Ссылки для упрощенного доступа

Дуновение чумы


Костюм чумного доктора

Великие эпидемии: победы и поражения человечества. В эфире Галина Кожевникова и Константин Пашков

  • На протяжении всей своей истории человечество неоднократно переживало нашествие великих эпидемий.
  • Инфекционные болезни сопутствовали человеку постоянно. Тиф, проказа, чума, оспа, малярия, туберкулез и прочие уносили миллионы жизней.
  • Сейчас практически побеждены десять инфекционных болезней: бешенство, корь, лепра, оспа, полиомиелит, сифилис, туберкулез, холера, чума и сибирская язва.
  • Остаются актуальными методы, придуманные давным-давно: мытье рук, гигиена жилища, проветривание, хорошее регулярное питание.

Алексей Юдин: Сегодня мы будем говорить не только про чуму, но и про разные пережитые человечеством великие эпидемии и пандемии.

Корреспондент: "Все человечество давно хронически больно,
Со дня творения оно болеть обречено", – пел когда-то Владимир Высоцкий.

В общем, все так и есть. Известно, что болезни сопутствовали человеку постоянно и иногда слишком усердно. Тиф, проказа, чума, оспа, СПИД, малярия, туберкулез и прочие уносили миллионы жизней.
Одной из первых в списке пандемий упомянута натуральная или черная оспа. Она известна человечеству с древних времен. Эпидемия черной оспы стартовала в Азии в IV веке и долгое время путешествовала по всему миру. В то время уровень смертности от этой болезни мог достигать 70%. В Индии даже существовала особая богиня оспы – Мариатале, которой добросовестно приносили жертвы. Уже в VIII веке появились первые попытки создания вакцины против оспы. Но официально об искоренении этой болезни было объявлено лишь в 1980 году на Ассамблее ВОЗ.

Если при эпидемиях натуральной оспы, холеры, сыпного тифа, испанского гриппа погибало, за редкими исключениями, не больше 30% заболевших, то заболевание чумой означало верную смерть. Зараженный неминуемо умирал через несколько дней, поэтому ужас эпидемий чумы затмевал ужас всех войн. Всего в истории известно три колоссальных пандемии чумы. Первая звалась "Юстинианова чума", она началась в Египте в VI–VIII веках, вторая – "Черная чума", косившая население Земли от Китая до Европы в XIV веке, когда погибло до 34 миллионов человек. Третья бушевала в конце XIX – начале XX века.
XIX век вообще был богат на эпидемии. Именно в этот период холера стала одной из самых широко распространенных смертельно опасных болезней, уносившей десятки миллионов жизней. Она оставалась одной из наиболее опасных до середины XX века. В современном мире холера уже не представляет такой опасности, однако до сих пор регистрируют отдельные случаи и даже вспышки эпидемии холеры в развивающихся и бедных странах.

Опасные эпидемии гриппа тоже время от времени переходили в пандемии. Так, после Первой мировой войны "испанка" унесла, по разным данным, жизни от 50 до 100 миллионов человек. Потом был азиатский, гонконгский, птичий и свиной грипп, по масштабам, правда, несравнимые с испанским. Сегодня, помимо гриппа, из эпидемических заболеваний по-прежнему опасными остаются туберкулез, проказа и СПИД.

К старым угрозам эпидемий постоянно добавляются новые. При этом канадский вирусолог Дэвид Эванс, восстановивший в 2018 году вирус лошадиной оспы, доказал, что человек с навыками лаборанта сможет в простой лаборатории вернуть к жизни любой вирус, считающийся вымершим – например, натуральную оспу.

В Индии даже существовала особая богиня оспы – Мариатале, которой добросовестно приносили жертвы


Наконец, новейшая эпидемия – короновирус. Правда, пока не ясно, так ли он опасен в масштабах общей картины инфекционных заболеваний.

Алексей Юдин: У нас в студии заведующий кафедрой инфекционных болезней Российского Университета Дружбы народов Галина Кожевникова и заведующий кафедрой истории медицины Медико-стоматологического университета имени Евдокимова Константин Пашков.

Какие пандемии знает история человечества?

Галина Кожевникова: Вспышка, эпидемии, единичные случаи, пандемия – это все разные понятия. Спорадическая заболеваемость – это когда заболел один-два человека: стало быть, заболевание не очень хорошо передается. Дальше идет вспышка – это когда заболело несколько человек. (классический пример – это пищевые вспышки). Эпидемия – это когда уже идет распространение на большое количество населения: на город, область, даже на территорию одного государства. А пандемия – это когда заболевание распространяется практически по всему Земному шару.

Константин Пашков: Конечно, эпидемий очень боялись, и это было связано в первую очередь с развитием торговли, с войнами, потому что вместе с людьми передвигалась скотина, а инфекционные заболевания подразделяются на зоонозные и антропонозные.

Галина Кожевникова: Антропонозом болеет только человек, и заразиться можно только от человека: это, например, грипп, корь, ВИЧ-инфекция. А зоонозы – наоборот: болеют животные, и от животного заражается человек. Это, скажем, сибирская язва или чума.

Алексей Юдин: Первая, прочно засевшая в человеческой памяти пандемия – это чума, "черная смерть", особенно распространенная в Средневековье.

Константин Пашков: Там было несколько пандемий. Надо понимать: современная классификация инфекционных болезней, когда мы понимаем возбудителя и знаем, как с ним бороться, – это относительно недавняя история человечества. А в те времена не было четкого понимания чумы, холеры, оспы. Чумой называлось практически все. Народ непросвещенный, образованных лекарей практически нет, иногда единицы на целый город или регион. Как только возникали первые признаки, а это смерть непонятно от чего: умер один, второй, разносилось это молниеносно, – конечно, начинали принимать какие-то меры. Проще всего было бежать.

"Юстинианова чума" – это VI–VII века, царь Юстиниан, процветающая Византия, а процветание – это торговля, караваны, специи, морские суда, которые везут из разных местностей какие-то снадобья, продукты. Естественно, они ведут за собой и скотину, и людей, которые могут быть заражены, но еще не заболели. Все первые эпидемии, которые превратятся в пандемии, начинаются в городах. А город того времени – это высокая плотность населения, отсутствие той гигиены, которая сегодня борется с данной проблематикой. Париж отмыли в 1850 году, по этому поводу даже выпустили золотую медаль. Во дворце Версаль, куда все ходят на экскурсии, вообще не было туалетов, нечистоты выбрасывали в окно, и зонтик был нужен для того, чтобы это не упало на вас. Это все идеальная среда для того, чтобы вирусы или бактерии расцветали пышным цветом.

И вот чума Юстиниана пошла кочевать. Узнав об этом, люди бежали в другой город, но голышом ведь никто не побежит: брали с собой какой-то скарб, съестное, зерно, а где зерно, там и крысы, где крысы, там и блохи, а блоха, как установят через годы, и есть тот носитель, где природа держит эту палочку. И так все это распространялось.

Алексей Юдин: "Юстианова чума" – это VI век, потом "великая чума", "черная смерть" – XIV век. На момент "черной смерти" было известно, что блоха, крыса – переносчики инфекции?

Галина Кожевникова: Фактически этого не знали до появления микробиологии, то есть до конца XIX, когда пошел вал открытий.

Алексей Юдин: Как боролись с болезнью?

Константин Пашков: Самые первые и действенные способы борьбы возникли как раз во времена "черной смерти" в Венеции, Италии. Венеция в то время – не туристический центр, как сегодня, это просвещеннейшая столица, банки, центр всего бизнеса. Вот узнают, что где-то началась эпидемия. Что делать? Поставить корабль на рейде и наблюдать за ним 40 дней. Туда доставляли провизию на лодках, но ни одно движение с этого корабля на берег осуществиться не могло, если через 40 дней не убеждались, что все здоровы. В противном случае, если была какая-то инфекция (а инкубационный период чумы – максимум две недели), наступала гибель всего экипажа.

Интересный историко-культурный феномен, который описан в литературе, – это чумные доктора с характерной маской: такой длинный нос, который забивали травами. Это дала как раз пандемия "черной смерти". Считали, что вдыхание этих трав обеззараживает воздух. В медицине того времени в распространении любых инфекционных заболеваний преобладала миазматическая концепция: зараза существует в воздухе, и если вы закрываете себя от вдыхаемого воздуха, то вам не грозит распространение инфекции. Чумные доктора – это, как правило, очень посредственные люди, я бы даже назвал многих просто глупыми. Им не объясняли все последствия того, на что они идут. Это могли быть студенты, изучившие пару курсов медицинской науки. Их облачали, давали специальные шапки, потом даже придумали маски, закрывающие глаза, и они шли туда, где была зараза. У них была специальная палка, чтобы можно было потрогать больного дистанционно, определить, жив он или мертв. Боялись всего, потому что город, где чума – это костры, дым.

Константин Пашков
Константин Пашков


Россия была очень чистой страной: у нас же и роды в бане, и смерть в бане, нужно было человека обмыть и так далее. В стране были великолепные санитарные правила! Царь Алексей Михайлович издал десять указов, вносящих и карантины, и необходимость вымораживать дома, и хоронить чумного больного в той одежде, в которой его застал врач. Если дом каменный, то его снаружи закладывали камнем. Были организованы заставы, там выставлялась стража, и согласно царскому указу было абсолютно все равно, какого вы рода, племени, чина и достоинства. Деньги промывали уксусом. Письма переписывали через костер и сжигали прямо на том же костре, до адресата они доходили в третьем изложении.

Галина Кожевникова: Уже в далекие времена борьбу с инфекционными болезнями брало на себя государство: было понятно, что нужны какие-то меры абсолютно для всех.

Алексей Юдин: Чуму вылечили или она исчезла?

Галина Кожевникова: Она периодически появляется. В регионах, где есть носители самого возбудителя (суслики, крысы, блохи), существуют постоянно работающие противочумные станции, которые ведут контроль за природными очагами болезни. Если там повышается заболеваемость, то принимаются очень жесткие меры. Кроме того, появилось лечение, антибиотики.

Константин Пашков: С открытием стрептомицина в 40–50-е годы прошлого века была поставлена точка. На мой взгляд, сегодня этой болезни можно совершенно не опасаться, потому что медицина знает про нее абсолютно все, и контроль жесточайший. За последние сто лет благодаря работе санитарных служб нашим транспортом ни разу не было перевезено ни одного случая заражения этой патологией. Чуму одолели. Но мы, историки медицины, с уважением относимся к большим эпидемиям. Эти десятки миллионов смертей были не напрасны. Все, что мы сегодня имеем в глобальной профилактике, в подходах, в принципах, идет оттуда, даже чумной доктор: на нем халат, шляпа, маска, перчатки; поощрялось спиртное, надо было пить вино.

Алексей Юдин: Говорит Елена Бергер, старший научный сотрудник Института всеобщей истории РАН.

Елена Бергер: Считается, что впервые методы вакцинации были использованы в Китае в древние века. Для того, чтобы предотвратить заболевание, людям втирали гной от оспенных больных, и это вызывало иммунитет: они переболевали оспой в легкой форме. Потом, в XVIII веке английский сельский врач Эдвард Дженнер обратил внимание на то, что английские доярки почему-то славятся своей красотой, у них лица не обезображены оспой. Дженнер провел опыт, который в современном мире был бы сочтен чудовищным: он сделал надрезы на коже десятилетнему мальчику и втер туда гной из коровьих гнойников. После того, как ребенок через несколько дней почувствовал некоторый дискомфорт, он попытался заразить его натуральной человеческой оспой, и ребенок не заболел. После этого началась вакцинация.

Считается, что впервые методы вакцинации были использованы в Китае в древние века


Открытие Дженнера современники очень часто встречали в штыки была настоящая травля его открытия. Ходили всякие памфлеты и карикатуры на тему того, что если человек заболевает коровьей оспой, у него обязательно отрастут рога и копыта. Потом экспериментировали на заключенных в тюрьмах: когда выяснилось, что с ними все хорошо, привили матросов английского королевского флота. И дальше вакцинация пошла по миру. В России, как известно, первым человеком, который привил оспу себе и своему маленькому сыну, была императрица Екатерина II, и после этого по ее примеру вакцинировались придворные.

Алексей Юдин: С какого времени известна оспа, какие великие эпидемии она причиняла?

Галина Кожевникова: Английский ученый в 1856 году писал: "Моровая язва или чума была более смертельна, но зато она посетила наш берег лишь однажды или дважды на памяти людей, тогда как оспа неотступно пребывала между нами, наполняя кладбища покойниками и терзая постоянным страхом всех тех, кто еще не болел". Это было постоянно и повсеместно встречающееся заболевание, очень заразное, практически со стопроцентным риском заражения. Эта болезнь передается воздушно-капельным путем. Карантины хорошо могли срабатывать в случае чумы, но здесь было очень сложно создать карантинные условия, чтобы предотвратить контакт. И наука пошла другим путем: придумали вакцинацию. Прошло двести лет до момента, когда человечество признало, что оспа ликвидирована. До сих пор существует оспа обезьян, но у человека, к счастью, пока нет случаев заражения.

Константин Пашков: Следы оспы есть даже на египетских мумиях. Практически нет ни одной страны мира, где не было бы оспы. Когда путешественники Старого света отправились в Новый свет, они наградили туземцев оспой. Есть такие знаменитые случаи: Петр II, например, переболел и Петр III, но он был привитый, в легкой форме.

Последним, кто отличился в российской истории, был художник Алексей Кокорекин. В 1959 году он побывал в Индии на похоронах какого-то очень известного брамина, вернулся в Москву, причем вернулся на сутки раньше, чем планировал, поехал к любовнице, а на следующий день дома почувствовал себя плохо и вскоре умер в Боткинской больнице. Патологоанатомы сразу заподозрили что-то неладное, пригласили опытных профессоров, и те воскликнули: да это же оспа! В общей сложности были инфицированы 46 человек, трое из них погибли. Молниеносно установили всех контактеров, их всех собрали и лечили. Это был последний яркий случай.

Из переболевших в разное время самые известные – Максим Горький, Иосиф Сталин. Сыщики в Париже писали в приметах, болел человек оспой или нет.

Алексей Юдин: Какой был процент выживаемости?

Константин Пашков: Есть такая цифра, как 40-процентная летальность, но в некоторых случаях, в зависимости от возбудителя, до 90%. Но это тоже зависит от обстоятельств, в которых развивается болезнь.

Алексей Юдин: Какими методами боролись с оспой?

Константин Пашков: И в Индии, и в Египте, и в арабских странах, и Авиценна пишет об этом в своих работах: брали гной из оспенной пустулы, втирали его здоровому человеку, наносили либо в ноздри, либо на кожу. Считали, что если этот возбудитель попадет в малой дозировке, то человек переболеет в легкой форме. Нередко при таких манипуляциях как раз возникали вспышки оспы, потому что рассчитать дозировку человеческой оспы, попадающей таким образом, было практически невозможно. При Екатерине II семье ребенка, на котором испытали этот метод, пожаловали дворянский титул и дали фамилию. Военного, который был источником оспы, излечили и дали ему возможность получить высшее образование.

То, что сделал Дженнер, – это редкий случай славы при жизни в истории медицины. Он 30 лет наблюдал за оспой и выяснил, что люди, которые работают с животными, скажем, кавалерия в английской армии, много реже болеют оспой, чем представители других отраслей армии. По всей вероятности, имея дело с копытными, они переносили заболевание в легкой форме и обретали стойкий иммунитет. Это знаменитое открытие обессмертило Дженнера, прославило, сделало в Англии человеком, которому поставили памятник, весь парламент аплодировал стоя. Он 20 лет директорствовал в противооспенным институте, названном его именем. Именно коровья оспа, менее опасная для человека, стала основой для будущей вакцины.

Алексей Юдин: А когда была последняя исторически известная пандемия оспы?

Галина Кожевникова
Галина Кожевникова


Галина Кожевникова: В случае с оспой нельзя говорить, что это пандемия. Постепенно, в зависимости от государства, от того, насколько эффективно проводилась вакцинация, становилось все меньше и меньше заболевших, но отдельные случаи, конечно, оставались.

Константин Пашков: Официальные данные говорят о том, что это было в Сомали в 1977 году. Сегодня официально известны только два места на планете Земля, где есть оспа. Это лаборатории: одна из них в США, а другая в России. Эту культуру хранят на случай, если произойдут какие-то мутации существующих видов оспы, например, оспы обезьян, и тогда нужно иметь аналог, на базе которого можно проводить исследования и выпускать вакцину. Оспа – это победа побед. Из особо опасных инфекций человечество официально победило два заболевания – полиомиелит и оспу. Чума под контролем: существующие меры позволяют спать спокойно.

Алексей Юдин: Послушаем комментарий педиатра-инфекциониста Ивана Коновалова.

Иван Коновалов: В последнюю сотню лет было отмечено, что катаклизмы природного характера, например, землетрясения, заканчиваются вспышками инфекционных болезней, в первую очередь кишечных, потому что сразу страдает подвоз чистой воды, люди начинают использовать ту воду, которая есть, и, соответственно, повышаются риски инфицирования. Инфекции всегда присутствуют не в вакууме, они связаны с определенными социоэкономическими, географическими, где-то даже политическими процессами. Любые катаклизмы всегда были ассоциированы с повышенной заболеваемостью, летальностью от инфекции. Тут может играть роль плохое питание, стрессы, в военных условиях проблемы с доставкой еды, тяжелейшие физические нагрузки и активное перемещение людей.

По цифрам та же "испанка" унесла гораздо больше людей, чем вся мировая война. Ежегодная смертность от гриппа и ассоциированных с ним заболеваний – это 500-600 тысяч человек, а болеет миллиард. Вот это пандемия. Но люди каждый день погибают под колесами автомобиля, летальность в ДТП в той же России – десятки тысяч человек. И разве это кого-то отвлекает от того, чтобы сесть за руль или вызвать себе такси? Нет, конечно. Это определенный психологический аспект: интересно бояться условного коронавируса, но очень не хочется думать, например, про отравления в общепите.

Алексей Юдин: "Испанский грипп" – чудовищная пандемия начала ХХ века на исходе Первой мировой войны – была ли она связана с войной?

Галина Кожевникова: Была. Для того, чтобы возникла эпидемия, нужен ряд условий. Грипп, например, очень изменчив, и когда появляется новый штамм, от которого практически никто не защищен, возникают большие эпидемии. А дальше уже присоединяются социальные, экономические и прочие условия. Во время Первой мировой войны были соответствующие условия, начиная с голода, перемещения лиц, условий оказания медицинской помощи, и возможности провести какие-то противоэпидемические мероприятия там тоже были совершенно другие, чем в мирное время, плюс еще новый штамм.

Константин Пашков: Войны всегда влияют. "Черная смерть", например, – это Столетняя война: скудное питание, влага, сырость...

От "испанки" умирал миллион человек в неделю – это было действительно страшно!


Есть болезни, которые сразу же имеют выраженную симптоматику. Но тот же грипп (а тут существует сегодня две тысячи штаммов) всегда идет под маской обычной простуды, как респираторная вирусная инфекция. Поставить точный диагноз (грипп такой-то формы) можно только в лабораторных условиях. А что говорить про события столетней давности? Простыл: ну, чихаю, кашляю, вроде бы температурю... Тогда никто не знал о том, что есть вирус, не понимал его особенностей.

Начало ХХ века – это бурное развитие научно-технического прогресса: поезда, повозки, колоссальные контакты. Во времена советской власти в НИИ железнодорожной гигиены всерьез рассматривалось внесение изменений в конструкцию пассажирского вагона, чтобы там стояли специальные фильтры, распылители бактерицидных препаратов, которые обеззараживали бы воздух. Но когда посчитали и посмотрели эффективность, поняли, что смысла нет.

H1N1 – это как раз та самая "испанка", которая унесла, по разным данным, от 40 до 50 миллионов человек. Это было паническое время, никто не знал, что делать. Во многих странах был введен военный режим, в США запретили рукопожатия; идет поезд, и в пути просто выбрасывают людей. Это страх.

Галина Кожевникова: Чувство страха всегда сопровождает новые инфекционные заболевания. Иногда оно очень мешает обычному человеку правильно себя вести, адекватно относиться к этому.

Константин Пашков: Кстати, заразиться и заболеть – это две разные вещи. Вы можете быть носителем, но не заболеть.

Галина Кожевникова: 2002 год, атипичная пневмония – это тоже была информационная сенсация. То, что мы видим сейчас, начиная с первых чисел января, с одной стороны, это естественный для человека страх, а с другой стороны, он мешает. Если бы кампания проводилась иначе, то профессионалам было бы спокойнее и проще, и людям было бы легче. Они бы совершенно спокойно чувствовали себя в Москве или Воронеже, если бы не знали, что где-то в Китае заболели пусть даже 15 тысяч человек.

Сейчас диагностика на таком уровне, что находят ДНК и РНК возбудителя, и человек может быть вирусоносителем или может быть на такой стадии, когда этот материал определяется, но он не представляет никакой опасности для окружающих.

Алексей Юдин: Прозвучала важная рекомендация, в том числе обращенная к нашим коллегам-медийщикам: поменьше переживать на эту тему.

Константин Пашков: Все, что изобрело человечество, актуально: мытье рук, гигиена жилища, проветривание, регулярное питание и хорошее настроение. Все эти факторы формируют настрой. А мы все надели маски и считаем, что это спасение, но одноразовая маска работает три-четыре часа, а потом ее нужно менять.

Галина Кожевникова: Нужен еще разумный подход. Если идет повышение заболеваемости гриппом и ОРЗ, не планируйте в эти дни ходить на какие-то массовые мероприятия, поменьше контактируйте с людьми.

Константин Пашков: Очень хорошо, что в нашем государстве есть санитарная традиция. Последний заход в Россию – это холера XIX века, когда были государственные мероприятия, знаменитые холерные бунты, когда Николай I должен был вернуться и поцеловать крестьянина, доказав всем, что заразы нет, чтобы люд успокоился. Россия всегда училась на этих ошибках. Эти правила были написаны человеческой смертью. Но разве можно сравнивать происходящее сейчас с тем, что пережило человечество? Когда была "испанка", умирал миллион человек в неделю – это было действительно страшно!

С точки зрения вирусологии первые тексты – это Россия, лекарственные вакцины от других вариантов – это тоже мы. Противочумная вакцина тоже была создана в Советском Союзе. Очень здорово, что вся эта система сегодня существует, работает и оберегает нас.

Алексей Юдин: Чуму взяли под контроль, оспу победили. А что предстоит сделать с гриппом?

Галина Кожевникова: Я думаю, в ближайшее время ничего радикального, только наблюдение и контроль. Вакцинация есть, она достаточно эффективна, хотя эпидемиологи и те, кто создает эти вакцины, признают, что это не стопроцентная защита. Но даже если привитой человек получил возбудитель болезни, он переносит ее достаточно легко, без тяжелых последствий.

Константин Пашков: Грипп – это еще и личная ответственность каждого. Если вы заболеваете, не надо подвигов с походами на работу, с "осеменением" всех, кто рядом с вами в транспорте или в коллективе. Чувствуете себя плохо – останьтесь дома, вызовите врача, примите препараты.

А чтобы успокоить общественность, скажу: мы победили десять болезней – это бешенство, корь, лепра, оспа, полиомиелит, сифилис, туберкулез, холера, чума и сибирская язва.

Комментарии премодерируются, их появление на сайте может занять некоторое время.

XS
SM
MD
LG