Жители российских городов пытаются выяснить, где им укрываться во время воздушных атак. Однако под словом "укрытие" власти и жители нередко понимают совершенно разные помещения: от полноценного защитного сооружения гражданской обороны до обычного подвала, подземного паркинга или бетонного модуля на улице. Обозначенные на картах подвалы оказываются закрытыми или непригодными, а частный бункер стоит миллионы рублей.
Летом атаки и воздушные тревоги затронули не только приграничные регионы, но и Татарстан, Поволжье и Сибирь. 10 августа при атаке БПЛА на Нижнекамск погибли 13 человек, 78 получили ранения. 12 августа в Новороссийске погиб восьмилетний ребенок, еще восемь человек пострадали. ВСУ атакуют российские объекты (по заявлениям украинской стороны, исключительно военные или промышленные, но связанные с войной) в ответ на непрекращающиеся удары российских войск по городам Украины.
Еще в феврале глава российского МЧС Александр Куренков сообщил, что в 82 регионах разработаны и реализуются планы по приведению в нормативное состояние более 20 тысяч защитных сооружений. Планы приведения в готовность систем оповещения на тот момент были утверждены в 45 субъектах России.
"Ну стреляют, ну каждый день"
В ночь на 9 августа Белгород подвергся атаке, в результате которой, по последним данным региональных властей, погибли пять человек, еще 25 получили ранения, в том числе двое детей – четырех и девяти лет. В городе были повреждены 29 многоквартирных и пять частных домов, административные, социальные и коммерческие объекты. В пунктах временного размещения оказались 26 человек.
30-летняя Гульзат (мы поменяли имена собеседников по соображениям их безопасности) покинула Белгород вскоре после начала полномасштабного российского вторжения в Украину. В 2021 году у нее родилась дочь, а после начала войны из-за постоянного стресса пропало молоко и начались головные боли. Семья уехала в Кыргызстан – Гульзат родилась там, ее отец был кыргызом, а в стране оставались родственники.
Через два года Гульзат снова забеременела и приехала рожать в Россию. Но в самом Белгороде задержалась всего на один день: после первого же налета беспилотников решила там не оставаться. При этом у семьи остались в городе квартира и почти достроенный двухэтажный дом, который теперь выставлен на продажу.
– Я думала, из-за войны спрос упадет. Кому надо покупать жилье под постоянными бомбежками? Но нет – цены существенно поднялись, – говорит Гульзат. – Многие приобретают, чтобы сдавать военным по неадекватным ценам. Мои друзья как раз сдают "убитую двушку", фактически без ничего, за 23 тысячи рублей плюс коммуналка.
По словам Гульзат, среди оставшихся в Белгороде знакомых отношение к атакам со временем изменилось.
– Многие уже привыкли. Ну стреляют, ну каждый день. Когда тревога, спускаются в подвал. Подруга в столовой на заводе работает. Говорит, что зачастую сигнал тревоги вообще игнорируют. Если совсем страшно и стены трясутся, то под стол залезут или в кладовую.
Гульзат оформила мужу гражданство Кыргызстана, чтобы семья могла пока не возвращаться в Россию. Одного из их родственников мобилизовали, и он три с половиной года воевал в составе роты снабжения: возил продукты, участвовал в боях, вывозил погибших. Его демобилизовали после того, как диагностировали рак.
– А отчего рак? Да потому, что он там через ад прошел! По его словам, никто не хочет воевать. Потому что это война не ради освобождения и справедливости, – добавляет Гульзат.
Даже после переезда она продолжает следить за происходящим в Белгороде.
– Сейчас много укрытий настроили – таких, как остановочные павильоны. Но мне кажется, никто и не бегает туда. Люди как-то свыклись. Некоторые уже давно махнули рукой: будь что будет, умрем так умрем. Мне кажется, поэтому и жертв так много после атаки 9 августа, – рассуждает Гульзат.
В соцсетях регулярно появляются ролики, на которых жители Белгородской, Воронежской и Ростовской областей под звуки сирены продолжают заниматься обычными делами – например, чистить на улице ковры. Но даже те, кто пытается найти укрытие, не всегда могут в него попасть. В июне жительница Белгорода Дарья опубликовала видео с подписью "Укрытие в Белгороде для избранных": ее маленький сын безуспешно дергает за ручку закрытой металлической двери подвала, пока за кадром звучит сирена.
– Мы не живем, а выживаем между обстрелами, – рассказывает жительница Белгорода Ирина. – Давно не ориентируюсь уже на смс от МЧС. Связи периодически нет никакой. Актуальную информацию получаем по рации, которую всегда держим при себе. У нас есть две частоты, по которым в режиме реального времени говорят, где может быть прилет. Мы называем эти радиочастоты БПЛА.FM. И если там говорят, стоп-движение на таких-то улицах, а ты рядом, значит все бросаешь и ищешь, куда спрятаться. Я не знаю, кто и когда это организовал. Но информация там всегда точная. И все мои знакомые, друзья слушают БПЛА.FM. Про частные бомбоубежища слышала, но ни у кого, честно говоря, не видела. Мне кажется, как будто на нас уже все забили. У меня родственники в Казани оформили страховку на квартиру от прилета. Я тоже хотела сделать, позвонила в офис, а мне сказали, что это программа для всех, кроме приграничных областей и Крыма (аннексированного Россией – прим. ред.). Знаете, часто вижу и слышу вопрос, а почему не уезжаете тогда? Так сейчас уже нигде не безопасно. Даже по Сибири стреляют. А у нас здесь еще и ипотека.
Рации стали для белгородцев отдельным каналом оповещения о БПЛА еще в прошлом году. В августе 2025-го экс-губернатор Вячеслав Гладков отчитывался, что местным жителям раздали более четырех тысяч радиостанций. Многие покупают сами: пару примерно за 3–5 тысяч рублей. Для разных районов области работают свои частоты, где предупреждают о надвигающихся беспилотниках. В Белгороде их две: 148,150 и 423,400 МГц. Вещают на них них не оперативные службы, а добровольцы из подразделения "Орлана". Например, пианистка и мать двоих детей Екатерина с позывным "Гайка". После основной работы в музыкальной школе она выходит на вторую – предупреждать горожан об опасности. На ретранслятор, который расширяет радиус связи, местные жители собирали деньги кто сколько мог. Он обошёлся примерно в 200 тысяч рублей.
– За рулём не каждый смотрит в телефон, это просто невозможно – ехать и проверять каналы. А рацию человек услышит, когда кричат "остановить движение", – говорит Екатерина.
В июле 2026 года белгородское СМИ опросило читателей, откуда они узнают об атаках. 70% назвали Telegram, 26% – рации. В некоторых приграничных населённых пунктах зачастую это единственный способ получить информацию, когда пропадает электричество, домашний интернет и мобильная связь.
Подвал на карте – не всегда укрытие
В июне жительница Белгорода опубликовала видео: гуляя с коляской и двумя детьми, она застала на улице сигнал ракетной опасности. До дома далеко, а все ближайшие подвалы и подъезды в чужих дворах оказались закрыты на домофоны и замки. "Я не знаю, куда бежать в этот момент", – констатирует автор.
Согласно действующим правилам, для защиты населения могут использоваться имеющиеся защитные сооружения гражданской обороны, а при их отсутствии – приспособленные заглубленные помещения. Именно поэтому на городских картах укрытий часто отмечены не специально построенные убежища, а подвалы жилых домов, цокольные этажи, подземные паркинги и станции метро.
При этом убежище, укрытие и обычный подвал – не одно и то же. Убежища и укрытия относятся к защитным сооружениям гражданской обороны, а подвалы и паркинги могут использоваться как приспособленные заглубленные помещения. Для их оборудования действует отдельный ГОСТ. Поэтому появление адреса на интерактивной карте само по себе не означает, что помещение обладает теми же защитными свойствами, что и защитное сооружение гражданской обороны.
Согласно разъяснению МЧС, за организацию мероприятий гражданской обороны на территории региона или муниципалитета персонально отвечают руководители региональных и местных органов власти. Организации, на балансе которых находятся защитные сооружения, должны обеспечивать их сохранность и поддерживать в постоянной готовности. Однако в случае обычного подвала, обозначенного на карте как временное укрытие, необходимо отдельно устанавливать, кому принадлежит помещение и кто должен обеспечивать доступ к нему.
При этом рекомендации самого МЧС зависят от типа угрозы. При угрозе атаки БПЛА ведомство советует отойти от окон, перейти в помещение без окон, а находящимся на улице – зайти в ближайшее здание, паркинг или подземный переход. При ракетной опасности рекомендуется перейти в ближайшее заглубленное помещение – подвал, цоколь или паркинг. Но выполнить эту инструкцию можно лишь тогда, когда человек знает, где такое помещение находится, и может в него попасть.
После атаки на Нижнекамск 10 августа глава Татарстана Рустам Минниханов заявил, что жертв было бы меньше, если бы люди спустились в укрытия. Однако во время самой атаки жители одного из нижнекамских общежитий пытались укрыться в подвале, но быстро вернулись: по их словам, внутри были мусор, сырость и сильный запах. Представитель управляющей компании утверждал, что помещение оборудовали еще два месяца назад, а жильцы сами не захотели там оставаться.
Еще в апреле – почти за четыре месяца до атаки на Нижнекамск – депутат Госсовета Татарстана Альберт Ягудин сообщил со ссылкой на данные республиканского Минземимущества, что из 838 укрытий региона в нормативное состояние приведены только 443. Остальные 395 были заперты и нуждались в ремонте. По словам Ягудина, восстановление одного такого объекта обходится примерно в 6 млн рублей, федеральных субсидий на эти цели нет, а муниципалитеты не справляются с расходами. Реконструкцию региональной системы оповещения, начатую в 2023 году, планируют завершить в 2028-м.
В последующие после атаки дни в городе началась проверка подвалов. Обследование почти 400 домов выявило, что часть помещений недоступна, а некоторые жители не знают, где находится ближайшее укрытие. Власти также решили ускорить установку домофонов, которые должны автоматически открывать двери при тревоге.
Схожая ситуация возникла в Волгограде после ракетного удара 27 июня. Жители нескольких районов сообщили, что обозначенные как укрытия подвалы оказались закрыты. По одному из адресов власти указали помещение площадью 1645 квадратных метров, рассчитанное на 2600 человек из нескольких домов. На месте выяснилось, что подвала в доме нет, а большую часть цокольного этажа занимают частные кабинеты и офисы, закрытые ночью и в выходные. Сообщения о ракетной опасности, по словам горожан, начали приходить уже после первых взрывов.
В Брянске во время ракетного удара 10 марта люди также не смогли попасть в подвальные помещения: двери были закрыты. После атаки, в результате которой погибли восемь человек, власти сообщили, что в городе есть 226 защитных сооружений гражданской обороны и 847 подвалов, которых, по их оценке, достаточно для населения. При этом наземные железобетонные модули, установленные в Белгороде и Курске, в Брянске не появились.
Проблема не сводится только к количеству помещений для укрытия. В статье Сергея Фоменко и Валентина Выстропова, опубликованной в 2024 году в сборнике Академии управления МВД России, говорится, что в Белгородской и Курской областях, особенно в приграничных районах, "остро ощущается" нехватка бомбоубежищ и подземных укрытий. Авторы приводят данные о более чем 800 защитных сооружениях гражданской обороны в Курской области и примерно 1,2 тысячи – в Белгородской. При этом многие объекты были построены еще в советское время, находятся в неудовлетворительном состоянии или не отвечают современным требованиям безопасности. В некоторых населенных пунктах укрытий нет вовсе, другие расположены далеко от жилых домов, а доступ к ним затруднен: двери оказываются закрытыми, четкие инструкции для населения отсутствуют. Авторы также пишут, что часть существующих сооружений не обеспечивает достаточной защиты от высокоточных ракет и дронов-камикадзе.
Жители Орла после череды ракетных тревог пошли на прием к руководству регионального МЧС, но позднее рассказали, что обращение не дало результата.
"За сутки сирены выли около шести раз. Мы пошли по адресам с интерактивной карты мэрии – везде подвалы с надписями "Укрытие" наглухо закрыты на замки. Принесли требования в МЧС, а замначальника нам прямо сказал: подвалы вообще не являются укрытиями, спасатели за них не отвечают и занимаются только ликвидацией последствий – тушением пожаров и разбором завалов, – возмущаются жительницы города. – Получается замкнутый круг: мэрия рисует таблички для галочки, МЧС умывает руки, а вся ответственность переложена на людей. Это что – издевательство над народом?"
6 сентября во время утренней атаки БПЛА около 20 жителей улицы Жданова в Ростове-на-Дону не смогли попасть ни в одно из известных им укрытий. В подвал школы № 115, где летом они уже пережидали атаки, людей не пустила охрана: по словам жильцов, им объяснили, что теперь помещение предназначено только для учеников. Подвалы двух соседних домов также оказались закрыты, а предупреждающие сирены, как утверждают ростовчане, не работали. Люди остались на улице, услышали жужжание беспилотника, а затем сильный взрыв. Во время этой атаки в Ростовской области пострадали четыре человека.
На отсутствие своевременного оповещения жалуются и в других регионах. 5 мая беспилотник влетел в кухню квартиры в многоэтажном доме в Чебоксарах. Погиб пожилой мужчина. По словам местных жителей, предупреждений об опасности не было. В Омске информацию о беспилотной опасности 10 августа некоторые абоненты получили лишь через два с половиной часа.
"У меня друзья в Израиле. Там, когда идет обстрел, их предупреждают за 10–15 минут, и они прячутся в бомбоубежище. Потом сообщают об окончании атаки. А здесь у нас утром присылают и пишут: "Не волнуйтесь!" А что делать-то? Мне весь день сидеть в ванне, далеко от окон, и не волноваться? Или просто идти, и если в меня фиганет беспилотник, то МЧС скажет: "А мы предупреждали, надо было не идти тут"? – возмущается житель Нижегородской области.
Карта есть, доступа нет
С июля вопрос укрытий стал актуальным и для Сибири, которая прежде казалась недосягаемой из-за удаленности от Украины. 6 июля в Новосибирской области впервые объявили беспилотную опасность. От Новосибирска до российско-украинской границы по прямой – около 3200 километров.
В мае власти Новосибирска впервые опубликовали карту временных укрытий. Местные СМИ сообщили, что в сервисе 2ГИС были отмечены 4041 объект: подвалы жилых домов, школы, детские сады, станции метро и подземные парковки.
Жительница Новосибирска Ольга говорит, что при ее поиске 2ГИС показал другую цифру. Почему сервис отображал 170 точек при общем числе 4041, выяснить не удалось.
– У меня пропал интернет и 2ГИС я открыть не смогла. А когда появился, в чатах писали, что сбили беспилотник. Никакие сирены не работали. Как тревожная личность, я после случившегося решила уточнить, где есть укрытия, – рассказывает Ольга. – На карте 2ГИС были указаны 170 пунктов. Ближайший ко мне оказался примерно в 25 минутах ходьбы: в подъезде хрущевки. Я обошла дом, нашла какое-то сооружение в подвале. Вроде бы оно, а возможно, и нет. Таблички или указателя не было. На минуточку, население Новосибирска – больше полутора миллионов, и всего 170 пунктов! Это сколько должно быть человек в одном? Я не поленилась, погуглила, что они собой представляют. Нашла только отчеты властей о том, сколько потратили, в некоторых случаях – вместимость. Максимальное количество, которое я видела, – 700 человек. Остальные, наверное, должны прятаться в метро.
Ольга попыталась выяснить, где жильцы их дома должны прятаться в случае опасности, у управляющей компании, но, по ее словам, вразумительного ответа не получила.
– Мне сказали, что в случае опасности оповестят и все объяснят. Ну, или найдете в интернете. А в каком интернете, если при предыдущей тревоге связи не было? Как я вообще должна узнать, куда бежать? Я собрала соседей, чтобы обсудить, есть ли у нас укрытие и в каком оно состоянии, но поддержки не нашла. Никому это не надо. Как будто все верят в свое бессмертие или знают заклинания от беспилотников.
В 2026 году интерактивные карты укрытий появились также в Кемерове, Краснодаре и еще нескольких городах.
В Новороссийске власти 5 августа опубликовали список укрытий для отдыхающих на городских пляжах. Для пляжа "Дюрсо" указали адрес в Абрау-Дюрсо – примерно в восьми километрах по извилистой горной дороге. Укрытие для пляжа "Мысхако" во время тревоги оказалось закрыто. По словам местных жителей, в управляющей компании им ответили, что помещение можно открыть только с согласия собственников. В итоге людей впустил один из жильцов.
В Краснодаре жители ЖК "Панорама" во время атаки в конце июля не попали в обозначенное укрытие. По их словам, они остались на улице и без конца набирали номер телефона, указанный на двери убежища, но попасть внутрь так и не смогли. А в другом ЖК жильцов обязали платить за возможность открыть дверь в укрытие. В квитанциях, которые приходят жильцам, появилась отдельная строка – единовременный сбор по 500 рублей с квартиры на электронные замки, которые должны автоматически открываться при сирене. Однако, по словам жильцов, сирены при атаках зачастую не включаются.
Восстановление старых защитных сооружений в Санкт-Петербурге потребует примерно пять лет. В 2025 году город потратил 500 млн рублей на их обследование. На ремонт в 2027 году может потребоваться 13 млрд. Пока сертифицированные бетонные модули установили только в Кронштадте, где находятся оборонные предприятия.
Всего там появилось семь таких бетонных конструкций. Их уже начали использовать как бесплатные общественные туалеты. Районная администрация сообщила, что коммунальным службам приходится проводить уборку в укрытиях каждое утро.
Редакция направила запросы в региональные управления МЧС, городские администрации и управляющие компании, упомянутые в тексте. К моменту публикации ответы не поступили.
Бункер как товар
Производители частных бункеров говорят о росте интереса к ним, но доступные данные не подтверждают массового спроса. В апреле телеграм-канал Shot со ссылкой на неназванного производителя сообщил, что после эскалации войны на Ближнем Востоке число заказов на бункеры выросло на 140%. Однако эту цифру нельзя считать объективной оценкой всего рынка. Опрошенные позднее РБК предприниматели подтвердили рост числа обращений, но не зафиксировали значительного увеличения количества заказов. Один из них сообщил, что его компания строит в среднем четыре-шесть частных убежищ в год и внешняя конъюнктура почти не влияет на это число.
Предыдущий всплеск интереса наблюдался после объявления мобилизации в 2022 году. Тогда число запросов на сайте BunkerHouse выросло на 430%, рассказывал основатель проекта Никита Малежик. Но многие обращения не дошли до строительства: потенциальные клиенты хотели получить готовый бункер за несколько дней, хотя работа занимает в среднем два-три месяца. В компании "Спецгеопроект" также говорили о кратном росте числа обращений после начала полномасштабной войны и объявления мобилизации. Значительная часть заявок тогда поступала с юга России и из приграничных территорий, причем некоторые заказчики просили просто переоборудовать существующий подвал.
Стоимость зависит от конструкции и оснащения. По данным производителей, укрытие из витой стали стоит от 2 млн рублей, монолитный бункер – от 5 млн. У другого производителя полноценное железобетонное убежище площадью около 50 квадратных метров стоит от 30 млн рублей.
По словам Никиты Малежика, укрытиями в основном интересуются люди 45–60 лет, которым важно иметь рядом с домом "островок безопасности". Данила Андреев, гендиректор компании "Спецгеопроект", занимающейся проектированием и строительством частных защитных сооружений, описывал типичного клиента как семейного человека, живущего в хорошем коттеджном поселке; среди заказчиков, по его словам, встречаются предприниматели, представители шоу-бизнеса и чиновники.
При этом название товара в объявлении не определяет его юридический статус и защитные свойства. Юристы, опрошенные РБК, отмечали, что частное сооружение нельзя автоматически считать объектом гражданской обороны: соответствие конструкции специальным нормам необходимо устанавливать отдельно.
Для большинства жителей приграничных регионов собственный бункер остается недоступной роскошью.
– Читала, что в России резко выросло количество желающих купить собственный бункер. Но цены за бетонную коробку начинаются от нескольких миллионов рублей. Да если бы у нас были такие деньжищи, разве мы остались бы тут ждать, когда к нам прилетит беспилотник? Давно бы уехали, – говорит жительница Старого Оскола Белгородской области Татьяна.
За последние месяцы на "Авито" появились десятки объявлений о продаже конструкций, которые предлагается использовать как укрытия: от пластиковых погребов до железобетонных модулей. Но цена самого модуля – еще не стоимость готового сооружения. Железобетонная коробка стоит от 300 до 500 тысяч рублей, а доставка, монтаж, вентиляция, освещение и другие системы оплачиваются отдельно. В итоге сумма может превысить 2 млн рублей. В большинстве изученных объявлений нет отзывов и информации о завершенных продажах.
В социальных сетях подобных предложений не меньше. Продавцы предлагают варианты на любой бюджет – от заглубленных пластиковых конструкций, похожих на большие погреба, до тяжелых железобетонных модулей.
– Было несколько звонков, но скорее из интереса. Был только один потенциальный покупатель. У него дача где-то в районе Кольцово. Он боялся, что могут ударить по "Вектору" – научному центру вирусологии и биотехнологии Роспотребнадзора. Но, узнав, что полмиллиона – это цена без работ, отказался, – рассказал продавец с "Авито" Дмитрий. – Сейчас этот товар интересует в основном жителей Москвы и Подмосковья, Петербурга, закрытых коттеджных поселков.
Есть варианты дешевле: пластиковый погреб размером 2,4 на 1,9 метра с установкой и доставкой предлагают примерно за 500 тысяч рублей. Продавец сразу уточняет, что такая конструкция может защитить только от осколков и использовать ее логичнее именно как погреб.
Пленка вместо бункера
Те, кто не может построить убежище, пытаются защитить хотя бы квартиру. В июне число поисковых запросов россиян о средствах защиты от беспилотников в "Яндексе" достигло максимума за три года. После атак и сообщений о беспилотной опасности жители Екатеринбурга начали чаще покупать защитную пленку для окон.
Такая пленка не спасает от прямого попадания и не делает стекло неуязвимым: ее задача – удержать часть осколков при разрушении окна. При этом продавцы нередко называют "бронепленкой" обычную ПЭТ-пленку без подтвержденного класса защиты, поэтому результат зависит от характеристик материала и правильности установки.
Жительница Ростова-на-Дону Елена купила пленку на маркетплейсе после того, как у ее знакомых во время атаки выбило стекла. По словам Елены, защитную пленку сейчас массово рекламируют, а клининговые компании предлагают оклеить ею стекла как дополнительную услугу при мытье окон.
– Я видела квартиры, в которых стеклопакеты разлетались на тысячи мелких осколков, которые забивались во все щели. Один рулон 50 на 500 сантиметров взяла за 1900 рублей, цена зависит от толщины. Я выбрала среднюю и вместе с мужем наклеила. Сверху у меня бумажные жалюзи и третьим слоем плотные шторы.
Во время тревоги Елена с семьей спускается на подземный паркинг.
– Мы купили всем маски и противогазы. И везде теперь аптечки и огнетушители. У нас в доме подземный паркинг. Взяли надувной матрас, сложили заднее сиденье в машине и теперь в случае атаки идем спать туда. Сирены могут выть долго, а утром нам на работу – никто отгул не даст. В России же нет войны. Нас обстреливают, уничтожают нашу собственность, убивают мирных людей, но такое ощущение, что есть приграничные регионы, которые каждую ночь молятся, и остальная часть страны, где продолжается обычная жизнь. По новостям про это не расскажут. Они ездят в отпуска, и их основная проблема – задержка рейса. Когда обстреливали Белгород на прошлой неделе, Ваня Дмитриенко провел концерт на 75 тысяч человек в Москве. У них все хорошо, у них праздник, – добавляет Елена.
По ее словам, собственные временные убежища мало кто устанавливает.
– Полноценных бункеров из моих знакомых никто не покупал. Мои друзья в основном переоборудовали подвалы, винные погреба: принесли туда мебель, запасы еды, воды и так далее. Сейчас стали обсуждать антидроновые сетки. Цены на них начинаются от 150 рублей за квадратный метр. Они крепятся на специальные балки – грубо говоря, дом оказывается в коробке. Но пока никто не решился заказать. Все хотят посмотреть, насколько это реально помогает, но пока смотреть не на что, – говорит Елена.
По подсчетам "Коммерсанта", основанным на ежедневных сводках Минобороны, с января по июль 2026 года над 52 регионами России было перехвачено 54,5 тысячи украинских беспилотников. В июне военные отчитались об уничтожении 11,9 тысячи БПЛА, а в июле – уже 13,2 тысячи, что стало максимальным месячным показателем с начала года. Эти цифры не равны числу атак: в одном налете могут участвовать десятки или сотни аппаратов, а Минобороны сообщает прежде всего о перехваченных БПЛА, а не обо всех запусках.
Помимо дронов, для ударов применяются и ракеты. Так, 10 июня глава Чувашии сообщил о ракетной атаке на Чебоксары, расположенные примерно в 600 километрах к востоку от Москвы. Украинские власти заявили, что оборонный завод "ВНИИР-Прогресс" атаковали крылатые ракеты "Фламинго"; Reuters подтвердил место съемки видео, на котором над предприятием поднимался дым. В ту же ночь режим ракетной опасности вводили в 19 регионах, включая все субъекты Уральского федерального округа.
