Ссылки для упрощенного доступа

Время турбулентности: каким был 2021-й, чего ждать в 2022-м?


Говорим о перспективах на постсоветском пространстве

Виталий Портников: Несмотря на газовый шантаж Кремля, Молдова не намерена менять свой внешнеполитический курс. Кишинев дал ясно понять Москве, что Молдова, как заявила президент этой страны Майя Санду, связывает свое будущее с Евросоюзом.

На фоне жестких репрессий Александра Лукашенко против белорусской оппозиции и искусственно созданного миграционного кризиса на границах с Евросоюзом Россия продолжает поглощение Беларуси.

Владимир Путин называет происшедший 30 лет назад распад СССР распадом исторической России, угрожает вторжением Украине и требует от Запада гарантий ее невступления в НАТО. Сейчас, как утверждают источники телеканала CNN, у президента США Джозефа Байдена есть лишь несколько недель, чтобы предотвратить возможное нападение России на Украину.

Восточная Европа снова в фокусе, причем точно не в позитивном

Главные события 2021 года, ключевые вызовы, с которыми могут столкнуться в 2022 году Молдова, Беларусь и Украина, обсудим с нашими гостями: в студии Павел Климкин, дипломат, бывший министр иностранных дел Украины, на связи Владислав Кульминский, политолог, бывший вице-премьер по вопросам реинтеграции Молдовы, и Павел Усов, белорусский политолог, руководитель Центра политического анализа и прогноза.

Павел Климкин: Восточная Европа снова в фокусе, причем точно не в позитивном. У нас были эмоциональные всплески в отношении Украины и Беларуси, но теперь снова началась геополитика, которая очень быстро меняется. Есть очень последовательное желание России поднимать ставки. Там понимают: если не сейчас, то когда? Создали сначала энергетический кризис, а потом миграционный – руками Лукашенко, затем подняли давление на Балканах, на Кавказе. Теперь есть желание начинать выдергивать из геополитического лего маленькие элементы, чтобы оно все посыпалось, и, как во времена холодной войны, переговариваться только с теми, кто, как считают в Москве, им равен, а это на самом деле только Вашингтон. Поэтому и этот год, и следующий принципиально иные с точки зрения геополитических раскладов.

Меня тревожит, что через нашу голову (и это касается также Молдовы и Беларуси) начнут говорить про нашу судьбу и договариваться, а нам будут предлагать разные опции. Мы, конечно, свободны в своем выборе принимать эти опции или нет, но ситуация меняется очень быстро.

Все страны постсоветского пространства сегодня находятся на перепутье своей истории

Виталий Портников: Для Молдовы это был совершенно особый год, когда менялись все взаимоотношения во власти и в обществе, как и взаимоотношения страны с ключевыми внешнеполитическими игроками. В конце 2020 года мы с вами были свидетелями инаугурации нового президента Молдовы Майи Санду, и это означало возвращение к евроатлантическому вектору сотрудничества. А в конце 2021-го мы видели, как посол России в Молдове Олег Васнецов участвует в церемонии инаугурации главы Приднестровья Вадима Красносельского. Это два очень красноречивых события, которые обрамили для Молдовы весь 2021 год.


Владислав Кульминский: Молдова, Украина, Беларусь, Грузия, практически все страны постсоветского пространства сегодня находятся на перепутье своей истории. Процессы, протекающие сегодня в регионе, намного сложнее, чем в 90-е годы, когда распадался Советский Союз. Сегодня мы, наверное, переживаем второй этап, в каком-то смысле переоформление итогов распада СССР. И именно Владимир Путин видит себя в роли человека, который подведет и переопределит эти итоги.

Владислав Кульминский
Владислав Кульминский

Даже во времена холодной войны после Второй мировой войны ялтинско-потсдамская система строилась без какой бы то ни было договорно-правовой базы по поводу раздела сфер влияния в Европе. Это более-менее оформилось в 1975 году по итогам Хельсинкской конференции, но и то там была третья, крайне важная корзина – "права человека". Сегодня Россия хочет четко разделить сферы влияния. Они видят это в том формате, в котором это делается между большими игроками за спиной стран, о судьбе которых идет речь. Мы не знаем, чем закончатся эти процессы, они крайне сложны и в каком-то смысле более опасны, нежели то, что мы видели во времена холодной войны.

Россия хочет четко разделить сферы влияния

Для Республики Молдова 2020–21 годы были во многом определяющими, потому что для европейская модель развития для страны – это нечто такое, что не подлежит пересмотру: это ее внутренний выбор. Немного другая история у нас с военными альянсами. Молдова по Конституции – нейтральное государство. Но именно от этого выбора, я думаю, у нас ни с экономической, ни с политической точки зрения не отойдет ни одно правительство.

Виталий Портников: В 2021 году в мире чуть ли не впервые всерьез заговорили о поглощении Беларуси, о том, что белорусское государство может вообще прекратить свое существование, что действия Александра Лукашенко после подавления им протестов 2020 года могут привести именно к этим последствиям. Мы видим, что так называемые интеграционные процессы в 2021 году перешли в куда более активную фазу, и это выглядит не столько как интеграция, сколько как поглощение.

Павел Усов: Безусловно, это выглядит как восстановление Советского Союза 2.0. Беларусь, к сожалению, в этом плане становится успешным проектом по навязыванию нового видения мира, и прежде всего постсоветского пространства России.

Это выглядит как восстановление Советского Союза 2.0

Я бы обратил внимание на два момента. С одной стороны, это действительно выстраивание новых конструкций, которое пытается реализовать сегодня Россия во главе с Путиным, а второй момент был озвучен Владиславом Сурковым в недавней статье – это экспорт хаоса сюда. Беларусь становится удобным инструментом для реализации именно этой концепции внешней политики. Наверное, впервые за всю историю и независимой России после 1991 года, и независимой Беларуси, и Европы хаос начинает развиваться у границ ЕС благодаря Беларуси и этому миграционному кризису.

До этого времени все конфликты и напряженные ситуации формировались внутри "русского мира". Даже война в Грузии, а тем более война в Украине все-таки развивались на границе с Россией, теперь же конфликт переносится на ее внешние границы и на внешние границы Евросоюза. Это одно из "достижений" России.


Безусловно, мы можем наблюдать деконструкцию белорусской независимости. Кстати, совсем недавно министр иностранных дел Макей заявил о том, что Беларусь сокращает дипломатические представительства в Евросоюзе. Мы видим, насколько мощно ограничивается внешнеполитическая субъектность Беларуси, вплоть до подписания 28 интеграционных карт в ноябре 2021 года. Кроме того, происходит усиленное расширение военно-стратегического присутствия России в самой Беларуси, начиная от размещения так называемых российских военных учебных баз и заканчивая недавними заявлениями о том, что Беларусь рассматривает возможность размещения российского ядерного оружия на своей территории. Это и означает конец белорусской государственности.

Лукашенко не является сегодня проводником собственной внешней политики

Второй момент, который стоило бы отметить, – это формирование новой политической модели внутри Беларуси: по сути, неототалитарной системы, начиная с уничтожения внутри страны оппозиции и гражданского общества и заканчивая довольно активным встраиванием Беларуси во внешнеполитическую повестку России. Лукашенко не является сегодня проводником собственной внешней политики, а эффективно использует ту внешнеполитическую концепцию, которая сформировалась в России, и пытается ее реализовать еще более радикально (по крайней мере, на уровне риторики), чем даже сам Путин, озвучивая угрозы Западу даже прежде, чем их озвучат в Москве.

Виталий Портников: В Киеве сейчас и в транспорте, и в любом супермаркете подходят и спрашивают: "Ну, и что будет? Война будет? Кризис экономический будет?"

Павел Климкин
Павел Климкин

Павел Климкин: Для Украины наибольший внутренний вызов – это не допустить дестабилизации, поскольку для России пойти на полномасштабное вторжение – это значит поставить себя в состояние изоляции. А внешнеполитический вызов – это не допустить, чтобы наша судьба, или вопрос европейской безопасности, или судьба Донбасса, или какие-то другие ключевые для Украины вопросы решались без нас. 2022 год может быть не только непредсказуемым, он может принести пертурбации, которые можно сравнить с концом холодной войны.

Для Украины наибольший внутренний вызов – это не допустить дестабилизации

Виталий Портников: Владислав, что будет решающим для Молдовы в 2022 году?

Владислав Кульминский: Скорее всего, то, что мы называем системой безопасности в Европе, получит окончательное оформление. Пожалуй, принципиальный вызов – это каким образом нашим странам не стать странами серой зоны. Сейчас идет речь о том, что по итогам договоренностей между большими игроками, (а я лично думаю, что таких договоренностей не будет) эти страны, в первую очередь Грузия, Украина и Молдова, станут серой буферной зоной с ограниченными суверенитетом и возможностью принимать решения. Но при этом должны быть страны, которые не входят в классическую сферу влияния ни России, ни Запада.

Для нас это наихудший из всех возможных сценариев. Положение серой зоны с неспособностью влиять на ключевые процессы в стране чревато распадом и постоянными потрясениями, в которых не мы будем решать свою собственную судьбу. Пожалуй, основной вызов – это каким образом сохранить свою субъектность, сделать так, чтобы ключевые решения, касающиеся судьбы нашей собственной страны, принимались в Кишиневе.

Наше существование – не предмет компромисса

Виталий Портников: Павел, как вы думаете, Беларусь сохранится на политической карте мира к концу 2022 года?

Павел Усов: Формально, безусловно, сохранится. Возможна деградация белорусской государственности до уровня Белорусской советской социалистической республики, хотя для этого необходим ряд условно правовых действий со стороны России, прежде всего нужно навязать Лукашенко политическое видение нового союза Беларуси с Россией. Россия уже смогла реализовать проект по углублению экономической интеграции, но еще остается нерешенным вопрос о создании политических наднациональных институтов управления союзного государства. Для этого необходимо дальнейшее продавливание Лукашенко, хотя сейчас шансов для противостояния или сопротивления этому воздействию крайне мало.

Беларусь уже стала вызовом для безопасности соседей, а сейчас может превратиться в геополитическую угрозу для Украины

Но даже не это является существенным интересом и целью России, а прежде всего еще большее усиление собственного военно-стратегического присутствия в Беларуси, то есть, возможно, размещение какого-то ограниченного военного контингента, дополнительных стратегических вооружений, что создает угрозу непосредственно для Украины. Беларусь уже стала вызовом для безопасности соседей: Польши, Литвы, Латвии, – а сейчас может превратиться в геополитическую угрозу непосредственно для Украины.

Павел Усов
Павел Усов

Думаю, для России нет смысла в полном демонтаже формальных атрибутов белорусской государственности, но установление прямого экономического и политического управления – это, безусловно, один из важных приоритетов. Путину необходима новая геополитическая победа, и Беларусь может стать таким трофеем. В этом случае, даже при реализации такого успешного стратегического плана Лукашенко останется. Беларусь будет отдана ему как награда за то, что он фактически привел к разрушению государственности и общества, и он будет присутствовать просто в качестве управляющего вассальной территорией.

Виталий Портников: А ведь в какой-то мере господин Путин добился своего! В 2021 году был оптимизм: победим пандемию, вернемся к нормальному экономическому росту. А сейчас я не заметил никакого оптимизма в нашем диалоге.

Для России пойти на полномасштабное вторжение – это значит поставить себя в состояние изоляции

Павел Климкин: Оптимизм есть, поскольку мы понимаем вызовы, понимаем, что с ними надо бороться, иначе это угроза нашему существованию. Как говорила когда-то Голда Меир, наше существование – не предмет компромисса. Для Украины и Молдовы ключевой вызов на следующий год – это необходимость показать историю успеха. Если ее нет, очень сложно кого-то убедить, что нам нужно не просто протянуть руку, а нас надо считать частью трансатлантического мира.

Владислав Кульминский: Я всегда говорил, что рано или поздно это произойдет, просто была временная передышка. То, как произошел распад СССР в начале 90-х годов – это не окончательное его оформление. Это вызов, с которым сталкивается страна и который ей предстоит успешно преодолеть. Я бы не назвал это пессимистичным сценарием.


Другой вопрос, что мы достаточно бездарно потратили это время, мы могли подготовиться к этому намного лучше, чтобы быть сейчас во всеоружии. Но на самом деле я уверен, что жизнь моей страны, Республики Молдова станет историей успеха.

Павел Усов: В Беларуси крайне мало таких оптимистических настроений и надежд на лучшее. Я полагаю, что, к сожалению, деконструкция национального государства в Беларуси продолжится.

Те, кто пытается утащить народы и государства в прошлое, рано или поздно проигрывают в борьбе с будущим

Но есть и позитивные признаки. Параллельно с демонтажом государственности и разрушением независимости Беларуси все-таки происходит очень важное изменение в сознании и культуре белорусов. После двух последних стрессовых лет происходит очень быстрый отказ от советской мифологии. Я надеюсь, что это формирует основу еще большей трансформации в позитивном направлении, для формирования нации. И только после того, как белорусы оформятся в настоящую продуктивную нацию, возможно возвращение к полноценной государственности и независимости. Ведь то, что происходит в последние годы, – это как раз результат сильной постсоветской ментальности, которая не давала Беларуси выпрямиться и развиваться в направлении Запада.

Виталий Портников: Я верю в здравомыслие и способность к развитию народов, которые созидают свои государства, а также в исторический процесс. История не раз говорила: те, кто пытается утащить народы и целые государства в прошлое, рано или поздно проигрывают в борьбе с будущим.

Комментарии премодерируются, их появление на сайте может занять некоторое время.

Сказано на Эхе

XS
SM
MD
LG