Ссылки для упрощенного доступа

Православная церковь Украины: второе Рождество


Диалог через год после Томоса – в эфире религиоведы Виктор Еленский и Сергей Чапнин

Виталий Портников: С момента предоставления автокефалии Православной церкви Украины прошло чуть больше года. И все это время сама ситуация с предоставлением автокефалии, с появлением новой православной церкви остается очень важным политическим, социальным и религиозным сюжетом и в украинской жизни, и в российской, а также в мировом православии. Подведем итоги этого года и поговорим о перспективах с гостями. Это Виктор Еленский, религиовед, депутат Верховной рады Украины 8-го созыва, и Сергей Чапнин, религиовед, редактор альманаха христианской культуры "Дары" из Москвы. Сейчас сюжет о сути происходящего.

Корреспондент: 15 декабря 2018 года на объединительном соборе в киевском храме Святой Софии была создана Православная церковь Украины. Ее предстоятелем избрали митрополита Епифания. 6 января 2019 года патриарх Варфоломей в Константинополе вручил Епифанию Томос – документ, подтверждающий автокефалию. Это событие многие в Украине восприняли как восстановление исторической справедливости после того, как 330 лет назад Киевская митрополия оказалась под юрисдикцией Московского патриархата. ПЦУ стала пятнадцатой поместной православной церковью. Русская православная церковь разорвала общение с Константинопольским патриархатом, такое же решение приняла и подчиненная РПЦ Украинская православная церковь Московского патриархата.

По состоянию на конец 2019 года в Украине было зарегистрировано 12 338 приходов Украинской православной церкви Московского патриархата. Главные украинские православные святыни, включая Киево-Печерскую лавру, находятся в ведении Московской патриархии. За минувший год 520 приходов УПЦ МП перешли в состав поместной Православной церкви Украины, которая сейчас насчитывает 7000 приходов, 77 монастырей и 47 епархий.

Позиция украинской власти, судя по всему, заключается сейчас в том, чтобы не поддерживать ни одну из сторон церковного спора. Президент страны Владимир Зеленский лишь призывает предстоятелей церквей к диалогу, подчеркивая, что "вера должна объединять, а не разъединять". Ожидается, что в 2020 году продолжится процесс признания Украинской церкви в духовном мире. Кроме Вселенского патриархата, Православную церковь Украины признали Элладская православная церковь и Александрийский патриархат.

Выступая на Архиерейском соборе по случаю годовщины поместной церкви 14 декабря 2019 года в киевском храме Святой Софии, митрополит Епифаний заявил:

"Несмотря на многочисленные вызовы и противодействие недоброжелателей, минувший год показал: поместная Украинская православная церковь состоялась. Таким образом, совершилась вековая борьбы за автокефалию, за восстановление исторической справедливости за освобождение от неканонической власти Российской церкви над Украиной".

Ожидается, что в 2020 году продолжится процесс признания Украинской церкви в духовном мире


Архиерейский собор призвал государство и в дальнейшем защищать общество от попыток из-за границы под видом религиозной деятельности вмешиваться во внутренние дела Украины. Одна из угроз для новой церкви – внутренний раскол. В качестве раскольника выступает претендовавший на пост предстоятеля Православной церкви Украины "почетный патриарх" Филарет, которому вскоре исполнится 91 год. Филарет заявляет о незаконности Томоса и стремится через суд восстановить возглавляемую им ранее Киевскую патриархию. Православная церковь Украины объявила о юридическом прекращении действия церкви Киевского патриархата и призвала Филарета к примирению. Наблюдатели отмечают, что за минувший год авторитет и влияние главы поместной церкви укрепились, а демонстрирующего дипломатичность и умеренность митрополита Епифания все чаще называют консолидирующей фигурой.

Виталий Портников: Спустя год после того, как Константинопольский патриарх предоставил Томос об автокефалии Православной церкви в Украине, для вас это больше политика или религиозная история?

Виктор Еленский: В вопросе об автокефалии никогда не было чистого богословия, политика всегда шла впереди идеологии. Но все-таки это очень значимое событие для миллионов украинцев, которые перестали быть безблагодатными, раскольниками и так далее, как их обозначала в основном Московская патриархия. Они вернулись в спасительную ограду. Те их братья в Московском патриархате, которые говорили, что они не могут с ними сослужить, причащаться из единой чаши, потому что они безблагодатные, те, кто ожидал, что они обнимут их и вместе пойдут к этой чаше, к сожалению, ошиблись.

Мы не могли быть свидетелями дарования Томоса Сербской или Румынской церкви, однако, если обратиться к истории, у нас все происходило так же, как и у других народов, за исключением, может быть, двух особенностей: никогда Томос не даровали в прямом эфире, и никогда этому так не сопротивлялось ядерное государство.

Виталий Портников: Я хочу спросить о реакции Русской православной церкви и на то, что произошло с Православной церковью в Украине, и на то, что происходило после того, как признали ее автокефалию в нескольких православных церквях мира. Чего в этом больше – стремления поддержать каноны так, как их видят в Чистом переулке, или это все-таки, прежде всего, политическая реакция?

Сергей Чапнин: Украина показала отсутствие единства в семье православных церквей в современном мире. Сегодня существуют два очень разных взгляда на то, как должна быть устроена церковная жизнь: это взгляд греческого мира и взгляд Русской православной церкви. И то, что до сих пор не наведены никакие мосты, говорит о том, что внутри православия, оказывается, церкви говорят на очень разных языках. Они настолько глубоко расходятся в понимании канонов, что Русская церковь готова даже не то что на разрыв политического общения, но готова объяснять, что это вовсе не использование эвхаристии в политических целях, а некая каноническая и единственно правильная позиция. Я боюсь, что у церквей, прежде всего, у самой РПЦ еще долго не хватит ни сил, ни мужества, ни мудрости, чтобы преодолеть этот разрыв.

Виталий Портников: После предоставления автокефалии Православной церкви в Украине оказалось, что взгляд нового митрополита Епифания, главы ПЦУ, ближе к взгляду Константинополя, к взгляду Вселенского патриарха. А взгляд почетного патриарха Филарета, который до предоставления автокефалии руководил Русской православной церковью Киевского патриархата, если говорить об обустройстве церкви, оказался гораздо ближе взгляду патриарха московского Кирилла и Синода Русской православной церкви. Для меня это в определенной степени политическое откровение.

Виктор Еленский
Виктор Еленский


Виктор Еленский: Я много говорил с почетным патриархом Филаретом о его взглядах на устройство православной полноты. Естественно, он демонстрирует выучку Московской духовной академии, выучку церкви, в которой произошло его формирование. Из всех российских правителей только двое ставили под сомнение авторитет Константинопольского патриарха – это был Сталин, который организовывал в 1948 году православное совещание и дал команду травить Константинопольского патриарха (все эти истории о его прилете на личном самолете Трумэна и так далее) и Путин.

Виталий Портников: Простите, я не убежден, что и Борис Годунов был поклонником авторитета Константинопольского патриарха: даже заточил его, по сути.

Виктор Еленский: Его заточали, как известно, но все же Петр Первый обращался к нему по вопросу, например, учреждения Синода и так далее. Спорить с Константинопольским патриархом об устройстве православной полноты, о канонах Халкидонского собора, я думаю, не решались ни Петр Алексеевич, ни его отец, ни его предшественники. Действительно, Православная церковь Украины сейчас показывает желание отойти от московской модели. Последнее решение Синода этой церкви, стремление к большему соборноправию, к деформализации богослужения показывает стремление уйти от московской модели.

Виталий Портников: Для вас стало неожиданностью, что патриарх Украинской православной церкви Киевского патриархата Филарет, который был главным церковным диссидентом на протяжении последних десятилетий, если говорить о русском православии, оказался главным диссидентом и в украинском православии тоже?

Есть надежда на создание в Украине живой, молодой, динамично развивающейся церкви не советского и не постсоветского типа


Сергей Чапнин: Не было никаких сомнений в том, что все архиереи советской выучки, подготовки и воспитания более-менее одинаковы. Этот человек был самой яркой фигурой в ряду тех, кто откровенно, последовательно, фактически с юности взял установку на сотрудничество с советской властью, с Советом по делам религий и с КГБ, и такие люди, к сожалению, не меняются. Главный вопрос, который сейчас стоит, – это попытка попрощаться с советским наследием в православной церкви. И если у меня есть какая-то надежда, связанная с будущим автокефальной церкви в Украине, то это надежда на создание живой, молодой, динамично развивающейся церкви не советского и не постсоветского типа.

Виталий Портников: Действительно ли может появиться совсем другая церковь на той же самой почве? Будем откровенны: ведь это же не произрастает из ниоткуда.

Виктор Еленский: Во всяком случае, в Украине есть большой пласт мирян, общественности и меньшее число священников, еще чуть меньшее – епископата, которые очень этого хотят. Такая надежда была и более десяти лет назад, когда избирали московского патриарха: на то, что митрополит Кирилл, став патриархом, в значительной степени изменит Русскую церковь, сделает ее более живой. Но оказалось, что это, мягко говоря, не совсем так.

В Православной церкви Украины я вижу молодые и живые силы, вижу богословов, стремящихся сделать ее созвучной нашему времени. Есть движение мирян, которое выдвинуло свои десять тезисов к епископату и священноначалию. Конечно, мы все на это очень надеемся.

Виталий Портников: Для меня лично патриарх Кирилл – трагическая фигура (хотя, может быть, он сам себя так и не чувствует). Я хорошо помню, как много усилий в первые годы своего патриаршества прилагал он к тому, чтобы украинское православие стало неотъемлемой частью российского. Вы помните: постоянные приезды в Киев и не только в Киев, попытка занять место главы Украинской православной церкви, даже отодвинув тогда тяжело болевшего митрополита Владимира Сабодана? Потом случился Крым, Донбасс, а теперь еще и автокефалия Православной церкви Украины: по-моему, никто в резиденции патриарха и сам он просто не верили, что это может произойти. Это крушение надежд?

Сергей Чапнин: Да, это такая превратность исторической судьбы. Я думаю, это связано с тем, что мы недооценили, насколько по-разному проходит историческое время в государстве и в церкви. Если Советский Союз как государство распался стремительно, то в случае с церковью это не так. Возникла иллюзия, что церковь совершенно естественно и органично сохраняет свою границу в пределах Советского Союза. И вдруг оказывается, что нет, и границы церкви тоже ставятся под вопрос.

Сергей Чапнин
Сергей Чапнин


На мой взгляд, злую шутку с патриархом Кириллом здесь сыграло церковно-имперское отношение к независимым государствам на территории бывшего Советского Союза. Он посчитал, что не может быть никаких причин для того, чтобы рассматривать самостоятельность даже таких больших церквей, как церковь Украины и Белоруссии. И вот то, что Кирилл категорически отказался даже допускать саму возможность такой церковной самостоятельности, принесло ему все эти беды и проблемы: собственно, не только ему, но и Православной церкви Украины в составе Московского патриархата. И если не будет диалога, а будет и дальше доминировать имперская упертость в позиции Московского патриархата, то исторически это можно считать поражением, вне зависимости от других духовных или церковных причин.

Виталий Портников: Может быть, сторонникам украинской автокефалии на самом деле повезло с патриархом Кириллом? Если бы он был более конструктивным церковным политиком, шел на диалог, рассматривал какие-то предложения, создал совместную комиссию, которая была бы не просто провозглашена, но и работала бы, может быть, этот процесс замедлился бы на годы? Патриарх Филарет несколько лет назад обращался с письмом к Синоду Русской православной церкви, и вместо того, чтобы рассмотреть это письмо с почтением, престарелого патриарха тогда просто использовали в своих целях.

Виктор Еленский: Это письмо – отдельная проблема. Патриарх Кирилл с самого начала своего патриаршества провозгласил, что Украинская церковь не может быть автокефальной, что это предательство не только нашей истории, но и доктрины. Если патриарх Алексий говорил, что во времена оные, когда это будет удобно и благоприятно для церкви, Украинская церковь может получить автокефалию, то патриарх Кирилл неоднократно заявлял, что это абсолютно невозможно. Взгляд и на государственное, и на церковное устройство он унаследовал от своего учителя, митрополита Никодима, который считался чрезвычайно прогрессивным. Но в то же время, как он сказал в кругу близких ему соработников: может быть, я не доживу, но вы точно доживете до того времени, когда заседания политбюро будут начинаться с пения "Царю небесный". И вот, мне кажется, патриарх Кирилл в большой степени усвоил такой взгляд на организацию всего этого пространства. Он и далее настаивает на том, что Украина не может получить своей автокефальной церкви, то есть говорит, что границы его церкви нерушимы, а это противоречит каноническому праву и экклезиологическому пониманию. И есть много других вещей, которые абсолютно не согласуются с взглядами на устройство православной полноты многих других церквей, не только греческой традиции.

Виталий Портников: Как будет теперь преодолеваться раскол в православном мире? Ведь теперь это не только какие-то разногласия между Русской православной церковью и Украинской православной церковью, между РПЦ и Константинопольским патриархатом, но уже есть реальные недоразумения между Русской православной церковью и Элладской православной церковью, между РПЦ и Александрийским патриархатом. Это же не конец истории! В 2020 году могут появиться новые признания православных церквей Украины, и каждая из них, которая будет признавать ПЦУ, окажется нежелательным партнером для РПЦ, с ней перестанут общаться, закроют ее подворья, сделают вид, что этого вообще нет. Так сокращается православный мир, в Москве, по крайней мере. А с другой стороны, все эти предстоятели: и украинский, и константинопольский, и александрийский, и элладский, – они же продолжают как ни в чем не бывало поминать патриарха Кирилла, они-то не готовы к расколу.

Сергей Чапнин: Ваши слова ранят меня в самое сердце. Это, конечно, никакой не раскол, потому что одна из сторон, греческая сторона по-прежнему спокойно, братски относится к Русской церкви, поминает в свои молитвах предстоятеля и паству. Только официальная Русская православная церковь считает возможным демонстративно рвать евхаристическое общение и обосновывать свою позицию канонами церкви.

Автокефалия – это процесс. Мы ни за год, ни за два, может быть, и за десять лет ничего не решим, все это будет происходить медленно


Автокефалия – это процесс. Мы ни за год, ни за два, может быть, и за десять лет ничего не решим, все это будет происходить медленно. Сейчас существует точка зрения греков: Украинская церковь – 15-я автокефальная церковь. Но мы знаем, что с начала 70-х годов, почти 50 лет существует Православная церковь Америки, автокефальная церковь, которая получила автокефалию от Московского патриархата. Она не признана, греки продолжают считать ее митрополией РПЦ, тем не менее, с ней общаются, предстоятель церкви недавно сослужил с патриархом Варфоломеем, довольно активны контакты с греческой архиепископией в Америке. Наверное, что-то похожее ждет нас и в дальнейшем в православном мире. Русская церковь не восстановит евхаристического общения, я думаю, это еще годы и годы.

А с другой стороны, изнутри РПЦ вам могу сказать следующее: далеко не все миряне и священники считают таким уж непререкаемым авторитет патриарха и Синода в вопросах разрыва евхаристического общения. Если нет богословских причин, прямых обвинений в ереси, в разрыве общения, то вовсе не обязательно, по крайней мере, мирянам исполнять эти решения Священного Синода. Наметился довольно серьезный разрыв при общем падении авторитета церковной власти и лично патриарха Кирилла в России. Можно говорить о том, что какая-то здоровая, спокойная часть церкви уже сейчас готова к признанию украинской автокефалии, но, конечно, от нее не так много зависит. В данном случае голос церкви – это голос патриарха и епископата.

Виталий Портников: А вы сами, если придете в Михайловский Златоверхий монастырь, помолитесь там?

Сергей Чапнин: На мой взгляд, литургия, пространство храма – это не то место, где мы должны демонстрировать какие-то свои политические или церковно-политические предпочтения. Я с удовольствием обнимусь и с друзьями-священниками, которые сейчас есть в автокефальной церкви, и со знакомыми епископами, возьму благословение у предстоятеля Украинской церкви, но, наверное, я пока не готов участвовать в литургии, именно потому, что многие внешние наблюдатели воспримут это как политический жест.

Виталий Портников: Виктор, такая позиция господина Чапнина внушает вам надежду на будущее понимание и примирение?

Виктор Еленский: Я не думаю, что это далекое будущее. Упоминая о признании, непризнании, расколе в семье православия, особенно о позиции Русской православной церкви, мы говорим о вещах, за которыми все равно стоит политика. Об этом свидетельствует все, что происходило в течение минувшего года. Мы были свидетелями того, как хакеры пытались взломать почтовые ящики константинопольских иерархов, того, как выслали двух российских дипломатов, которые пытались подкупить греческих митрополитов. Мы видели, как российский президент собирал Совет безопасности с одним-единственным вопросом повестки дня – о ситуации с Русской церковью в Украине. Буквально вчера бывший министр обороны Греции сообщил, что он оказывал давление на Иеронима, предстоятеля Элладской церкви, чтобы тот не признавал Православную церковь Украины, потому что это может изменить позицию России по поводу беженцев. Тут столько всего намешано, что мы не можем спокойно рассуждать о богословских аспектах этой проблемы. Собственно, патриарх Кирилл тоже не рассуждает о богословских проблемах. Он говорит: почему мы не можем признать автокефалию Украинской церкви? Потому что там все наши враги, они все нас не любят. Я думаю, примирение может наступить раньше, чем оно предполагается.

В Ровенской области есть знаменитое село Птыча, в котором был конфликт между общиной Киевского патриархата и общиной Московского патриархата. Село разделилось на две неравных части. После вручения Томоса об автокефалии обе общины перешли в Православную церковь Украины, но все равно в этом селе существуют две общины Православной церкви Украины. Мы видим, что эта инерция иногда бывает тяжелой. И все же я оптимист.

Комментарии премодерируются, их появление на сайте может занять некоторое время.

XS
SM
MD
LG