Ссылки для упрощенного доступа

Денди и юродивый. Рунет – о смерти Петра Мамонова


Пётр Мамонов на съёмках, 2007 год

В госпитале в Коммунарке умер поэт, музыкант и лидер группы "Звуки Му", актёр, режиссёр, проповедник... словом, Пётр Мамонов.

Андрей Кураев:

Отмучился...
скончался Пётр Николаевич Мамонов.
Приими его, Господи, на свой Остров.

Петр Толстой:

Не стало ещё одного человека, который жил по правде и дарил людям любовь.

Умер Петр Мамонов – великий русский актер и талантливый музыкант. Мало кому было дано умение «жить» в кадре, но он в каждой роли убеждал нас, что его персонаж – это настоящая, особенная натура, понимающая и остро чувствующая происходящее.

Творческое наследие Мамонова навсегда войдет в историю русской культуры и будет предметом вдохновения для будущих поколений.

Борис Титов:

Пётр Мамонов - это удивительный человек. Музыкант, актер, мыслитель и бунтарь.
50-е годы - поколение бэби-бумеров (1944 – 1967). Их отцы чудом выжили в «мясорубке» страшной войны и передали детям невероятную энергию. Именно из них вышли потрясающие и легендарные рок-группы США, Великобритании и, увы, по объективным причинам в меньшей степени нашей страны.
И это огромная потеря для отечественной культуры.
Люди этого времени часто вели себя странно, шли наперекор идеологии, сжигали себя алкоголем и запрещёнными веществами. Они «горели» во всех смыслах. Но именно они повлияли на культуру и историю мира так, как это удавалось возможно только нескольким поколениям в истории всего человечества. За тысячелетия.
Пётр Мамонов - гордость России. Самобытный, невероятно талантливый, дерзкий и мудрый. Как наш народ!
Мои глубокие соболезнования близким.

Катерина Гордеева:

Для меня Пётр Мамонов был человеком совершенно непостижимым. Недостижимым. Существом из какого-то другого измерения. Из тех, к кому не подойдёшь. И не заговоришь, поборов робость.
В моём детстве «Звуки Му» были отдельной коробкой кассет, потом — дисков. А после часть треков навечно поселилась в голове.
Скажем, когда тебе хреново после классной вечеринки, то звучит «Нажрался. Денег взял, на Юг съездил».
А если ты присутствуешь или участвуешь в драматическом расставании, то всегда всплывает «Отдай мои вещи. И то зелёное, помнишь, пальто».
И становится не так драматично. Становится терпимее, что ли.
Я помню его в «Игле» и «Такси-блюз» покадрово. И иногда эти кадры - часть моих самый впечатляющих слов.
Я была потрясена его явлением на встречу выпускников с бубном — так всегда надо туда ходить! — не меньше, чем его затворничеством и его последними годами поиска смыслов, назовём это так.
Будет тысяча некрологов и никто ни в одном из них не сможет впихнуть Мамонова в какое-то течение, стиль, отрасль, направление.
Он - больше всего.
Счастливы те, кто уже коснулся его творчества.
Ещё более счастливы те, у кого это ещё впереди.

Антон Орехъ:

Мне невероятно повезло познакомиться с Петром Николаевичем много-много лет назад! Я же хотел стать музыкантом:) И с моим другом мы записали кассету своих песен. Которую я не рискну показать, конечно, никому и никогда:) Такое типично подростковое наивное искусство катастрофического качества. И, будучи молодыми и наглыми, мы в ту стародавнюю эпоху где-то нашли домашний телефон (!) Мамонова и напросились к нему в гости! И он позвал нас в свою студию, которая тогда была в подвале на «Студенческой». И мы пришли со своей записью.

Мамонов тогда был суперзвездой рока и андеграунда. «Муха», «Консервный нож», «Отдай мои вещи» - суперхиты моего личного хит-парада. Актером и мыслителем он станет гораздо позже.

И вот это невероятно крутой человек потратил на нас несколько часов своего времени, слушая эти смешные наигрыши, разговаривая с нами, как со взрослыми, давая советы. Чаем напоил.

Евгений Пузыревский:

Очень много лет назад я предложил Петру Мамонову сняться в своём фильме.
Вместо того, чтобы сразу меня (совсем зелёного) послать на три буквы, он не только прочитал сценарий, но и написал почему он не может (сценарий действительно был очень мрачный). Это единственный известный актёр кто ответил мне в такой форме, вместо стандартных "я занят на много лет вперёд", или "вот мой агент, как договоритесь об оплате, так я прочту сценарий".
Так же с ним было интересно общаться про старое кино (новое он не признавал) и обсуждать просмотренное (хотя тут разговор был обычно в форме монолога - его монолога).
Ещё был забавный момент, когда он сидел прямо на полу в магазине где я работал и выбирал DVD диски (того самого старого кино), мимо него прошли две молодые дамы максимально скривив свое лицо от отвращения. Когда они стали жаловаться, что в магазин пускают непонятно кого, я им назвал его имя. Дамы тут же побежали к нему клянчить фото и лепетать про то, какие они его фанаты.

Алексей Цветков:

С Петром Мамоновым я (тогда юный журналист) познакомился в 1990-м году. Делал с ним интервью по удивительному поводу -- Мамонов должен был сыграть в новом советском фильме педагога Макаренко, пробовался на эту роль и вживался в образ.
Беседуя, Петр Николаевич проявлял и излучал все оттенки хитрости, от кошачьего лукавства до провокации юродивого.
Больше мы никогда не общались (я ценю время тех, кто мне нравится). Но конечно я с удовольствием следил.
Для меня он навсегда остался человеком, который мог ещё до всяких перестроек выйти в подозрительной одежде в парк к гуляющим и с разбегу врезаться в бетонную стену (это не метафора). То есть конечно всё вообще метафора, но это если только вы хотите жить внутри Книги.
"Крым", "Консервный нож", "Голубь", "Ремонт", "Досуги" и так далее. При жизни Пётр Николаевич танцевал как труп, к которому подключили электричество. Механическое поведение органического дает комично-жуткий эффект по Бергсону. Франкенштейн предъявляет нам трудно выносимую тайну жизни как таковую.

Тимур Хайрулин:

Помнится, что Липницкий в фильме «Темный Му» рассказывал про молодого Мамонова, что тот был бедовым парнем. Рос на Большом Каретном, среди уличной шпаны. Участвовал в кровопролитных боях за территорию и однажды догнал увильнувшего в трамвай злостного противника, не заметив, что ему (то есть Мамонову) засадили шило под ребро. Противник был повержен, а истощенного Петра забрали на скорой. А еще московская голытьба любила как Мамонов танцует. Блатная публика собиралась под окнами, принималась свистеть, пока Петя не появлялся на балконе под Чака Берри и не начинал плясать умопомрачительный твист.
Мамонов наплясал нам столько, что этого вполне хватило бы для коллективного иммунитета против беспонтового состояния бытия, скудного оцепенения, заставляющего проехать остановку. Траектория его судьбы показывает, что уж он-то доехал до пункта назначения. Через лихорадочную пантомиму к неслыханно-простому дзену. И пускай это был остров, а местами и шапито-шоу (у блаженных – соответствующие декорации). Зато теперь такси-блюз несет его по Млечному пути на центровой танцпол. Там тоже хотят увидеть его твист. Послушать про буги-вуги.

Юрий Сапрыкин:

Денди с Петровки, надменный, тонкий и резкий, как выкидной нож, долгие годы успешно притворявшийся то ли старцем, то ли юродивым. Русская народная галлюцинация, которая мерещится и чудится. И олицетворяет.
Поразительно, что это с нами было.

Александр Баунов:

В начале века когда я вернулся в Москву здесь скоро оказался мой афинский друг и совместительству лондонский аристократ, который тут же спросил про этот ваш знаменитый русский театр. И я почему-то отвел его «Шоколадного Пушкина» Петра Мамонова. Потом, конечно, показал и другое, но это первое решение до сих пор кажется правильным. Это был человек-театр, человек-весь-русский театр в одном лице, не спрашивайте как, и еще одновременно русское искусство от иконы до авангарда. Так называлась отечественная выставка, которую когда-то возили по миру. Вот это тоже он. Несомненная икона, деревянная, потемневшая, деревенская, и несомненный авангард — ломанный, беспокойный, плакатный, прорезанный полосами света и вспышками звука. Таким увидел его впервые на ярославском хоккейном стадионе в конце 80-х. А последний — последним жарким безопасным летом 2019 года на фестивале на «Хлебозаводе». Надо было чаще. Всех любимых надо видеть чаще.

Антон Долин:

Пётр Мамонов был гением в трудноопределимой области - не в музыке, не в кино, не в шоубизе, тем паче не в субкультуре под названием «русский рок». Гениальным было все в совокупности, а не отдельные элементы, проигрывавшие сногсшибательному целому. Гениальной была сама его природа, уникальная и неисправимая.
Не человек - комета какая-то. Махнула хвостом и улетела.

Дмитрий Петровский:

Мамонов не был никаким рокером. Среди 20-летних цоев и кинчевых он был взрослым, лысым дядькой с непохожим вообще ни на что художественным видением.

Из вещного мира, всех этих ремонтов, бойлеров, лифтов и оконных стекол (названия песен) ему сквозило их инфернальными сущностями, и сквозило сильно — оттого пил, оттого искал Бога.

Он мог записывать шумовые психоделические треки, мог корчить невозможные рожи на сцене, мог играть царей и отшельников. Это все было об одном, все — об отрыве от «Простых вещей» (название первого альбома) к цельному абсолюту.

Андрей Новиков-Ланской:

Мы не были знакомы, и я лишь один раз видел его на сцене театра. То, что он делал, никогда не было близко, но сейчас я думаю, что это был очень русский тип. Ведь главное в русских - внутренняя противоречивость и близость к краю. Язычник во Христе, святой во грехе, кликуша в обете молчания. Поэтому такой Остров, поэтому такой Грозный.

Сергей Мардан:

Был он тихой свечой на ветру. Светил как мог, как умел. Говорил своими словами. О жизни, о Вечности, о грехах и искуплении.
Мамонов был кричащим примером, что не всё пропало пока ты жив. Что еще есть время даже для самого последнего грешника.
Был он этакой ходячей Литургией посреди совершенно потерянных и пропащих современных людей. Петр Николаевич не отчаивался. Потому что, знал, что и сам он был таким же пропащим как и они. И говорил, говорил…
И слов ты этой Литургии мог совершенно не знать, а смысл все равно был понятен.
Спасайся пока жив.

Платон Беседин:

Не люблю это слово «гений». Но Петр Николаевич был именно что гений. Юродивый гений, если угодно. Абсолютно самобытный человек.
А ещё он был великим русским Поэтом. Именно так – с большой буквы. Всё остальное – в том числе, и его великие роли в кино, или великие песни, подобные песне о голубе – проявления этой высшей ипостаси. Поэта.
Не было званий. Но его любил и всегда будет любить, помнить народ. А значит Мамонов вечен. И тем горче боль утраты сейчас. Мамонов ведь свой, родной.
Он говорил, что человек – это луч. Мамонов переродился при жизни и стал лучом. Не только для себя, но и для сотен тысяч других.

Гордей Петрик:

Мамонов для меня олицетворял все то, что не является человеком без свойств и не входит в логику постмодерна — метафизические иерархии, историю и традицию, если угодно, непогрешимость вечного.
И нелюдим он был, потому что у него хватало на это воли и смелости — не идти со скотской, мелкой эпохой на компромиссы. Поэтому, должно быть, сейчас нужно за него радоваться: здесь ему однозначно было неуютно, а смерти нет.

Вячеслав Попов:

Послушал пару недавних интервью с Мамоновым. В основном все та же невыносимая православно-патриархальная хрень, которую он нес последние годы, то поднимаясь до истинно поэтического красноречия, то опускаясь до пошлейшего мракобесия. Но серый голубь наш действительно умел летать - и заносясь, и падая.

Елена Денисова:

Необыкновенно жалко Петра Николаевича. Один из немногих честных и порядочных людей, кто прямо сказал, что не прививался и не планировал. Потому всё и закончилось так страшно — очень тяжелым коронавирусом, который именно по такой схеме, описанной врачами из Коммунарки, и «разбирает людей на запчасти».

Ксения Ларина:

Я последнего Мамонова совсем не знаю, не чувствую, не вижу.
Мой Мамонов - это сумасшедший оттиск времени. Это мой персональный Хармс. Это лучшая его роль в лучшем фильме Лунгина - «Такси Блюз».
Это театральный Мамонов - для которого сцена и рампа - среда обитания, вода, воздух. В театре Станиславского в своих спектаклях- монологах он был невероятен.
Не любила его в «Острове» и в «Царе». Там он притянутый за уши, искусственный, подчиненный воображению режиссёра.
Мамонов - человек свободы. И в свободе он сам себя раскрывал и сам себя закапывал.
Убеждений, мне кажется , там не было. Был стихийный талант. Был, да.
Думаю ( это мое мнение, вполне ошибочно) - талант Мамонова был гораздо мощнее того, что он использовал. А может, мощнее того, что сам Пётр осознавал.
Мне жаль, что он останется в памяти молодого поколения героем интервью Собчак: беззубым фриком, городским сусмасшедшим, с путаным сознанием и путаными суждениями, такой старичок-мудачок.
Дети, Мамонов это лучшее и главное выражение инакомыслия. Он был инаковым. Героически инаковым гражданином, художником и поэтом. Это был человек будущего.
И вот будущее наступило и убило этого человека, сломало его и скрутило.
Пётр Николаевич, мы твои дети.

Комментарии премодерируются, их появление на сайте может занять некоторое время.

Сказано на Эхе

XS
SM
MD
LG