Украина продолжает атаковать российские НПЗ. На этом фоне за неделю с 15 по 21 июня производство бензина в России сократилось примерно на 25%. Об этом сообщает агентство Reuters со ссылкой на источники в отрасли. В ночь на 24 июня украинские беспилотники ударили по энергетической инфраструктуре аннексированного Крыма, в результате без электричества остался Севастополь.
В результате ракетного удара по Воронежу 22 июня погибли 5 человек. Целью ВСУ стал завод по производству электроники для российских ракет. 18 июня дроны атаковали Москву и Подмосковье, был разрушен НПЗ в Капотне, в российской столице – дефицит бензина.
К каким последствиям приведёт усиление ударов Украины по России– обсудим с украинским военным экспертом Александром Коваленко и политологом Александром Морозовым.
Можно ли считать активизацию атак украинских беспилотников по российским регионам и Москве переломным моментом войны России против Украины – говорит военный аналитик Александр Коваленко:
Пиковый показатель эффекта будет виден в конце лета - начале осени
-Удары последней недели - достаточно успешные, и мы наблюдаем рост их эффективности. Не только эффективности, но и масштабирования самих ударов. Но говорить об июне как переломном месяце войны пока рано. Наоборот, в целом пиковый показатель эффекта от логистического локдауна, который мы видим сейчас в отношении временно оккупированного юга Украины и ударов по нефтеперерабатывающей отрасли РФ будет виден в конце лета - начале осени. Думаю, что сентябрь и октябрь для российских войск могут стать критическими для определенных зон по театру боевых действий.
Что касается внутренней ситуации – она будет развиваться с расширением зоны влияния и воздействия украинских дронов. Сейчас мы уже открыто говорим о том, что дроны могут преодолевать расстояния более 2000 километров. Я думаю, что именно в осенний период будут наноситься удары по новым объектам глубиной до 3000 километров.
-Возвращаясь к ударам по Москве - они имеют символическое или оперативное значение? И могут ли они реально оказать влияние на ситуацию на фронте?
Дефицит топлива и горюче-смазочных материалов приводит к дефициту всего этого на передовой
-Они бы имели символическое значение, если бы мы ударили по Кремлю или одному из зданий силовых структур. Это был бы символизм. Здесь же была практическая потребность в создании кризиса в Московской области посредством нанесения удара по НПЗ в Капотне. Эффект – это дефицит топлива, бензина, очереди на заправках. Дефицит топлива и вообще горюче-смазочных материалов приводит к дефициту всего этого на передовой. Наша главная цель – создать нехватку горюче-смазочных материалов для российских оккупационных войск в летний период и особенно в период так называемой наступательной кампании, оставить эти войска без топлива. А всё, что происходит в гражданском секторе - это уже последствия всей операции.
-Как удалось пробить пояс ПВО Москвы?
За четыре с лишним года полномасштабной войны российские войска потеряли более 1400 единиц комплексов ПВО
-Это – накопительный эффект с 2022 года. Во-первых, за четыре с лишним года полномасштабной войны российские войска потеряли более 1400 единиц комплексов ПВО. Это зенитно-ракетные комплексы, зенитно-самоходные установки, радарные и радиолокационные системы. Компенсировать такое количество потерянной техники и средств ПВО российский ВПК не способен. Второй фактор - это целенаправленная охота беспилотников за средствами ПВО, которая началась в конце 2025 – начале 2026 года. Третий фактор - это истощение накопленного боекомплекта для систем ПВО. Он накапливался десятилетиями, ещё со времен Советского Союза. Сейчас весь этот боекомплект, по сути, стремительно истощается.
Даже ряд российских так называемых Z-военкоров подтверждают, что порой система ПВО может стоять абсолютно пустая, поскольку на неё не хватает боекомплекта. Производство дрона - это более быстрый процесс, чем производство зенитной управляемой ракеты. Четвертый аспект, довольно интересный с технологической точки зрения - на сегодняшний день основным средством малого радиуса действия на вооружении российской ПВО является самоходный зенитный ракетно-пушечный комплекс ближнего действия "Панцирь-С". Но не доработан и не доведён до ума. У него огромное количество дефектов. Среди них проблемы, которые проявляли себя неоднократно - система управления огня, система по фиксации, сопровождению и уничтожению цели.
-От чего зависит эффективность дроновой атаки – от количества дронов или чего-то ещё? Можно ли вообразить, что если запустить на один объект тысячу дронов, то никакой ПВО не хватит?
Безусловно, количество дронов играет свою роль, но в случае с той же самой Москвой и НПЗ в Капотне было использовано не тысяча дронов, а чуть более 140 средств поражения
-Если бы 9 мая на парад Победы в Москве были бы направлены тысяча дронов и все они были скоординированы в одну четкую цель где-то на трибуне, то разрушения были бы масштабными. Безусловно, количество дронов играет свою роль, но в случае с той же самой Москвой и НПЗ в Капотне были использованы не тысяча дронов, а чуть более 140 средств поражения. Но их эффективность зависит от целого ряда факторов. Например, беспилотники бывают разных типов, модификаций, функциональности. Если мы говорим о Капотне, как минимум, там использовались дроны FirePoint-1 - это основные ударные дроны типа Deep Strike, также там использовались дроны типа MARA и некоторые другие.
Это совершенно разные модификации. У каждого из них - своя определенная функциональность по характеристикам применения, у них свои свойства маневрирования, скорости, максимальной высоты, минимальной высоты. У них есть целый ряд характеристик, которые позволяют уникально использовать каждый из этих типов дронов. Если такой комбинированный тип дронов используется вместе, то средствам ПВО, сколько бы их там не было сосредоточено, всё равно будет необходимо ориентироваться на разные алгоритмы перехвата этих целей, которые могут происходить, - рассказал военный эксперт Александр Коваленко.
О масштабных ударах украинских беспилотников по Москве и Подмосковью, качестве российской системы ПВО и о том, изменилось ли у россиян восприятие войны, говорит политолог Александр Морозов:
Cтало очевидно, что российские ПВО не соответствуют современности
-Сейчас всем стало очевидно, что российские ПВО не соответствуют современности. Наверное, они были неплохо приготовлены для того, чтобы блокировать удары, которые могли делаться в войне прошлого. Но сегодня эта совокупность дронов и нового типа ракет создают ситуацию, к которой российские ПВО не готовы. Это видно и по Москве, и по Крыму, и по Воронежу. Даже когда мы слушаем российских военных экспертов, даже не совсем ясно, где эти российские ПВО, и что конкретно они защищают.
Сейчас приходят сообщения, что средства ПВО из Донбасса снимают и срочно перебрасывают в Крым, потому что не могут защитить Крым и Севастополь. Здесь ещё дело в том, что тип войны, которую затеял Путин – "один против всего мира". Он создал ситуацию, при которой Россия оказалась как бы раздета в военно-стратегическом смысле. Всё видно. За этой войной наблюдают разведки как минимум 60 государств. Их космические группировки обмениваются информацией. У них большие возможности прослушивания и анализа больших массивов данных, к которым есть колоссальный доступ.
-Как может измениться характер войны после атак на Москву?
-Базовый тренд - это поворот к такому фатализму. Если война идёт плохо и если население начинает терпеть от войны страдания и какие-то неудобства, то в таком случае оно начинает передвигаться в зону "а что здесь сделаешь, это судьба". Через это надо пройти. Так было всегда, и не только с российским населением. Все знают, что если поначалу война идёт хорошо, то население рукоплещет и бросает в воздух чепчики. Потом, когда война идёт плохо, все идёт к поражению, то население в этот момент понимает, что не может повлиять на ход событий. Поэтому оно отступает в зону представления о том, что "такова судьба".
- О чём говорит официальная реакция власти на атаки по Москве и её попытки замолчать и проигнорировать масштаб проблемы?
Позиция власти такая: что-то есть, но не надо преувеличивать
- Действительно, по заголовкам в российских медиа видно, что прошла такая команда сверху. Надо писать, что ВСУ ударило, но российскими ПВО сбито столько-то беспилотников. Дальше не нужно вдаваться ни в пожары, ни в другие последствия. Плюс к этому разошлось указание, по всей видимости, от ФСБ, поддержанное Кремлем, о том, чтобы люди немедленно прекратили выставлять видео. В разные паблики выбрасывают сообщения о том, что "товарищи, не надо паниковать, ничего страшного".
То есть цены на бензин разгонять не надо. Хорошо видно, что это специально созданные для публикации в Telegram сообщения. Их продуцируют в нескольких кремлевских центрах, которые занимаются борьбой за правильное понимание у населения происходящего. Позиция власти такая: что-то есть, но не надо преувеличивать. Цель хорошо видна - создавать такую рутинизированную картину, что каждый день сбивается какое-то количество дронов, и в этом нет ничего страшного, - уверен политолог Александр Морозов.
