28 февраля 2026 года США и Израиль начали совместную военную операцию против Ирана, в ходе которой были убиты многие высшие руководители Исламской республики, в том числе Высший руководитель-рахбар, Великий аятолла Али Хаменеи. Иран в ответ наносит удары по американским базам и объектам других стран на Ближнем Востоке, за 10 дней войны суммарно выпустив тысячи дронов-камикадзе и как минимум полтысячи ракет.
Хотя американским силам и армиям стран Персидского залива удалось сбить большую часть атаковавших их средств поражения, некоторые ракеты и беспилотники все же достигли своих целей.
Были зафиксированы удары по базе ВМС США в Бахрейне, оперативному штабу американских войск в гражданском порту Кувейта, в результате которого погибли шесть военнослужащих, а также по дорогостоящим и крайне редким (всего было произведено 16 единиц) радарам AN/TPY-2 для американских систем противоракетной обороны THAAD в Иордании и, вероятно, ОАЭ. Под ударом беспилотников также оказалась база британских ВВС на Кипре.
Помимо этого, иранским вооруженными силам удалось неоднократно поразить и гражданские объекты разных стран Персидского залива: например, один из крупнейших нефтеперерабатывающих заводов в мире компании Saudi Aramco в Саудовской Аравии, Международный аэропорт Кувейта (1, 2), многочисленные здания в Бахрейне и ОАЭ (1, 2, 3, 4), представительства США в Кувейте, Саудовской Аравии, ОАЭ, и даже нанести удар по аэропорту Нахичевани в Азербайджане.
Нет полной и достоверной статистики о том, сколько иранских средств поражения не были сбиты. Об успешности иранских атак позволяют судить лишь отдельные сведения. Министерство обороны ОАЭ 8 марта, в частности, признало, что 2 баллистические ракеты и 80 беспилотников "упали" на территории страны.
Эффективность недорогих дронов стала неожиданностью и для американского военного руководства. В ходе закрытого брифинга военный министр США Пит Хегсет и глава Объединенного комитета начальников штабов генерал Дэн Кейн признали, что беспилотники представляют "большую проблему, чем ожидалось" и что американские системы ПВО "не смогут перехватить их все". Об этом сообщила CNN со ссылкой на два источника.
Похожие оценки приводит и издание Atlantic. Их источник заявил по итогам этого же брифинга, что у американских военных "нет эффективных средств защиты от беспилотников".
Иранский дрон на праздновании 47-й годовщины Исламской революции. Тегеран, 11 февраля 2026 года
Несмотря на широкий арсенал средств противовоздушной обороны, в условиях массированных иранских атак вооруженными силам США и силам стран Персидского залива иногда приходится тратить многомиллионные и технически сложные в производстве ракеты-перехватчики американских систем ПВО Patriot не только на баллистические ракеты, но и на иранские БПЛА-камикадзе стоимостью в десятки тысяч или вообще тысячи долларов.
Для борьбы с беспилотниками США уже направили на Ближний восток протестированные в Украине, и недорогие (менее 10 тысяч долларов) в сравнении с ракетами, дроны-перехватчики Merops. Свою помощь США и странам Ближнего Востока предложила и Украина. Уже сегодня, 9 марта, туда должна направиться первая группа специалистов по противодействию иранско-российским беспилотникам типа "Шахед". Как минимум три страны Персидского залива также хотят закупить украинские дроны-перехватчики.
Как США и союзники сегодня противодействуют "Шахедам"?
Американский военный аналитик Джон Ридж рассказал Радио Свобода, что армии США, Израиля и других союзников на Ближнем Востоке сегодня противодействуют иранским беспилотникам и крылатым ракетам с помощью истребителей, вертолетов, зенитно-ракетных комплексов большого радиуса действия вроде Patriot и ограниченного числа установок C-RAM, которые преимущественно расположены в Ираке.
Ридж отмечает, что эти средства доказали свою относительную эффективность против иранских беспилотников-камикадзе. Но и показали явные недостатки в возможностях США и союзников с точки зрения противовоздушной обороны ближнего радиуса действия.
"Если БПЛА успешно проникает сквозь зону работы истребителей и батарей Patriot, то его практически ничего не может остановить", – объясняет он.
На эту проблему накладываются еще и небольшие расстояния между Ираном и другими странами Персидского залива. Поэтому во многих случаях иранские дроны должны преодолеть относительно небольшие отрезки пути, чтобы нанести удар по своей цели, предполагает Ридж на основе украинского опыта противодействия дронам-камикадзе.
Специалист отмечает, что достоверных данных о том, сколько процентов "Шахедов" просачивается сквозь оборону США и союзников, нет, но он бы "не удивился, если бы этот показатель составил 20–30%".
Сооснователь финского OSINT-проекта Black Bird Group Джон Хелин выделяет несколько проблем со сбитием "Шахедов".
Во-первых, говорит эксперт, недорогими и многочисленными дронами можно перенасытить вражескую систему ПВО, и в условиях, когда она занята отражением атак баллистических ракет и других угроз, беспилотники могут "проскочить" за оборонительные рубежи.
Истребители F-35
Во-вторых, проблема заключается в обнаружении и сопровождении иранских беспилотников: они обладают сравнительно небольшой заметностью для радаров, к тому же летают низко, поэтому стабильно их проблематично отслеживать, говорит Хелин.
"Они могут теряться на фоне наземных помех, использовать рельеф местности для скрытного продвижения или выходить из зоны действия одного радара до того, как их успевает обнаружить другой. Это значит, что реальная трудность часто состоит не в том, чтобы уничтожить сам дрон, а в том, чтобы нужные системы оказались в нужном месте в нужное время", – объясняет он.
Он отмечает, что Украина для противодействия российским дронам "Герань", которые являются копией иранских "Шахедов", создала целую акустическую систему раннего обнаружения, которая охватывает большую часть Украины и построена при помощи относительно недорогих устройств, что дает украинской армии больше времени для сбития дронов-камикадзе.
При этом, говорит Хелин, США и многие страны Персидского залива традиционно строили свою ПВО вокруг дорогой противоракетной обороны и современных перехватчиков, особенно эффективных против боевой авиации, но не вокруг плотных и дешёвых систем борьбы с дронами, которые эффективно себя проявили в Украине.
Кто первым исчерпает свои запасы?
Уже в первые дни войны союзники США на Ближнем Востоке начали жаловаться на нехватку боеприпасов. "Мы обеспокоены, нам не хватает ресурсов, – заявил изданию Financial Times высокопоставленный чиновник из страны Персидского залива. – Всем нам в Персидском заливе не хватает ресурсов. Мы запросили дополнительные перехватчики, но наши партнеры пока не предоставляют их нам".
Так, по данным FT, самые крупные (среди стран-союзниц США) запасы ракет-перехватчиков баллистических ракет в Персидском заливе были у Саудовской Аравии – более двух тысяч различных ракет, у Катара и ОАЭ было примерно по тысяче ракет, у Кувейта – в районе 500, еще 100 – у Бахрейна.
По состоянию на 3 марта, то есть на четвертый день войны, Минобороны ОАЭ отчиталось о сбитии 812 беспилотников и 194 ракет (1342 беспилотника 229 ракет по состоянию на 8 марта), Кувейт сообщил о сбитии 283 дронов и 97 ракет, Бахрейн – 59 БПЛА и 70 ракет, Катар – 17 беспилотников и 72 ракеты, а Саудовская Аравия отчиталась о сбитии 8 беспилотников.
Что касается США, 3 марта американский президент Дональд Трамп заявил, что США обладают "практически неограниченными" запасами вооружений и могут воевать "вечно".
Президент США Дональд Трамп отдаёт честь во время церемонии передачи останков американской военнослужащей Николь Амор, погибшей в результате иранского удара по порту в Кувейте
Точных данных о том, сколько у вооруженных сил США на Ближнем Востоке имеется ракет-перехватчиков для систем Patriot, нет. Однако известно, что в 2023 году группа американских компаний во главе c Raytheon была способна производить 12 таких батарей ежегодно. По состоянию на 2025 год, США ежегодно производили 500 ракет PAC-3 к ним (планируют увеличить до 750 к 2027 году) и 240 ракет PAC-2 (увеличение до 420 к 2027 году). В 2026 году немецкий концерн Rheinmetall также планирует начать производство ракет-перехватчиков PAC-3 и в будущем хочет производить до 300 единиц в год.
Летом 2025 года издание Guardian, впрочем, сообщило, что у США есть лишь 25% ракет-перехватчиков от необходимого, согласно военным планам Пентагона, количества.
Джон Ридж отмечает, что запасов ударных средств США, вероятнее всего, хватит на несколько месяцев боевых действий: в первую очередь их можно будет продолжать за счет бомб малого диаметра и комплектов наведения JDAM к ним, которые превращают неуправляемые бомбы в управляемые, а также благодаря серии бомб с лазерным наведением Paveway.
"Точные объёмы арсенала США засекречены, но только одних комплектов JDAM были закуплены сотни тысяч", – говорит эксперт.
Запасы ракет-перехватчиков, по его словам, выглядят "более истощенными", но эффективное поражение иранских пусковых установок (ПУ) для дронов и ракет, а также складов и производственных линий, дало свои плоды, отмечает Ридж, что постепенно позволяет снижать количество расходуемых вооруженными силами США и партнерами ракет для систем ПВО.
Действительно, довоенные масштабы производства дронов в Иране выглядели внушительно и при полном развертывании производства могли бы достигнуть, по отдельным данным, 10 тысяч единиц дронов в месяц.
США и Израиль, однако, активно применяют тактику так называемой "стрельбы по лучнику", когда армия концентрируется не только на сбитии атакующих ее целей, но также активно отслеживает и уничтожает средства запуска ракет и беспилотников.
В американском Центральном командовании Вооруженных сил (SENTCOM) 5 марта отметили, что частота запусков баллистических ракет с территории Ирана снизилась на 90% с начала операции. 6 марта представители Армии обороны Израиля (ЦАХАЛ), в свою очередь, заявили, что у Ирана осталось от 100 до 200 пусковых установок для баллистических ракет.
Пусковые установки для "Шахедов" значительно проще и дешевле, чем ПУ для баллистических ракет, поэтому сама по себе потеря такой установки вместе с дроном не несет за собой катастрофический ущерб, однако американская и израильская армии стремятся атаковать не только их, но и заводы, производящие беспилотники, а также места их хранения.
Иранские удары по территории стран Персидского залива, впрочем, продолжаются, поэтому США и союзники вынуждены продолжать сбивать их имеющимися средствами.
Говоря о рациональности применения многомиллионных ракет против дронов за десятки тысяч долларов, Джон Ридж отмечает, что экономическая эффективность средств поражения – это прежде всего вопрос долгосрочного планирования. Но во время боевых действий армии используют все, что есть в наличии, чтобы защитить себя и свои объекты, даже если для этого приходится применять ракету PAC-3 MSE за 3,5 млн долларов против дрона за 50 тысяч.
При этом, говорит он, хроническое недофинансирование армии США в сфере средств ПВО малой дальности и средств противодействия беспилотникам привело к ситуации, которая "далека от оптимальной".
"Например, сейчас у США практически нет зенитных ракет малой дальности, которые можно было бы развернуть рядом с комплексами THAAD и Patriot – либо для их прикрытия, либо для защиты других объектов. Есть разрабатываемые решения, например система IFPC, которая ориентирована на противодействие крылатым ракетам и могла бы частично закрыть этот пробел, но она пока ещё не развёрнута", – говорит он.
Американский комплекс THAAD в Южной Корее
Джон Хелин соглашается, что в краткосрочной перспективе применение очень дорогого перехватчика против дешёвого дрона может быть рациональным.
"Вопрос не всегда в цене самого беспилотника, а в том, что именно он может уничтожить. Мы уже видели, как одиночные "Шахеды" наносили ущерб на миллионы и даже сотни миллионов долларов, поражая радиолокационные станции и другие особо ценные объекты. Если дешёвый дрон направляется к такой цели, использование дорогой ракеты всё равно может быть оправданным", – говорит он.
Проблемой он называет устойчивость такой системы в долгосрочной перспективе.
"Нельзя строить всю противовоздушную оборону на том, чтобы сбивать дроны стоимостью в десятки тысяч перехватчиками стоимостью в миллионы".
Он считает, что европейские страны усвоили этот урок осенью после серии инцидентов с российскими В начале осени на территорию Польши могли залететь как минимум 19 дронов "Гербера", и хотя на их сбитие были подняты истребители, некоторые беспилотники пролетели расстояние до 250 километров. Один из них упал недалеко от Гданьска, другой почти долетел до Варшавы, а еще два – до Лодзи.
Известно также о многочисленных случаях, когда неизвестные дроны кружили над европейскими аэропортами, военными и другими объектами. Доказательств того, что все эти запуски дронов напрямую связаны с Россией, нет, но по крайней мере часть беспилотников запускалась с танкеров так называемого российского "теневого флота".
.
"США учатся этому сейчас, хотя именно с этой проблемой Украина уже столкнулась в ходе войны гораздо раньше, поэтому она и перешла к эшелонированному подходу, который позволяет беречь самые современные ракеты для наиболее опасных целей", – объясняет он.
Стоит отметить, что воздушные цели в ходе войны в Персидском заливе сбиваются не только системами Patriot, поэтому утверждать, что страны Персидского залива и находящиеся там войска армии США полностью исчерпали свои запасы средств противовоздушной обороны, нельзя, хотя перехватчики PAC-3 для ЗРК Patriot действительно активно применяются там в крайне больших – в сравнении с войной в Украине – масштабах.
Так, президент Украины Владимир Зеленский заявил 5 марта, что за три дня боевых действий на Ближнем Востоке было использовано более 800 ракет-перехватчиков PAC-3 для ЗРК Patriot. По словам европейского комиссара по вопросам обороны и космоса Андрюса Кубилюса, это больше, чем использовала украинская армия за весь прошедший зимний период. Советник Зеленского Дмитрий Литвин, в свою очередь, заявил, что за все время войны Украина получила лишь 600 перехватчиков новейшей серии PAC-3.
Чем Украина может помочь США и другим союзникам?
Как уже было сказано, США направили на Ближний Восток системы Merops, предназначенные для борьбы с беспилотниками и уже испытанные в Украине.
Свою помощь в вопросе противодействия иранским дронам предложила и сама Украина, которая на сегодняшний день лидирует в разработке и многократном боевом применении дронов-перехватчиков. 5 марта президент Владимир Зеленский опубликовал в соцсети X пост, в котором сообщил, что Украина готова поделиться своим опытом с партнерами, но отметил, что ВСУ испытывает нехватку ракет-перехватчиков и намекнул на возможность обмена украинских дронов-перехватчиков на ракеты к ЗРК Patriot.
Позднее стали появляться сообщения о том, что США и страны Персидского залива ведут с Украиной переговоры о покупке дронов-перехватчиков, а также акустических систем для обнаружения ударных дронов .
7 марта представитель украинской компании TAF Industries Александр Яковенко сообщил изданию Financial Times, что ОАЭ планируют купить у Украины пять тысяч дронов-перехватчиков, Катар – две тысячи. Интерес к дронам, по словам Яковенко, также проявил Катар.
Сегодня, 9 марта, на Ближний Восток должна отправиться первая группа украинских специалистов по перехвату иранских беспилотников "Шахед", заявил Зеленский.
По словам украинского президента, таких групп будет несколько. Зеленский также отметил, что три страны "точно готовы покупать" украинские дроны-перехватчики для противодействия иранским беспилотникам-камикадзе.
Он добавил, что Украина готова продать партнерам "достаточно большой" объем перехватчиков, который не используется украинскими военнослужащими.
Джон Хелин считает, что Украина, помогая США и странам Персидского залива в противодействии дронам, может заработать в их глазах политические очки. Эксперт называет это "дальновидным решением с минимальными издержками", особенно если Украина, помогая партнерам, сможет пополнить собственные запасы ракет, которых Украине постоянно не хватает.
Владимир Зеленский на фоне ЗРК Patriot
"Если говорить шире, вне рамок текущей войны с Ираном, Украина могла бы помочь в создании сетей раннего предупреждения и обнаружения – например, акустических, подобных той, что сейчас используется в Украине, – а также содействовать партнёрам в разработке доктрины борьбы с дронами", – считает Хелин.
Американский аналитик Джон Ридж считает обращение США и партнеров за помощью к Украине правильным решением. "Это единственный союзник, у которого есть большое число подготовленных и опытных специалистов по противодействию дронам, способных работать либо с зенитной артиллерией, либо с малыми дронами-перехватчиками, такими как Украинский зенитный дрон-перехватчик, разработанный компанией Wild Hornets".
Самым важным вкладом Украины в этом вопросе, по мнению Риджа, могла бы стать отправка – при поддержке США и Великобритании – полностью укомплектованных и оснащённых подразделений по борьбе с дронами для защиты американских и союзных объектов в зоне ответственности Центрального командования армии США.
Эксперт надеется, что опыт войны в Персидском заливе, а также недавние Прошедшие в прошлом году учения НАТО в Эстонии "Стальной дикобраз", в которых участвовали украинские операторы дронов. В одном из сценариев учений группировке из нескольких тысяч человек, состоявшей из британских и эстонских военнослужащих, нужно было перейти в механизированное наступление. Участник учений вспоминал, что боевая группа НАТО просто перемещалась без какой-либо маскировки, разворачивала палатки и размещала бронетехнику. Всего за полдня одно из украинских подразделений численностью около 10 человек условно поразило 17 единиц техники и нанесло удары по 30 другим целям. Суммарно за день силы условного противника в лице операторов ВСУ смогли разгромить два батальона НАТО, не понеся никаких потерь. Издание WSJ, рассказавшее об учениях, отмечает, что его результаты стали шоком для военного руководства участвовавших в учениях подразделений НАТО.НАТО с участием украинских военнослужащих заставят американское командование уделить должное внимание противодействию беспилотникам, а также развитию противовоздушной обороны малого радиуса действия.
Смотри также От FPV до НРК. Как война в Украине влияет на тактику и оружиеДжон Хелин соглашается с тезисом, что война против Ирана заставила США обратить более пристальное внимание на опыт войны в Украине.
"По крайней мере отчасти. Похоже, Вашингтон обращается к Украине за советами по противодействию беспилотникам, и это довольно ясно показывает, что украинский боевой опыт воспринимается всерьёз. Более важный вопрос не в том, признают ли США публично свои ошибки, а в том, смогут ли они действительно встроить эти уроки в систему закупок, подготовки и военной доктрины. Военные структуры – это большие машины, которые поворачиваются медленно, так что такой процесс всегда идёт гораздо медленнее, чем хотелось бы", – говорит он.