Ссылки для упрощенного доступа

Декоммунизация реальности. Александра Вагнер – о сталинистах без памятников


Когда я недавно побывала в Харькове (во время предвыборной кампании в Верховную раду), меня не покидала мысль о том, что те памятники, которые должны быть снесены, согласно принятым четыре года назад законам о декоммунизации, – наслоения посторонние, застойные, зацементированные советской властью. Это чувствуется как нельзя более отчетливо именно на улицах первой столицы советской Украины, где чуть ли не впервые в практике огромной страны началось масштабное социалистическое строительство.

На главной площади города уже не осталось и следов от памятника Ленину, он был снесён во время так называемого ленинопада, начатого во время Евромайдана. Площадка на месте монумента обнесена забором, её выровняют, покроют новой брусчаткой и установят вместо Ленина фонтан. Но рядом стоит памятник намного более красноречивый, самое заметное с архитектурной точки зрения здание Харькова – Дом Государственной промышленности (или Госпром), строившийся для новых чиновников советской Украины в 1925–1928 годах.

Журналист и редактор Елена Остапченко, приехавшая учиться в Харьков из Луганска в начале 1990-х и – как теперь понятно, к счастью – оставшаяся здесь жить, провела меня по этому огромному зданию с почти десятком подъездов и рассказала, с какими сложностями столкнулись те, кто его возводил. Не хватало специалистов, и в спешке мастерству учили обычных строителей. Одним из условий трудоустройства была работа в первой половине дня и посещение специальных курсов во второй. При помощи лопат и тачек на "конной тяге" вырыли котлован для огромного здания площадью в 60 тысяч квадратных метров. Лишь к концу строительства процесс удалось механизировать. Сейчас фасад Госпрома поблек, но почти сто лет назад сияла на солнце покрывавшая его свежая слюдяная крошка, и не нужен был Харькову другой памятник наступившей эпохе.

Во время бурного харьковского строительства, в 1935 году, в городе появился монументальный памятник Тарасу Шевченко, а вовсе не Ленину, как можно подумать. К тому моменту в России уже поставили несколько памятников коммунистическому вождю, а вот в Харькове от такой памяти отказались. Был эпизод, когда в 1920-е годы местный скульптор Кратко соорудил, как тогда писала пресса, "сумбурную композицию из зубчаток, болтов и других частей машин", но "трудящимся такое изображение вождя не понравилось". И они забыли о памятнике Ленину на 40 лет.

Ленин в Харькове появится аж в 1964-м, а довольно уродливый и непропорциональный монумент советскому маршалу Георгию Жукову, по поводу которого до сих пор продолжаются отчаянные войны (то его сносят, то ставят обратно) – и вовсе в 1990-х, видимо, на волне ностальгии по исчезнувшему СССР. Эти факты заставили меня поинтересоваться тем, когда же был установлен снесенный еще в 1990-х главный киевский Ленин или, например, Ленин донецкий, которого так неистово берегут сепаратисты. Все это изваяния конца 1960-х и 1970-х. То есть говорить о "памяти дедов" не приходится.

Мифы вокруг советских памятников, конечно, усиливает и очередная волна декоммунизации в Украине. Кажется, что если избавиться от всего, напоминающего советское, то удастся преодолеть тоталитарное прошлое. Но вот пример: в Германии нацистские символы запрещены, а в Италии фашистские оставлены на зданиях. Речь в обоих случаях идет о демократических странах, но и там, и там есть ультраправые и неонацистские движения, а сталинисты существуют, наверное, во всех европейских государствах, хотя памятников Сталину во многих из них нет.

Часто то, что кажется нереальным сегодня, завтра может превзойти ожидания. Но для этого нужно, чтобы перемены происходили не только на площадках у памятников

Так же явственно, как и памятники, о связи с прошлым напоминает законодательство, доставшееся Украине в наследство после распада Советского Союза. Советский принцип городского планирования, в основу которого заложен рост населения (хотя на самом деле смертность в Украине драматическим образом превышает рождаемость), действует до сих пор. До трёх лет заключения грозит тому, кто изготовит или решится импортировать порнографическую продукцию (статья 301 уголовного кодекса) – и это при том, что в интернете всё это распространяется среди взрослых почти без ограничений. Наличие наказаний в Уголовном кодексе за азартные игры совершенно не отменяет того, что в реальности существуют и игорные дома, и казино, загнанные, как в советское время, в подполье. То же самое касается и наказания за занятия проституцией, хотя гражданские активисты с 2017 года требуют упразднить предусмотренную за неё административную ответственность. Кодекс об административных правонарушениях Украины действует с 1984 года. Статья 309 уголовного кодекса предусматривает наказание до 3 лет заключения за хранение без цели сбыта наркотического вещества. В большинстве стран Европейского союза ответственность предусмотрена только за сбыт, а не за хранение малых количеств наркотических веществ для личных нужд.

А вот цитата из жилищного кодекса Украины, действующего с 1983 года: "В результате победы Великой Октябрьской социалистической революции в нашей стране были созданы необходимые предпосылки для преодоления одной из важнейших социальных проблем – обеспечения потребностей трудящихся в жилье. Претворяя в жизнь ленинские идеи построения коммунистического общества и осуществляя курс на повышение материального и культурного уровня жизни народа, Советское государство последовательно реализует разработанную Коммунистической партией программу жилищного строительства". Не стоит и говорить, что в этом законе чуть ли не на каждой странице фигурирует Украинская ССР и её совет министров, который устанавливает разнообразные правила, связанные с жильем, – для современной Украины. В законодательной базе Верховной рады есть 3 кодекса и 11 законов, а также несколько десятков нормативных актов Украинской ССР, которые до сих пор действуют. В Трудовой кодекс хотя и вносились изменения, но его основа была написана в 1971 году, когда он принимался.

Декоммунизация состоялась во многих странах бывшего соцлагеря и сегодня в Чехии, Польше или Словакии не найти Лениных, а рядом с другими "спорными" памятниками, например, у скульптуры советского "освободителя Праги" маршала Ивана Конева размещают таблички, разъясняющие двусмысленность действий этого полководца. То есть пытаются рассказать обо всех фактах истории, а не только о тех, которые использовала пропаганда. Но одновременно со всем этим под декоммунизацией понимались всеобъемлющие общественные реформы, и вот как раз их результатом и стало относительное процветание. Вот пример: в начале 1990-х Польша и Украина имели почти сопоставимые показатели экономического развития. Сейчас разница в уровне и условиях жизни так велика, что говорят даже о 40 годах, которые понадобятся Украине для того, чтобы догнать Польшу. Но дело даже не в этих десятилетиях: часто то, что кажется нереальным сегодня, завтра может превзойти ожидания. Но для этого нужно, чтобы перемены происходили не только на площадках у памятников.

Александра Вагнер – журналист Радио Свобода

Высказанные в рубрике "Блоги" мнения могут не отражать точку зрения редакции​

Уважаемые посетители форума РС, пожалуйста, используйте свой аккаунт в Facebook для участия в дискуссии. Комментарии премодерируются, их появление на сайте может занять некоторое время.

XS
SM
MD
LG