Ссылки для упрощенного доступа

Археология

Если завтра война


Военный обозреватель Валерий Ширяев – о том, насколько сильна российская армия

  • Роль армии в России традиционно велика, а в нынешней ситуации предвоенной милитаристской истерии она только усиливает свои позиции.
  • По данным социологов, на первом месте в рейтинге доверия у населения армия, потом президент, на третьем месте спецслужбы.
  • Настроения в российской армии разные. Можно вспомнить, как целые части голосовали против поправок в Конституцию.

Видеоверсия программы

Сергей Медведев: 23 февраля – День защитника Отечества. В этом году празднику 100 лет. Но впервые в XXI веке Российская армия встречает его в состоянии полной боеготовности. Весь мир ждет начала войны с Украиной, страна уже несколько месяцев находится в состоянии предвоенной паники, милитаристской истерии. Насколько боеготова российская армия? Пользуется ли она доверием общества, является ли опорой власти?

У нас в гостях Валерий Ширяев, военный обозреватель, заместитель генерального директора "Новой газеты".

Министерство обороны сегодня является одним из главных ведомств по продвижению государственной идеологии

Корреспондент: За последние несколько лет состояние ВС России значительно улучшилось за счет поступления в войска модернизированного вооружения. Сирийская военная кампания позволила получить боевой опыт составу и повысить престижность службы среди россиян. Согласно опросу "Левада-центра" (внесен в реестр "иноагентов"), в прошлом году 61% граждан считали, что каждый настоящий мужчина должен пройти службу в армии.

Министерство обороны сегодня является одним из главных ведомств по продвижению государственной идеологии. В армию вкладываются триллионы рублей, на ее основе создаются патриотические секции, юнармия. Милитаризация российского общества выросла. "Война", "превосходство российского оружия", сценарии захвата других стран – все это уже привычно звучит из телевизора, но характер такого милитаризма двоякий. С одной стороны, это всплески патриотизма, желание конфронтации с другими странами и гордость за военную мощь России, а с другой – уклонение от службы, тем более на фоне эскалации конфликта на границе с Украиной.

Несмотря на воспитательную работу с военнослужащими, настроения в армии разные. Можно вспомнить, как целые части голосовали против поправок в Конституцию, или недавнее открытое письмо Путину от генерал-полковника в отставке Леонида Ивашова, в котором он выступает против политики президента и подготовки к возможной войне с Украиной.

Сергей Медведев: Нам не обойтись без темы противостояния на границе с Украиной.

Валерий Ширяев: Такой пропагандистской кампании я не помню с момента подготовки и вторжения американских войск в Ирак! В ней участвовала практически вся пресса, просто повторяя высказывания центральных фигур правительства. Примерно так же все это построено сейчас. Начало было положено 29 октября, когда глава украинской военной разведки господин Буданов создал карту, которая описывает будущий захват Украины российской армией. Он сразу же передал ее американским журналистам, дал интервью газете Military Times, и эта схема начала кочевать по всем центральным СМИ.

Сергей Медведев: Жить в состоянии постоянной истерии, ожидания вторжения никому не пожелаешь. Но Украина сейчас получает гигантское количество оружия. Я не думаю, что она войдет в НАТО, однако она приблизилась к интеграции с западными военными структурами, то есть военно-технические последствия этой трехмесячной кампании ощутимы.

Валерий Ширяев: То количество оружия, которое привезли в Борисполь, не изменило ситуацию стратегически.

Все армии крупных государств – это инструмент не только защиты своего государства и народа, но еще и внешней политики. Самый главный гигантский инструмент современной внешней политики – это армия США, на второе место выходит армия Китая. И армии России, без всякого сомнения, является политическим инструментом.

Все армии крупных государств – инструмент не только защиты своего государства и народа, но еще и внешней политики

Сергей Медведев: Является ли российская армия в своем нынешнем виде угрозой для НАТО?

Валерий Ширяев: Если мы не говорим о ядерной войне?

Сергей Медведев: Да.

Валерий Ширяев: Есть любопытный труд американского Института по изучению войны. Для захвата Украины в том масштабе, который нарисован на знаменитой карте Буданова, нужно более 380 тысяч солдат в боевых соединениях, а вся армия России на сегодняшний день способна выставить не более 280–320 тысяч человек в составе передовых частей, которые будут непосредственно участвовать в сражениях. Американские исследователи делают вывод: это нереально.

Главный военно-стратегический вопрос – это управление кнопкой. Знают ли наши зрители, что за ввод войск в Афганистан было голосование в Политбюро? После смерти Сталина и до самого развала СССР было коллективное руководство.

Сергей Медведев: А сейчас армия имеет голос?

Валерий Ширяев: У нас автократическое государство! Мы сильно экономим на согласительной процедуре, на прохождении через парламент, утверждении бюджета.

Сергей Медведев: То есть это решение может быть принято вообще поверх головы армии?

Валерий Ширяев: Одним человеком!

Сергей Медведев: Что дала российской армии военная реформа?

Валерий Ширяев: Практически ликвидирована система передачи власти в обход устава от одного военнослужащего другому, так называемая "дедовщина". Осталась воинская преступность, неприязненное отношение, но главным обидчиком несчастного татарина, который расстрелял своих товарищей, был татарин, который младше его по возрасту.

Валерий Ширяев
Валерий Ширяев

Кроме того, во многом перешли на контрактную службу, и теперь те, кто воюет, реально получают за это деньги. Командир батальона получает 78–80 тысяч рублей, при этом бесплатная квартира. Командир ядерной подводной лодки наконец-то стал получать сопоставимую сумму со своим коллегой из американского флота.

Сергей Медведев: А что в области вооруженности, уровня технической оснащенности армии?

Валерий Ширяев: Последняя цифра, которую я слышал от Шойгу, – 73% современных вооружений. У России нет сил на бюджеты, сопоставимые с теми, которыми располагают страны НАТО. Поэтому сколько самолетов пятого поколения в прошлом году передано в войска? Четыре! А в США и в НАТО около 500 этих самолетов F-35. Танки "Армата" – блестящий проект, но их практически нет! Это очень дорогая в производстве машина.

Сергей Медведев: То есть Россия не может себе позволить даже те разработки, которые существуют?

У России нет сил на бюджеты, сопоставимые с теми, которыми располагают страны НАТО

Валерий Ширяев: Моя гипотеза: они поддерживают ведущие КБ, заставляют их разрабатывать самую современную технику, производят ее в небольших количествах, чтобы не разориться, и таким образом поддерживают уровень технологических производств в ВПК и уровень обучения в войсках. Наши власти выбрали такой путь разумной экономии: если надо, мы это произведем, но сейчас обойдемся самыми дешевыми средствами.

Сергей Медведев: Нужно ли отказываться от призыва?

Валерий Ширяев: Призыв призван покрыть сравнительно небольшие потребности в войсках обеспечения. Призывники – это те, кто обеспечивает контрактников во время боевых действий – бензовозы, охрана, обслуживание самолетов и так далее.

Сергей Медведев: А в случае большой войны этот резерв невозможен?

Валерий Ширяев: Нет, это невозможно! Россия не способна вести современную крупную войну, такую как Вторая мировая. Больше того, в современном мире нет армии, которая заточена на такую войну. Методы ведения войны другие, ставятся другие задачи – политические. Задачи покорения мира исчезли! Покорить мир, захватить соседа, полностью его ассимилировать, как в войнах XIX века, – таких задач нет, потому и армии другие.

Чем мотивированы наши призывники? Если ты хочешь потом служить в правоохранительных органах, без службы в армии ты не сможешь это сделать. Если же ты хочешь пойти учиться, то после армии получишь льготное поступление. У нас, правда, нет самой главной мотивации. У них на призывных пунктах с 50-х годов самый знаменитый лозунг – "Хочешь посмотреть мир – вступай в морскую пехоту!" Мы же можем сказать только так – "Хочешь посмотреть Россию – вступай в армию".

Сергей Медведев: А социальное обеспечение, скажем, офицерского состава: военные городки, обеспечение квартирами, снабжение?

Валерий Ширяев: Все очень по-разному. Есть еще места, где катастрофическая ситуация. Очень много жалоб от офицеров в тех частях, судьба которых зависла, и неизвестно, что делать: они буквально бедствуют. Но если посмотреть на те военные городки, которые стали строиться после реформы, то это просто небо и земля. Знаете, как соблазнили украинских военных в Крыму, когда они стали массово переходить в российскую армию? Просто военный городок нашей морской пехоты стоял на пути следования украинских военных, они шли на работу и каждое утро видели великолепные здания, бегущих в школу девочек с помпонами, молодых красивых жен, машины офицеров.

Россия не способна вести современную крупную войну, такую, как Вторая мировая

Сергей Медведев: Слово военно-политическому эксперту Юрию Федорову.

Юрий Федоров: В авторитарных и тоталитарных режимах власти не доверяют армии: что в СССР, что в России сегодня, ведь это единственный социальный институт, который может уничтожить, сменить власть, осуществить военный переворот.

Есть два главных инструмента контроля над российской армией. Первый – это военная контрразведка, часть ФСБ, "особые отделы". Они занимаются контролем за офицерским корпусом, опираясь на разветвленную агентуру. Ни одно карьерное повышение не может быть осуществлено без согласия офицера, который отвечает за контрразведывательное обеспечение.

Юрий Федоров
Юрий Федоров

Второй инструмент – это органы политического воспитания, которые в российской армии восстановлены примерно в том же масштабе, что и в советской армии, только они не партийные. Они осуществляют контроль за умонастроением офицерского состава и контрактников, и без соответствующей визы этих служб невозможны никакие карьерные изменения, скажем, поступление в Военную академию, назначение на должность, повышение звания.

Валерий Ширяев: Я почти во всем согласен с вашим уважаемым экспертом, за одним исключением – что армия может поднять бунт, военный переворот. В российской армии существует очень мощная, укорененная в мозгах традиция политического неучастия. Последнее политическое действие, которое предприняла российская армия, – это восстание декабристов. С тех пор армия принципиально не участвует в политике. Читающая газеты офицерская жена – это пошлость и неприличие. Армия как была вне политики, так и продолжает оставаться. Этот фактически генетический код нашего офицерского корпуса сработал во время ГКЧП: армия практически отказалась! Это была забастовка.

Армия имеет политическое влияние. Армейские отставники имеют возможность участвовать в политической деятельности, как уважаемый Ивашов, и тогда свойственный армии консерватизм выливается через них наружу. Не приведи господь, если русская армия начнет играть реальную политическую роль! Что такое армия, которая начинает заниматься политикой? Это диктатуры в Латинской Америке и Юго-Восточной Азии. В мозгах у генералов нет ничего другого, кроме этого самого простого пути.

В среде людей либерально-демократических взглядов есть некий миф, что при правильном президенте… Хорошо, допустим, завтра будет президентом условный Навальный. Он откажется от ядерных сил сдерживания, ликвидирует армию, объявит Россию первым пацифистским государством мира? Не будет этого!

Милитаризация, набравшая фантастические масштабы в обществе, – это политическое решение, а не решение военных

В нормальных демократических государствах правительства меняются одно за другим, а армия продолжает идти, как ледокол, из прошлого в будущее, и тянет за собой политические взгляды близких ей людей.

Сергей Медведев: Как вы на этом фоне рассматриваете перспективы Шойгу?

Валерий Ширяев: Был у меня смешной разговор с одним близким помощником аппарата. Я сказал: "В России сейчас есть только два человека, которые оперируют такими гигантскими человеческими ресурсами и такими бюджетами: Собянин и Шойгу". Он закричал: "Нет! Собянин предаст, а Шойгу не предаст!" Видимо, тут просматривается глубина взглядов этой прослойки. Путин регулярно на свой день рождения ездит с Шойгу в тайгу, на охоту. И никто не знает, о чем они там говорят, а ведь наверняка о судьбах России рассуждают ребята. Это все предполагает, что, наверное, Шойгу гораздо ближе к Путину.

Сергей Медведев: Насколько вас беспокоит милитаризация общества, военно-патриотическая накачка, помполиты в школах, парк "Патриот"?

Валерий Ширяев: У всех военных, с кем я разговаривал, полный консенсус в этом вопросе: парк "Патриот" – это в чистом виде пропаганда, военный пиар.

Милитаризация, которая набрала фантастические масштабы в нашем обществе, благодаря команде сверху и целенаправленной работе специалистов, – это политическое решение, а не решение военных. Все эти бесконечные захлебывающиеся от восторга речи диктора о том, что эта ракета пролетит через весь Земной шар и уничтожит половину какой-то страны, – такого не было даже в СССР! Видимо, все это призвано укрепить внутреннюю стабильность режима. Мы знаем эту теорию осажденной крепости, закрытости от мира. Но все-таки армию, офицеров, которые против этого, я не обвиняю в пропаганде, это политическое действие.

Сергей Медведев: Поздравляю всех причастных с Днем защитника Отечества и желаю, чтобы российская армия всегда использовалась только для оборонительных целей и никогда – для наступательных!

Партнеры: the True Story

XS
SM
MD
LG