Ссылки для упрощенного доступа

"Отвратить от зла". Священники и учителя против "московского дела"


Пикет в поддержку Павла Устинова, 18 сентября 2019 г.

В поддержку обвиняемых и осужденных по так называемому "московскому делу" высказались в открытых письмах школьные учителя и православные священники. По мнению преподавателей, процессы в отношении задержанных во время акций протеста в Москве проходят "с грубыми нарушениями судебного права на состязательность сторон". Священнослужители заявили о необходимости "пересмотра судебных решений в виде тюремных сроков".

Во вторник вечером на портале "Православие и мир" появилось открытое письмо с требованием пересмотреть приговоры, вынесенные судами участникам протестных акций, состоявшихся этим летом в Москве. Под обращением подписались более 40 служителей РПЦ, Украинской православной церкви Московского патриархата и Белорусской православной церкви. Священники назвали "беспрецедентно жестоким наказанием" приговор Константину Котову, которого суд приговорил к четырём годам колонии по обвинению в неоднократном нарушении правил проведения митинга. Служители церкви заявили, что наказание должно быть соразмерно нарушению закона. "Судебные разбирательства не должны носить репрессивный характер, суды не могут быть использованы как средство подавления несогласных, применение силы не должно осуществляться с неоправданной жестокостью", – говорится в письме.

Константин Котов в суде, 5 сентября 2019 года
Константин Котов в суде, 5 сентября 2019 года

На днях с призывом к РПЦ высказаться в поддержку обвиняемых по делу о массовых беспорядках выступил правозащитник Юрий Самодуров. В тексте, опубликованном на сайте Радио Свобода, он приводит цитаты из своей беседы с бывшим заведующим отделом по связям с общественностью Московской патриархии, протоиереем Всеволодом Чаплиным. Последний осудил приговор активисту Константину Котову (четыре года лишения свободы) как чрезмерно жесткий, но в то же время заявил, что "с настоящими бунтовщиками и заговорщиками надо обходиться по всей строгости".

В среду по поводу открытого письма православных священников в поддержку обвиняемых и осужденных по "московскому делу" высказался официальный представитель РПЦ Вахтанг Кипшидзе. Он заявил, что текст письма является политической декларацией, которыми можно только "бороться с властью". Вместо этого священники должны воспитывать верных правосудию судей и честных правоохранителей, заявил заместитель председателя Отдела по взаимоотношениям церкви с обществом и СМИ Московского патриархата.

Позднее в тот же день появилось сообщение, что руководство РПЦ поручило правозащитному центру Всемирного русского народного собора изучить дела обвиняемых в массовых беспорядках на предмет нарушения их прав во время судопроизводства. Таким образом РПЦ отреагировало на открытое письмо священнослужителей.

Среди подписавших это обращение – клирик Московского патриархата иеромонах Феодорит (Сеньчуков). В интервью Радио Свобода он рассказал, почему высказался в поддержку обвиняемых и осужденных по делу о массовых беспорядках:

Иеромонах Феодорит (Сеньчуков)
Иеромонах Феодорит (Сеньчуков)

– Мой долг как священника и просто как православного человека быть милосердным. Это письмо подписали священники разных политических убеждений. Здесь вопрос не в политике, а именно в милосердии. Осуждены разные люди, совершившие или не совершившие разные деяния, в том числе плохие с точки зрения власти или действительно некрасивые. Но речь также и о справедливости. Потому что нельзя наказывать человека за то, что он потянул кого-то за шлем, сажая его на несколько лет. Даже если опять же представить себе, что он сопротивлялся властям. Нельзя за то, что человек сопротивляется, когда его куда-то тащат и бьют, сажать на насколько лет. А тех, кто вообще ни в чем не виноват, нельзя сажать ни на сколько. Поэтому это вопрос просто милосердия. Господь говорил: "Милости хочу, а не жертвы".

– Вахтанг Кипшидзе назвал это письмо политическим высказыванием.

Это не политическое письмо, оно не призывает к борьбе с властью, оно призывает власть быть милосердной

– Вахтанг Кипшидзе очень часто делает самые разные заявления, которые не являются непосредственно соборным мнением Церкви. Думаю, что официальное мнение РПЦ может высказать только Владимир Романович Легойда, который сейчас исполняет функции пресс-секретаря патриарха. Он пока никак не высказывался. Возможно, что и не выскажется. Понимаете, несмотря на то что многие считают, что церковь – это какая-то жесткая вертикаль, это не совсем так. В церкви есть разномыслие и по политическим, и по общественным вопросам. Это вообще не политическое письмо, оно не призывает к борьбе с властью, оно призывает власть быть милосердной. Повторю, что его подписывали священники самых разных политических убеждений. Вот мне вчера написал один батюшка – традиционный московский батюшка, скорее, такого охранительного толка: "Я хочу подписать это письмо, потому что я тоже за милость". Нормальный московский священник, потомственный, в роду почти 300 лет одни священники, за власть молится вполне искренне. Церковь монолитна только в том, что она верует в Господа нашего Иисуса Христа. А в том, как реагировать на те или иные политические события, единства нет. Есть и священники, и миряне антивластные. Есть те, которые за власть. Есть те, у которых любая власть вызывает чувство почитания, радости. Но человек может быть за власть, но против жестокости, и он будет считать эти действия эксцессом исполнителя, будет говорить: власть – это хорошо, она все делает правильно, а вот гадкие омоновцы избивали людей, а неправедные судьи их судили. Совершенно по-разному люди думают, тут нет единства, – говорит иеромонах Феодорит.

Настоятель московского храма Космы и Дамиана в Столешниковом переулке, в чьих стенах 27 июля укрылись некоторые протестующие, протоиерей Александр Борисов также подписался под обращением священников:

Протоиерей Александр Борисов
Протоиерей Александр Борисов

– Мне показалось, что это неадекватно суровые приговоры. Они только сеют в обществе озлобление и противостояние, как всякая явная несправедливость. Это же смешно, когда человеку, который бросил пластиковую бутылку в полицейского, дают четыре года тюрьмы, как за грабеж с нанесением тяжких телесных повреждений. Максимум там должен быть арест 15 суток или штраф какой-нибудь. Я не за то, чтобы устраивать несанкционированные митинги, лучше, конечно, санкционированные все-таки. Но такие жестокие меры вызывают у общества озлобление и усиливают противостояние. Цель этого письма – примирение общества. Если, допустим, судебная власть пересмотрит свое решение, заменит на более мягкое наказание, то это в обществе сразу сообщит больше доверия к властям. Будет понятно, что власть слышит народ, учитывает мнение людей. Как было с журналистом Голуновым, тогда была очень благоприятная реакция.

– Официальный представитель РПЦ заявил, что это письмо политическое, которое едва ли не призывает к борьбе с властью.

– Нет, ну, какая же это борьба с властью, когда мы просто просим смягчить приговоры? Наоборот, это поиск путей примирения враждующих сторон, – говорит протоиерей Александр Борисов.

Вскоре после публикации открытого письма священников в интернете появилось аналогичное заявление учителей. Преподаватели отмечают, что суды над обвиняемыми по "московскому делу" "проходили с грубыми нарушениями судебного права на состязательность сторон" и что "невозможно одновременно разговаривать со школьниками о декабристах, каторге и ГУЛАГе, учить их свободе выбора, морали и ответственности человека за общество – и при этом делать вид, что в стране не творится вопиющее беззаконие". "Это лицемерие, а мы не хотим учить детей лицемерию", – резюмируют авторы обращения.

Инициатором этого письма выступила преподаватель московской школы №57, учитель русского языка и литературы Надежда Шапиро:

Все эти узники – наши дети, и правильно было бы всем поучаствовать

– Я опубликовала пост в закрытой педагогической группе о том, что надо бы учителям откликнуться, написала, на самом деле, не очень надеясь на поддержку. Потому что у меня довольно пессимистический взгляд на коллег сложился, так получилось. И я была очень рада тому, как горячо коллеги откликнулись на мое письмо. Смысл был такой: журналисты вступились за журналиста, актеры – за актера, студенты – за студента, а вообще-то, все эти узники – наши дети, и правильно было бы всем поучаствовать. И я написала: "Все, кто думает так же, давайте думать, что делать". И вот тут я нашла единомышленников. Сегодня днем под обращением было уже более 500 подписей.

– Почему у вас изначально не было надежды на отклик коллег?

– Я думала, что есть большое количество учителей, которые думают примерно так же, как и я, но мы же подневольные люди, и многие произносят, не стыдясь: мы люди государевы, есть всякие опасности для школы. И каждый, кто не решается высказаться, может считать, что он наступает на горло собственной песне во имя общего интереса. И я не была уверена, что столько учителей будут готовы через это перешагнуть.

– Если резюмировать содержание открытого письма, как бы вы сформулировали, почему нужно обратить внимание общественности на "московское дело"?

– Ну, во-первых, потому что это вопиющая несправедливость, и страна, в которой не работает правосудие, это очень плохая страна. Во-вторых, потому что нас, вообще-то, заботит нравственное здоровье нации, как бы это пафосно ни звучало. Безнаказанность, возможность бить, возможность лгать в глаза и тиражировать эту ложь без зазрения совести – это очень вредно, это развращает огромное количество полицейских, судей, тех, кто на это смотрит. А мы бы хотели привлечь людей к добру, отвратить от зла, – сказала в интервью Радио Свобода преподаватель Надежда Шапиро.

Среди подписавших письмо преподавателей – заведующий кафедрой математики московской школы "Летово" Дмитрий Шноль. В интервью Радио Свобода он рассказал, почему решил выступить в поддержку осужденных по делу о массовых беспорядках:

В гражданском обществе должна быть возможность диалога

– Мы все, так или иначе, переживаем эти события. Я, например, с женой ходил на разрешенные митинги, видел там много довольно спокойных, разумных и радостных людей. Конечно, хочется поддержать тех, кто был несправедливо, не по закону осужден. Появилась возможность сделать это вместе с людьми, которым я доверяю, доверяю их профессиональным суждениям, уверен в их личных качествах. Поэтому я и подписал это обращение. Мне кажется, текст письма довольно разумный, осмысленный, вводит всю эту историю в широкий культурный контекст истории России последних двух веков и в контекст нравственных ориентиров.

Дмитрий Шноль
Дмитрий Шноль

– А приходилось ли вам разговаривать с учениками на какие-то общественно-политические темы? Задают ли они такие вопросы и насколько свободно, на ваш взгляд, учитель в современной школе может с учениками разговаривать про современную общественно-политическую ситуацию?

– Я не могу сказать, что таких разговоров было много. Был довольно кризисный момент, когда я работал в школе "Интеллектуал": мы выходили на митинги, выступали против решений Московского департамента образования. Наши выпускники, частично наши старшеклассники знали об этих событиях, некоторые были довольно активно вовлечены. Еще один момент: у нас в школе собирали книжки для сгоревшей библиотеки в одной из грузинских школ во время событий 2008 года. Конечно, как-то обсуждались события вокруг Крыма. Но я не могу сказать, что это главное, что обсуждается с учениками, у них много личных переживаний, и учебных разговоров бывает много. Мне кажется, что тут важно не навязывать свою точку зрения, говорить: "Я думаю так, а другие люди могут думать по-другому, твои родители могут думать иначе". Построение гражданского общества заключается не в том, чтобы все думали одинаково, учителя все соглашались друг с другом, а ученики думали так же, как учителя. А в том, чтобы была ясна аргументация каждой позиции, были понятна логика того,
как человек пришел к своему мнению, а не навешанные ярлыки и свалившиеся извне мнения. В гражданском обществе должна быть возможность диалога, – говорит преподаватель Дмитрий Шноль.

Акция на проспекте Сахарова 10 августа 2019 года
Акция на проспекте Сахарова 10 августа 2019 года

В июле в Москве начались массовые протесты против недопуска оппозиции до выборов в Мосгордуму, которые продолжались почти два месяца. За это время полиция задержала свыше 3 тысяч человек, а по итогам одной из акций в поддержку оппозиционных кандидатов, которая прошла 27 июля, Следственный комитет возбудил уголовные дела о массовых беспорядках и применении насилия в отношении полицейских, которые в СМИ называют "московским делом".

По этому делу были арестованы 16 человек. Некоторым из них уже вынесли обвинительные приговоры: Евгения Коваленко приговорили к 3,5 годам лишения свободы, Кирилла Жукова и Ивана Подкопаева – к трём годам, Данилу Беглеца – к двум. Кроме того, к четырём годам колонии приговорили активиста Константина Котова – его обвинили в неоднократном нарушении порядка проведения публичных мероприятий за несколько одиночных пикетов в поддержку политзаключённых, и к трём с половиной годам – актёра Павла Устинова за якобы вывихнутое сотруднику Росгвардии плечо.

Правозащитники отмечают, что ничего из того, что можно квалифицировать как "массовые беспорядки" и "применение насилия к полицейским", в Москве не происходило, и считают большинство уголовных дел откровенно сфабрикованными.

Ранее в поддержку обвиняемых по "московскому делу" выступили представители научного сообщества и десятки деятелей культуры.

Уважаемые посетители форума РС, пожалуйста, используйте свой аккаунт в Facebook для участия в дискуссии. Комментарии премодерируются, их появление на сайте может занять некоторое время.

XS
SM
MD
LG