Ссылки для упрощенного доступа

Культурная ошибка. Евгения Офицерова – о целителе из Перу


В конце февраля в Московском областном суде присяжные вынесли вердикт по делу народного целителя Даниэля Диас-Струкова. Его обвиняли в контрабанде и покушении на сбыт наркотиков в крупном размере. Диасу-Струкову грозило пожизненное заключение за неизвестное количество наркотических веществ, обнаруженное в отварах и целебных порошках. Присяжные частично оправдали подсудимого: по статье о контрабанде признали невиновным, а по статье о покушении на сбыт виновным, но заслуживающим снисхождения. Теперь суд может приговорить его максимум к десяти годам колонии.

Диас-Струков родился в Москве в 1974 году. Ребенком он ездил на каникулы в Перу, откуда родом его отец. У Даниэля три гражданства – России, Испании и Перу. Уже став взрослым, он увлёкся народной медициной, прошел обучение у шаманов и получил сертификат целителя в одной из клиник Лимы. В 2015 году вернулся в Москву, чтобы лечить пациентов массажем, медитацией и травами. Позже он назовет это решение "культурной ошибкой".

Помимо прочих снадобий Диас-Струков использовал "кровь дракона" – отвар из смолы деревьев, растущих в Южной Америке. Хотя этот препарат свободно продается в России как биологически активная добавка, Диас-Струков заказывал его напрямую из Перу через знакомых. Пятой по счету посылкой заинтересовались таможенники из аэропорта Шереметьево. Анализ показал, что в 10 из 11 пластиковых бутылочек с "кровью дракона" содержится DMT, психоделик, запрещенный к обороту в России. Отвар таможенники оставили себе, а для адресата посылок сделали муляжи. В начале марта 2017 года Диас-Струков пришёл за посылкой, его задержали и вскоре отправили в СИЗО.

Во время обысков в московской квартире Диаса-Струкова, помимо множества других растений, силовики нашли 2,7 килограмма перемолотых листьев коки и почти 8 килограммов порошка из кактуса Сан-Педро. Эти растения легальны в Перу, но в России признаны наркотиками и запрещены, потому что из коки можно изготовить кокаин, а из кактуса психоделик мескалин. К делу также приобщили несколько конфет, в которых содержится ничтожное количество кокаина; такие встречаются в туристических лавках Перу, в том числе в аэропорту. Диас-Струков утверждал, что мука из листьев коки и кактуса Сан-Педро были нужны ему для личного пользования, но следователи не поверили. Как не поверили и в то, что обвиняемый не знал о содержании DMT в "крови дракона".

Мне хотелось поделиться знаниями, которые я приобрел на родине отца, чтобы наконец помочь стране, которая меня родила

Адвокат Даниэля Андрей Смирнов и эксперт Института прав человека, юрист Фонда Андрея Рылькова (некоммерческая организация, выполняющая, по мнению Министерства юстиции РФ, функции иностранного агента) Арсений Левинсон считают, что психоделик мог попасть в отвар случайно. Дело в том, что "кровь дракона" по просьбе знакомого Диас-Струкова вручную варила живущая в джунглях перуанка Ольга Мори (суд не стал её допрашивать). Защита утверждает, что, скорее всего, она не очень тщательно вымыла посуду перед изготовлением снадобья, и на ней остались частицы DMT. О том, что изъятая "кровь дракона" может иметь растительное происхождение, говорит то, что из-за неправильного хранения в ней образовались грибы. Кроме того, адвокаты обращают внимание на то, что наркотик нашли не во всех бутылочках.

Несмотря на то что чистого кокаина и мескалина в перемолотых растениях ничтожно мало, оперативники посчитали массу всего порошка. Так небольшое количество наркотиков превратилось в особо крупный размер. Позже экспертиза доказала, что кокаина в порошке из коки всего 0,1–0,5%, а мескалина в кактусовой муке 0,1–0,3%. Другая экспертиза подтвердила, что вещество действительно имеет растительное происхождение. Эти данные помогли смягчить обвинение: суд признал, что у порошка был другой состав, а так как критерии определения размеров кокаина и мескалина отличаются от критериев коки и кактуса Сан-Педро, особо крупный размер стал просто крупным.

На заседаниях судья делал акцент на том, что культурные особенности Перу не имеют отношения к делу. "Это действительно можно признать культурной ошибкой, но не преступлением. Преступление предполагает, что человек осознает незаконность действий, но Даниэль был искренне убежден, что растения несут лишь благо. Чтобы понять его мотивы, надо исследовать, как эти вещества применяют коренные народы Южной Америки", – говорит Левинсон. В заключении научных сотрудников Института этнологии и антропологии РАН Сергея Арутюнова и Марии Тендряковой говорится, что в повседневной жизни Перу листья коки используют как жвачку, заваривают в виде чая, добавляют в продукты и легально продают в магазинах; кактус Сан-Педро используют в медицине для лечения зависимостей. При этом мескалин и кокаин в Перу, как и в России, запрещены. "Кактус Сан-Педро и кокаиновый куст и в традиционной культуре индейцев, и в современности почитаются как священные растения, и использование их и в повседневности, и в целительских ритуалах является частью национальной культуры народов Перу, и это нельзя квалифицировать как наркоманию", – пишут антропологи. Судья не стал приобщать к делу этот документ и исследовать его в присутствии присяжных заседателей.

Левинсон согласен: в действиях Даниэля не было существенной общественной опасности. Он подчеркивает, что в деле нет потерпевших. Прокурор в свою очередь считает, что от действий Струкова якобы страдает здоровье российских граждан. Помимо этого гособвинитель назвал сеансы Даниэля "шабашами", а его пациентов "сектой". По мнению Левинсона, подсудимому могут назначить меньше десяти лет колонии, и даже есть надежда на лишение свободы условно. "Но для невиновного человека это все равно слишком сурово", – говорит он. Приговор может быть вынесен уже в марте.

"Мне хотелось поделиться знаниями, которые я приобрел на родине отца, чтобы наконец помочь стране, которая меня родила <...>. Если вы считаете, что я должен быть наказан, то я [хочу сказать, что] уже три года провел в заключении, в изоляции от родных и общества, осознал свои ошибки и готов начать новую жизнь", – сказал Диас-Струков, обращаясь к присяжным с последним словом.

На следующий день после этого заседания обвиняемого отправили в карцер на 15 суток за хранение мобильного телефона, который, по словам его родственницы Лидии, был общим для всех сокамерников. Защита считает, что это решение может быть попыткой дестабилизировать Диас-Струкова и лишить его в будущем возможности для условно-досрочного освобождения.

Евгения Офицерова – московская журналистка

Высказанные в рубрике "Блоги" мнения могут не отражать точку зрения редакции

Комментарии премодерируются, их появление на сайте может занять некоторое время.

XS
SM
MD
LG