов, сопровождая причудливый видеоряд голосами персонажей сюрреалистической радиопьесы. Его фильм – внезапное доказательство действенности игры в "изысканный труп" и метода нарезок, придуманного 60 лет назад Брайоном Гайсиным и Уильямом Берроузом. Истина, таящаяся в подсознании, раскрывается благодаря сочетанию отрывков из газетных статей, надписей на вывесках, цитат из пьес Шекспира и отголосков чужих разговоров. Вызвавшее водоворот в синефильской среде и привлекшее внимание многих кинофестивалей, "Нечаянное роскошество" даже номинировано на премию "Оскар" за лучшую анимацию.

Работа над таким фильмом-коллажем займет немало времени, а вот "Человек с камерой" (ничего общего с Дзигой Вертовым!) кажется снятым за 3–4 дня. Но это не так: на работу ушло два года. Режиссер Гвидо Хендрикс провел рискованный социальный эксперимент: снимал посторонних людей без разрешения, ничего при этом не объясняя и вообще не произнося ни слова. Звонил в случайные двери, ждал, когда кто-то откроет, и безмолвно стоял с камерой в руке. В России, боюсь, такой опыт мог бы закончиться стремительно и кроваво, а вот в Бельгии обыватели, за редким исключением, принимали безмолвного оператора вполне радушно, а некоторые даже приглашали его в дом, угощали кофе и рассказывали о себе, хотя Хендрикс отказывался объяснять, что снимает и зачем. В конце концов, все мы привыкли наблюдать за чужой жизнью на экране, так почему бы не показать свою?

Комментарии премодерируются, их появление на сайте может занять некоторое время.

XS
SM
MD
LG