Ссылки для упрощенного доступа

"Месть ФСБ". НКО Льва Пономарева признали иностранными агентами


Лев Пономарев

Министерство юстиции РФ внесло в реестр "иностранных агентов" еще две некоммерческие организации, которыми руководит правозащитник Лев Пономарев. "Иностранными агентами" признаны фонд "В защиту прав заключенных" и региональная общественная организация содействия соблюдению прав человека "Горячая линия". 13 февраля Минюст сообщил о включении в список движения "За права человека".

О том, что Минюст по требованию Генпрокуратуры проведет внеплановую проверку движения "За права человека", стало известно в конце 2018 года. Это произошло нас следующий день после того, как 77-летнего Пономарева арестовали на 25 суток за пост в Фейсбуке об акции в поддержку обвиняемых по уголовным делам "Сети" и "Нового величия". Позднее Мосгорсуд сократил срок ареста до 16 суток.

Лев Пономарев на акции в поддержку фигурантов дела "Новое величие"
Лев Пономарев на акции в поддержку фигурантов дела "Новое величие"

Движение "За права человека" уже признавали "иностранным агентом" в 2014 году, но на следующий год исключили из реестра. Ранее СМИ сообщали, что решение Минюста может быть связано с тем, что подконтрольная движению "За права человека" организация "Горячая линия" получала финансирование от Комитета против пыток при ООН.

В интервью Радио Свобода Лев Пономарев рассказал, что узнал о включении организаций в реестр иностранных агентов от СМИ:

"Найдены признаки того, что движение "За права человека" работает как иностранный агент"

– Мне это стало известно после звонка из какого-то издания. Не помню, кто первый позвонил, вчера было, наверное, 20 звонков из разных СМИ. Позавчера нам вручили акт проверки Минюста, и там было написано: "Найдены признаки того, что движение "За права человека" работает как иностранный агент". Когда мы разговаривали с сотрудниками низового звена, которые нас проверяли, они говорили: "Нет, мы вас не вносим". А вчера неожиданно Министерство юстиции объявило, что мы введены в реестр "иностранных агентов".

–​ Движение "За права человека" уже называли "иностранным агентом" в 2014 году, потом вас исключили из этого реестра. Как вам тогда удалось выйти из этого списка и будете ли вы сейчас предпринимать такую попытку?

Моим волонтерам, которых больше тысячи, трудно будет работать с ярлыком "иностранный агент"

– Когда масса правозащитных организаций была введена в реестр "иностранных агентов", я подумал, что нам туда никак нельзя. Движение "За права человека" – особое, оно народное в том смысле, что у меня очень много волонтеров, больше тысячи человек. Они работают по всей стране, работают с местными чиновниками, и если у них будет ярлык "иностранный агент", то им будет гораздо труднее работать. Ведь правозащитник понуждает чиновника действовать в интересах граждан, прав человека. Я до этого в Общественной палате получал президентский грант, но и какие-то небольшие иностранные деньги тоже получал. Я старался тогда меньше получать иностранных средств, и это были совсем небольшие деньги – меньше нескольких процентов от всего финансирования. Но когда я еще не боялся получать эти средства, мне одна крупная деятельница в Фонде Сороса сказала: "Лев Александрович, ваша организация слишком политизирована".

Лев Пономарев на суде, 7 декабря 2018 года
Лев Пономарев на суде, 7 декабря 2018 года

–​ Но как у вас тогда получилось тогда выйти из реестра?

Они нашли опять какие-то мелочи и решили выдавить меня отовсюду

– Я перестал получать деньги из иностранных источников. Тогда же написал письмо непосредственно президенту, и это письмо ему на встрече передал тогдашний уполномоченный по правам человека Владимир Лукин. Я предложил президенту, чтобы Россия не выглядела страной-изгоем, которая борется с правозащитниками, учредить специальный фонд. Даже не фонд, а специального оператора, который бы выделял деньги правозащитникам. Лукин передал это письмо президенту, и тот прямо при Лукине говорит: "Хорошо, меня это устраивает". Потом было создано движение "Гражданское достоинство", которое в то время возглавляла Элла Памфилова. И этому движению было поручено выделять деньги правозащитникам. Я должен сказать, что первое время деньги действительно выделялись, и это все неплохо работало. Но потом настоящих правозащитников оттуда начали выдавливать всякие фейковые организации, денег давали все меньше и меньше. Движение "За права человека" получало президентские гранты в течение восьми лет. А сейчас они нашли опять какие-то мелочи и решили выдавить меня отовсюду.

–​ А сейчас вы будете что-то предпринимать, чтобы выйти из этого реестра иностранных агентов?

Говорю прямо: этот закон идиотский. Его уже пытались изменить, но безуспешно

– Не знаю. Я уже вчера публично говорил, что вряд ли. Понимаете, говорю прямо: этот закон идиотский. Его уже пытались изменить, но безуспешно. По этому закону ты считаешься агентом, если получил хотя бы минимальные зарубежные деньги, хотя бы 1 доллар. А мне какой-то частный инвестор тогда перевел какие-то небольшие деньги. И мне говорят: если даже 1 доллар вам перечислили и ваша организация занимается политической деятельностью, то все, вы "иностранный агент". А что по закону является политической деятельностью? Любая общественно заметная деятельность, публикации, пресс-конференции, все, чем мы занимаемся. Если ты попал в общественное пространство, то это уже политическая деятельность. Много было попыток изменить закон, этим занимался Федотов Михаил Александрович, Совет по правам человека при президенте, но ничего не удалось.

Михаил Федотов
Михаил Федотов

–​ В чем заключается сложность деятельности организации, которая получает статус "иностранного агента"? Как это отразится на вас?

Мы встали плечом к плечу с другими "иностранными агентами"

– Я еще это тщательно не изучал. Я могу сказать, что мы встали плечом к плечу с другими "иностранными агентами", вполне приличными организациями, такими как "Гражданское содействие" Светланы Ганнушкиной, правозащитным центром "Мемориал". Сейчас, по-моему, только Московская Хельсинкская группа не имеет этого статуса, а остальным правозащитным организациям его дали. Поэтому я могу сказать: ничего страшного не произошло. Там, конечно, есть дополнительные трудности, связанные с отчетностью – она становится более жесткой.

–​ В конце прошлого года вы провели 16 суток под арестом, вам вновь отказали в президентском гранте. С чем вы связываете такое повышенное внимание к вам лично и к вашей организации?

Я считаю это местью ФСБ. Пытки не расследуются демонстративно

– Я считаю это местью ФСБ. Я довольно последовательно и публично веду дела "Нового величия" и "Сети". Я доказываю, что ФСБ фактически ведет антиконституционную деятельность. В частности, они используют пытки против политических оппонентов, да и просто гражданских активистов, и эти пытки не расследуются. Я рад тому, что эту тему на встрече с президентом публично поднял глава СПЧ Михаил Федотов. Он привел аргументы, что пытки не расследуются, и когда президент спросил: "Как не расследуются, почему?" – он ответил: "Боятся, Владимир Владимирович. Боятся расследовать пытки, к которым, возможно, причастна Федеральная служба безопасности". По-моему, более скандального диалога я не слышал давно. Путин тогда сказал, что все надо расследовать. А через два месяца после этого Совет по правам человека обратился в Управление собственной безопасности ФСБ и еще раз получил отписку, что пыток не было. Это не расследуется демонстративно.

–​ Чего вы ожидаете в ближайшее время от российского политического режима?

В российской политической элите чувствуется какое-то напряжение

– Какие-то события происходят. Вышла статья Владислава Суркова, которую все обсуждают, идет дискуссия. Мне кажется, в российской политической элите чувствуется какое-то напряжение. Вот у меня крупнейшая правозащитная организация в стране, и против нее предпринимаются довольно жесткие шаги. Мне кажется, в России наступает какой-то период политической нестабильности. Указания Путина демонстративно не выполняются, и кто-то за это должен ответить. Возможно, произойдет новое ужесточение режима, тем более на фоне разговоров о создании "российского интернета". Сторонников такого режима много, противников – тоже. Что будет дальше – военная хунта? Напряжение возросло, но что ожидает Россию, я точно сказать не могу, – говорит руководитель движения "За права человека" Лев Пономарев.

Общероссийское движение "За права человека" существует с 1997 года. О начале проверки в отношении него Министерство юстиции объявило 18 декабря 2018 года. Чиновники потребовали предоставить документы за последние три года: бухгалтерскую документацию, расписание штата организации, а также переписки с физическими и юридическими лицами и публикации в СМИ. По словам Пономарева, внеплановую проверку решено было провести по заявлению прокремлевского радикального движения SERB, члены которого много раз приходили в офис организации и пытались сорвать работу.

5 декабря 2018 года Тверской районный суд Москвы признал Льва Пономарева виновным в повторном нарушении порядка проведения акции (ч. 8 ст. 20.2 КоАП) и назначил ему 25 суток ареста. Перед этим правозащитник опубликовал пост в Фейсбуке с призывом к участию в акции "За наших и ваших детей" в поддержку тех, кто проходит по делам "Сети" и "Нового величия". Публикацию Пономарева расценили как "призыв к несогласованной акции", которая прошла возле здания ФСБ на Лубянке 28 октября 2018 года.

7 декабря Мосгорсуд снизил срок ареста до 16 суток. Льва Пономарева также не отпустили на прощание со скончавшейся 8 декабря главой Московской Хельсинкской группы Людмилой Алексеевой, которая была его давней соратницей.

Уважаемые посетители форума РС, пожалуйста, используйте свой аккаунт в Facebook для участия в дискуссии. Комментарии премодерируются, их появление на сайте может занять некоторое время.

XS
SM
MD
LG