Ссылки для упрощенного доступа

Застолье в блокадном Ленинграде. Алексей Красовский – о фильме "Праздник"


Кадр из фильма Алексея Красовского "Праздник"

Премьера комедии Алексея Красовского "Праздник" состоялась не в кинотеатрах, а в YouTube. За первые сутки ее посмотрели более 200 тысяч человек.

Действие фильма происходит в течение одной ночи – 31 декабря 1941 года, во время блокады Ленинграда, – в доме семьи Воскресенских. Глава семейства, микробиолог Георгий Воскресенский (актер Ян Цапник), выполняет важное партийное задание: по всей видимости, разрабатывает биологическое оружие. Семья получает спецпаек и, несмотря на блокаду, живет на широкую ногу. На праздничном столе курица, баранки, шампанское, вдоволь хлеба и сала. Но Денис, сын Воскресенских, приводит голодную девушку Машу, которую он встретил в бомбоубежище, а дочь Лиза – 47-летнего жениха по имени Виталий. Хозяевам приходится скрывать от гостей своё благополучие, их уютный мир трещит по швам.

​Против "Праздника" была развернута широкая кампания в прокремлевских СМИ. Фильм задолго до премьеры объявили кощунственным. Телеведущий Дмитрий Киселев сравнил его с геббельсовской пропагандой. Секретарь генсовета "Единой России" Андрей Турчак назвал съёмки "глумлением над историей народа”. Одного из создателей "Праздника" вызвали в прокуратуру Петербурга для "пояснения обстоятельств производства" фильма. Прокуратура требовала предоставить сценарий и видеоматериалы для изучения. На создателей фильма оказывали финансовое давление, а незавершенная рабочая копия картины была выкрадена и выложена в интернете.

Алексей Красовский
Алексей Красовский

Алексей Красовский отказался получать прокатное удостоверение для "Праздника" в Министерстве культуры. Это означает, что в России фильм нельзя будет показывать в широком прокате и по телевидению. Просмотр на YouTube бесплатный, но у зрителей, которым фильм понравился, есть возможность перевести деньги его авторам.

Через несколько часов после онлайн-премьеры "Праздника" Алексей Красовский рассказал Радио Свобода о том, что происходит вокруг его фильма.

– У вас сейчас нервный день, вы следите за тем, что происходит в YouTube, что пишут зрители. Эксперимент удался, вы довольны?

– Очень доволен. Я счастлив этому способу добраться до зрителя, иметь с ним прямой контакт.

– Но это все-таки вынужденная мера. Вы рассчитывали на прокат в кинотеатрах. Почему он отменился?

Это кино больше рассказывает о нашем дне, чем о прошлом. Между временем блокады Ленинграда и сегодняшним временем есть прямая связь

– Началось всевозможное преследование нашей картины с двух сторон. Экономическое преследование: коррупционная составляющая. Хотя картина была снята за мой личный счет и за деньги оператора, они посчитали, что нужно возбудить по этой статье. Второе – экстремизм, терроризм. Предполагалось, что найдутся какие-то специалисты, которые, посмотрев фильм, непременно оскорбятся, обвинят нас по 282-й статье. Были всевозможные налоговые проверки, штрафы. Вся эта суета развернулась сразу после того, как я отказал депутатам и прочим сословным людям в том, чтобы прекращать съемки, потому что фильм на тот момент уже был снят. В результате я отказался от прокатного удостоверения, потому что нам давали понять, что его никто не даст. Но ничего страшного, мы вышли к людям, люди фильм увидели и убедились, что никакого преступления в этом нет.

– Многие зрители, которые оставили комментарии на YouTube, не понимают, почему ваш фильм вызвал такое возмущение. А вы понимаете?

Чиновники и прочие люди, безгранично обогатившиеся на несчастье других людей, продолжают жировать, жить припеваючи

– Да, конечно, понимаю. Это одна из причин, почему мы это кино сняли сами за свой счет, четыре попытки снять это кино с другими продюсерами провалились. Люди понимали, что это кино больше рассказывает о нашем дне, чем о прошлом. Между временем блокады Ленинграда и сегодняшним временем есть прямая связь. Чиновники и прочие люди, безгранично обогатившиеся на несчастье других людей, продолжают жировать, жить припеваючи. Конечно, они будут оскорблены, конечно, они будут пытаться всеми правдами, а чаще неправдами запретить эту картину. Да, все понятно.

Новогоднее застолье в доме Воскресенских
Новогоднее застолье в доме Воскресенских

– Но думаю, что предвидеть масштаб этой кампании, которая развязана против вас – с телепередачами, угрозами, уголовными делами, – вы не могли.

Моих коллег, которые помогали нам записывать звук, выгнали из студии

​– Это представить было невозможно. Подлость тем и отличается, что ее повороты совершенно невообразимые. Сегодня до меня донеслось известие о том, что моих коллег, которые помогали нам записывать звук, выгнали из студии, закрыли помещение, им теперь надо срочно искать новое пространство, переезжать с оборудованием. Это омерзительно и очень подло.

– А как ваши актеры и другие члены съемочной группы реагируют на этот скандал? Все вас поддерживают или вашим противникам удалось добиться какого-то раскола?

– Я уже благодарил и продолжаю благодарить своих противников, что они нас сделали одной большой семьей. Обычно люди, снявшие фильм, расходятся, мы делаем озвучивание, монтаж и все остальное без актеров. А сейчас мы созваниваемся практически каждый день то с одним, то с другим. Мы стали одной большой коммуной, такой цыганской семьей. За это им большое спасибо, мы многое друг о друге продолжаем узнавать.

– Кто все это затеял? Началась эта травля в октябре после одной заметки, за которой стоит знаменитая разветвленная контора Евгения Пригожина…

Есть специально нанятые люди, которые выдергивают новости, чтобы переориентировать внимание с насущных проблем на что-то менее важное

По нашим разведданным да, это произошло именно так. Есть специально нанятые люди, которые выдергивают время от времени новости, чтобы переориентировать внимание с действительно насущных проблем на что-то менее важное. Они делают из этого сенсацию, продажные блогеры об этом с удовольствием пишут, поднимают шум, люди слетаются, раздувают этот шум еще сильнее, происходит волна возмущения, тема поднимается в топ. В нашем случае это было вдвойне нелепо, потому что они даже не потрудились изучить вопрос. Фильм был уже снят, а они в новостях писали о том, что съемка началась. Мы уже закончили, мы уже находились в постпродакшен, остановить это все было не так просто. Они пытались и пытаются до сих пор.

Супруги Воскресенские
Супруги Воскресенские

– И перед онлайн-премьерой выкрали незаконченную копию этого фильма и выложили в Сеть. Вы считаете, что это сделали люди из Центра Э?

Привилегированным людям, которых крышуют Центр "Э" и ФСБ, возможно и позволено все

У меня есть догадки, откуда. Возможно, взломали компьютер. Это одна из самых первых копий, с которой мы начали работать. Почему именно она, а не последняя версия фильма, я не знаю. Возможно, не дотянулись. Мне действительно было больно, потому что это мой ребенок голенький, раненый, еще не доделанный, не получивший образования, воспитания и всего, что должно произойти в момент постпродакшена. Они вывалили опять через людей, повторю это слово, продажных, которые с удовольствием написали: да, версия ворованная. То есть подтвердили то, о чем говорится в картине, что привилегированным людям, которых крышуют Центр "Э", ФСБ, еще какие-то силовые ведомства, им возможно и позволено все нарушать авторское право, лишать нас доходов и так далее. Видите, никто не возбуждает дело против этих людей, они красуются, они делают репортажи, и эти репортажи собирают огромное количество просмотров. Более того, они дальше продолжают нагнетать ненависть, злобу и агрессию в отношении людей, которые всего лишь хотели выразить другое мнение в художественной форме.

– Неужели они не понимают, что привлекают внимание к фильму, делают ему рекламу и увеличивают число зрителей?

Я догадывался, что, если они не смогут нам запретить это кино, они, скорее всего, просто украдут и выложат его

Нет, не понимают. Во-первых, потому что идиоты, а во-вторых, потому что привыкли красть, нарушать, чувствовать себя безнаказанно. Они идут по схеме, схема достаточно известная. Вы, может быть, следили за событиями с американским фильмом "Интервью", когда корейские власти тоже предупредили, что выкрадут фильм, если его попытаются выпустить в прокат. Им кажется, что раз мы сняли фильм, мы должны как-то окупиться. Отчасти логика в этом есть. Если бы копия была надлежащего качества, они бы могли выложить где-то у себя и тем самым отобрать у нас аудиторию, тогда на мой канал, где я выложил сейчас этот фильм, конечно же, пришло бы меньше людей, и в этом случае мы бы недополучили каких-то денег в просмотрах или в рекламе, которую устраивает YouTube.

– То есть чисто коммерческий замысел – ударить по сборам?

Отчасти да. Но они не проделали работу качественно. Если воровать, так воровать по-настоящему. Это как раз ответ на вопрос, почему я не пошел за прокатным удостоверением. Я догадывался, что если они не смогут нам запретить это кино, они, скорее всего, просто украдут и выложат его, что, видите, и подтвердилось. И ведь не возбуждают никаких дел против людей, которые его распространяли.

– А дела против вас, о которых вы говорили, продолжаются, следствие ведется?

Мы не знаем. На звонки этих людей я не отвечаю, не желаю с ними общаться, потому что не вижу состава преступления. Какие-то люди его придумали и не хотят расследовать настоящие уголовные дела. Помогать им, поддерживать в уголовном преследовании себя и моих коллег я не хочу.

– Вы за это время получили немало угроз в социальных сетях?

Неинтересно об этом говорить, если честно. Это, как правило, либо несуществующие люди, либо люди, которые играют роли. Настоящих сумасшедших, которые готовы эти угрозы осуществить, в нашей стране не так много. Порядочных, добродушных и умеющих думать, делать выводы самостоятельно значительно больше.

– Многих зрителей удивляет, что вы выбрали профессорскую семью, а не семью партийного чиновника или какого-нибудь сотрудника НКВД.

Это для меня был бы слишком легкий способ поддеть эту структуру, взять злодея, который все прекрасно про себя понимает. Мне казалось намного интереснее взять человека сомневающегося, колеблющегося, уверенного в своей правоте, в том, что он избранный, довести его до точки, когда он поймет, что, наверное, нет. Интереснее и важнее именно так рассказывать историю.

– Даже в каком-то смысле милого человека, такого рассеянного чудака, совсем он не выглядит злодеем.

Смех – это часто защитная реакция от лицемерия

Рассеянный это штамп, который хотелось бы спародировать. Зритель убедится, что ближе к концу фильма никакой рассеянности нет. Нет, он вполне обычный человек, мятущийся, сомневающийся, колеблющийся, действительно пытающийся оставить след в истории.

– Есть ли, на ваш взгляд, какие-то темы, сюжеты, исторические события, о которых нельзя говорить с юмором, или смеяться можно надо всем?

Все зависит от такта, меры и дистанции. Понятно, что если трагедия случилась сегодня, то мгновенно шутить и пытаться высмеивать это сложно, хотя не говорю, что невозможно. Смех это ведь часто защитная реакция от лицемерия. Свежие события, трагедия в Магнитогорске, когда в новостях, так случайно вышло, перепутали порядок слов и получилось, что Путин полетел туда не для того, чтобы помочь разобраться в ситуации, а потому что его взрывной волной туда выкинуло. Люди заметили это и начали шутить. Стоит ли их наказывать за то, что они заметили оплошность? В этой оплошности, кстати говоря, была нечаянная радость, нечаянное успокоение людей. Потому что все время жить в депрессии, в страхе, в стрессе невозможно, человек ищет в юморе утешения. Юмор это одно из лекарств, чтобы пережить стресс, депрессию и агрессию. Так что, нет, никаких запретов, сакральных тем быть не должно.

Виталий (актер Тимофей Трибунцев)
Виталий (актер Тимофей Трибунцев)

– Кто ваши любимые режиссеры?

Данелия. Люблю все без исключения его фильмы. Очень люблю Содерберга и все, что он делает.

– Персонаж "Праздника" Виталий приносит игру, которая называется "азалар", и говорит, что Гитлер расстрелял офицеров, которые слишком ею увлеклись. Что это за игра?

Игру я придумал, она уже изготовлена, лежит у меня рядом со столом в единственном пока экземпляре. Мы очень надеялись, что если бы фильм так не прессовали, дали бы нам выпустить чуть позже, мы бы успели ее изготовить и выпустить в тираж. Но пока не успели. Это обычная настольная игра, в которую могут играть от двух человек и больше. Ничего там сверхнеобычного нет. Я плохо умею рекламировать хорошие вещи, а про эту вещь пока не могу сказать, хорошая она или плохая. Надеюсь, со временем мы ее тоже издадим.

– Гитлер никого не расстрелял за эту игру?!

Никого не расстрелял. Я это придумал. Простите меня, пожалуйста.

Комментарии премодерируются, их появление на сайте может занять некоторое время.

XS
SM
MD
LG