"Популярная Америка" в подкасте "Читая новости" на Радио Свобода. Ведущий Валентин Барышников и профессор экономики Чикагского университета Константин Сонин рассказывают, как устроена американская политика.
На Ближнем Востоке продолжается война, хотя президент Дональд Трамп на днях заявил, что военная операция США и Израиля против Ирана закончится "очень скоро".
Инфляция до сих пор являлась главным предметом беспокойства американских избирателей, и скачок цен на бензин в США может стать проблемой для президента Трампа за семь с половиной месяцев до выборов в Конгресс.
– Американские избиратели в целом не любят Иран: иранский режим жестоко расправлялся с протестами у себя в стране и спонсировал терроризм по всему миру. То есть для американского избирателя Иран – это понятная цель операции. Поэтому демократы так осторожно критикуют ее, чтобы не выглядеть защитниками Ирана, критикуют с точки зрения, что сейчас главный вопрос – экономика, а не война. Опросы говорят, что американского избирателя больше всего волнует рост цен, инфляция. Affordability, "доступность жизни", то есть доступность товаров и услуг является главной проблемой. Насколько у президента Трампа и республиканцев есть потенциал убедить избирателей, если, скажем, они сейчас поменяют курс, и инфляция снизится к выборам?
– Я думаю, сейчас уже поздно что-то менять. У избирателей уже есть ощущение того, что администрация Трампа не добилась снижения инфляции, что уровень жизни – проблема. Это уже полностью закреплено [в общественном сознании]. То есть республиканцы не могут сейчас снизить инфляцию так, чтобы это повлияло на что-то в ноябре, когда с остоятся выборы. Просто недостаточно времени осталось, даже если представить себе сценарий, что инфляция опустится до 2% без потерь в рабочей силе, а пока мы видим, что проблемы с занятостью – серьезные.
А если начнется рецессия, то есть еще несколько месяцев продолжится рост безработицы, республиканцам станет еще хуже. Потенциала для улучшений не видно, потому что восприятие инфляции не снижается в реальном времени. Требуются годы, чтобы произвести впечатление [на избирателя]. Точно так же это было у президента Байдена. Всплеск инфляции произошел не в последний год его президентства, инфляция стала снижаться за полтора года до выборов, но было уже поздно для того, чтобы повлиять на мнение избирателей.
В последние 10 лет избиратель в США все время недоволен
Мы видим интересную вещь: в последние 10 лет избиратель в США все время недоволен. Избирателям все время не нравится то, что делает действующий президент. Каждый из них, как им кажется, работает плохо в сфере экономики, "доступность жизни", ее качество не повышается так, как хотелось бы, цены слишком высокие, и люди, соответственно, голосуют все время против того, кто является президентом, то есть против его партии, когда речь идет о выборах в Конгресс. Для Республиканской партии, находящейся сейчас у власти в США, это не обещает ничего хорошего в ноябре.
В то же время преимущество демократов не такое грандиозное, примерно 5%, если судить по опросам типа "проголосовали ли бы вы на выборах в Конгресс за кандидата от демократов или от республиканцев". Такой опрос, однако, мало что говорит о конкретном округе: американцы голосуют на выборах за своего местного конгрессмена, а не за партию.
Ставки, которые делаются на политические гонки, предсказывают победу демократов в ноябре. И мне кажется, ,если рецессия начнется, республиканцы могут еще больше потерять [поддержку]. У всех войн, которые вели США в последние десятилетия, динамика была такая: сначала поддержка [большинства граждан], потом падение поддержки. А тут большой поддержки изначально нет, при этом не бывало, чтобы поддержка войны увеличивалась по ее ходу. Соответственно, у республиканцев как правящей партии велик потенциал дальнейшего падения.
Интересный вопрос, что будет происходить в Сенате. Казалось бы, – исходя из того, как Сенат устроен, и того, в каких штатах выборы в этом году, – что у республиканцев очень большие шансы сохранить преимущество в верхней палате. Но сейчас какая-то такая странная динамика с кандидатами. У республиканцев есть слабые кандидаты, и сейчас уже приближается расклад к 50 на 50. Поэтому можно всерьез обсуждать, что демократы возьмут Сенат.
