Ссылки для упрощенного доступа

Некоторые равнее


Когда республиканская фракция нижней палаты Конгресса отказалась утвердить федеральный бюджет, предусматривающий финансирование реформы здравоохранения, федеральные ведомства лишились средств на текущие расходы. Наступил так называемый shutdown – временное прекращение работы правительственных учреждений, не имеющих жизненно важного значения. Персонал этих учреждений, полностью или частично, отправился в принудительный неоплачиваемый отпуск вплоть до окончания бюджетного кризиса.

В интернете тогда появилась петиция, которую многие мои друзья подписали, а я не стал. Петиция, обращенная к законодателям, требовала от них, чтобы они перестали платить самим себе зарплату точно так же, как они перестали ее платить "сотням тысяч федеральных служащих со средними доходами". Некоторые республиканцы, в том числе лидер фракции Джон Бенер, именно так и поступили. Но это был скорее театральный жест, нежели принципиальная позиция: среди членов Конгресса бедных людей нет, без зарплаты любой из них проживет припеваючи.

Как сотрудник бюджетной организации, какой является Радио Свобода, я заинтересован в скорейшем разрешении кризиса. Но мне не нужны театральные жесты. Я хочу от президента и Конгресса реальной работы, а не риторики.

Симпатизирующая президенту пресса изображала последствия шатдауна апокалиптическими красками. На самом деле мир не рухнул. Приостановка работы правительства имела место и прежде всякий раз, когда президент и Конгресс не могли договориться. Таков закон, принятый еще в 1884 году. У президента Форда был один шатдаун, у Картера – пять, у Рейгана – восемь. При Клинтоне это случалось дважды, и конец света ни разу не наступил.

В данном случае президент опоздал представить Конгрессу свой проект бюджета – у палат, одна из которых, верхняя, проголосовала за, а другая против, просто не осталось времени для согласительных процедур. Конгресс, которому принадлежат, согласно Конституции, исключительные бюджетные полномочия, исполнил закон. Наступил новый финансовый год, а бюджет не принят. В такой ситуации правительство обязано начать сворачивать свою деятельность.

Спустя некоторое время на том же веб-сайте, где была размещена петиция насчет зарплаты, появилась новая – с требованием к министру юстиции арестовать боссов Республиканской партии за "заговор с целью мятежа", а на самом деле просто за исполнение своих конституционных обязанностей.

Требование это настолько нелепо, что и возражать смешно. Республиканцы тоже избраны в Конгресс народом, причем каждый индивидуально, а не пролезли туда в составе каких-нибудь партийных списков. Вся суть разделения властей именно в том, чтобы они взаимодействовали и договаривались друг с другом. Система, при которой парламент лишь штампует решения президента, называется однопартийной или авторитарной.

Тем не менее вопрос о социальном равенстве остается. Когда мэр Нью-Йорка Майкл Блумберг поддержал на выборах 2012 года Барака Обаму, он указал и на его недостатки: в частности, сказал, что президент забывает, что Америка – "общество равных возможностей, но не равных результатов". Но, конечно, и стартовые возможности не у всех граждан равны. Именно стремлением обеспечить каждому гражданину равное право на медицинскую помощь и продиктована реформа здравоохранения Обамы.

Но вот какая интересная история получается. Как раз на этой неделе члены Конгресса должны были решить, кому из своих сотрудников оставить привилегированную федеральную медицинскую страховку, а кого перевести на общедоступную по версии Обамы – Обамакэр. Все прекрасно понимают, что условия общедоступной гораздо хуже. В итоге вожди демократов поступили противоположным образом: лидер сенатской фракции Гарри Рид оставил привилегии всем своим сотрудникам без исключения, а лидер фракции демократов в нижней палате Нэнси Пелоси всех перевела на Обамакэр.

Но на этом испытания для демократов не кончились. Конгрессмен-республиканец Даррел Айсса внес в нижнюю палату законопроект, обеспечивающий доступ к федеральному страхованию всем гражданам США. А сенатор-республиканец Дэвид Виттер внес в Сенат поправку, обязывающую президента, вице-президента и политических назначенцев президента подписаться на Обамакэр.

Когда принимался закон о реформе здравоохранения, Белый дом обещал, что президент так и поступит. Однако теперь оттуда донеслось предупреждение, что президент наложит вето на поправку Виттера, если она будет принята. Получается Джордж Оруэлл: "Все животные равны, но некоторые равнее".

Владимир Абаринов – вашингтонский обозреватель РС

Высказанные в рубрике "Право автора" мнения могут не отражать точку зрения редакции РС.

Ваше мнение

Показать комментарии

XS
SM
MD
LG