Спасать нельзя банкротить. Девелопер "Самолет" и эффект домино

Публичное обращение в правительство за помощью крупнейшей в России по объему строительства девелоперской группы компаний "Самолет" поставило чиновников в крайне неудобное положение. Если будет принято решение о выделении запрашиваемых 50 миллиардов помощи, за "Самолетом" выстроится огромная очередь не менее системно значимых компаний, которые оказались в еще более бедственном финансовом положении. Если проявить жесткость, "Самолет" может стать первой костяшкой домино, которая спровоцирует полноценный финансовый кризис.

4 февраля РБК стало известно о письме, которое направила генеральный директор группы компаний "Самолет" Анна Акиньшина председателю правительства Михаилу Мишустину. Упирая на ответственность перед дольщиками, государством и инвесторами, Акиньшина просит о выделении льготного кредита или другого стабилизационного инструмента в размере 50 миллиардов рублей и на срок до 3 лет. Акционеры готовы предоставить государству блокирующий или более крупный пакет для участия в управлении компании с правом обратного выкупа.

Эта новость вызвала резкое, 15-процентное падение акций группы, а размещенные ей облигации потеряли в цене около 10 процентов. Однако позднее ситуация стабилизировалась. Большинство аналитиков выступили с комментариями о том, что компания – системообразующая, и просто так "рухнуть" ей никто не даст. Проектная задолженность "Самолета" оценивается на сегодняшний день примерно в 650 миллиардов рублей. Многие вспомнили кризис 2008 года, когда отказ в относительно скромной помощи "Lehman Brothers" привел к глобальному биржевому и финансовому краху, гасить последствия которого пришлось суммами, на два порядка превышавшими запрашиваемую помощь. В России финансовые власти допустили ту же ошибку, допустив банкротство компании КИТ-Финанс, про которую до этого вообще мало кто слышал. В результате российский биржевой крах и банковский кризис оказался едва ли не более глубоким, чем в большинстве развитых стран мира.

Вот только тот факт, что биржевые аналитики все это помнят и понимают потенциальные риски, вовсе не означает, что правительство будет спасать строительную компанию, оказавшуюся на грани финансового коллапса. Просто потому, что все прекрасно понимают, что проблемы "Самолета" типичны для строительной отрасли, которая столкнулась с обвальным падением спроса после отмены льготной ипотеки. А годы высоких ставок, в течение которых всем участникам рынка приходилось под все более разорительные проценты рефинансировать кредиты, взятые под строительство построенного, но не распроданного жилья, ни для кого не прошли даром. Так что утечка в прессу информации о запросе экстренной финансовой помощи может сослужить "Самолету" плохую службу.

Если решение правительства будет положительным, кабинет министров завалят аналогичными письмами, причем не только девелоперы. В длинную очередь выстроятся шахтеры, металлурги, нефтяники, автомобилестроители, производители одежды и обуви. Одним словом, все те, кто не способен обслуживать кредиты (просрочка по корпоративному долгу достигла 11% от всего корпоративного портфеля банков) и расплатиться с контрагентами (проблему неплатежей назвали главной проблемой 42% российских компаний). К тому же совершенно не факт, что, получив сейчас 50 миллиардов рублей, "Самолет" через полгода не попросит еще 100. Радикально в российской экономике в обозримом будущем если что и изменится, то только в худшую сторону.

Премьер-министр РФ Михаил Мишустин

Так что параллельно с появлением информации об обращении "Самолета" за помощью в прессе появился целый ряд утечек о том, что денег российскому правительству самому ни на что не хватает. Сначала агентство Reuters со ссылкой на источники в правительстве РФ написало о том, что принято принципиальное решение остановить финансирование всех уже одобренных государственных проектов из средств Фонда национального благосостояния – из-за бедственного положения федерального бюджета. Вслед этим этим газета Washington Post со ссылкой на источник в финансовом блоке написала о том, что чиновники этого самого блока предупредили Путина: уже до лета в стране может разразиться экономический кризис. Все эти "утечки" – с одной стороны, способ донести до потенциальных просителей незамысловатую мысль о том, что помощи скорее всего не будет, а если и будет, то только с высочайшей санкции.

Одновременно это и сигнал Владимиру Путину, который должен сделать выбор между массовыми банкротствами с понятными последствиями и массовым же спасением за счет печатного станка с перспективой обвальной девальвации и гиперинфляции. А такого рода выбор никто делать не любит. Так что Путин пока молчит. Зато оживились депутаты Государственной думы, которые всегда чутко держат нос по ветру, пытаясь угадать "высочайшую волю". Одним из первых отреагировал член комитета Госдумы по бюджету Виктор Селиверстов, который в интервью РБК сравнил запрашиваемую "Самолетом" сумму с бюджетом "среднего субъекта Российской федерации" и заявил, что руководству компании надо было думать раньше. А коллега Селиверстова, зампред комитета Госдумы по строительству и ЖКХ Светлана Разворотнева, была еще более категорична: "Кто умер, тот умер, и сам виноват".

В понедельник 9 января руководство "Самолета" попыталось успокоить инвесторов. Финансовый директор группы Нина Голубичная провела с ними конференц-колл, в ходе которого заверила, что исключает вероятность невыплаты купонов по уже размещенным облигациям, и те деньги, которые получает компания, первым делом идут на обслуживание банковских, корпоративных или облигационных процентов и купонов. Тем не менее, "Самолету" пришлось перенести на неопределенный срок размещение биржевых облигаций, запланированное на 10 февраля.

Чем бы ни закончилась история с крупнейшей в стране строительной группой компаний, ситуация на рынке крайне напряженная, поскольку помимо "Самолета" в стране более чем достаточно потенциальных "слабых звеньев", каждое из которых может стать той самой "костяшкой домино", которая, падая, запустит цепную реакцию финансового и банковского кризиса. Причем не только в строительстве, но и почти во всех "мирных" секторах экономики – от горно-металлургического до нефтегазового.