Ссылки для упрощенного доступа

Карьерный путь хирурга Паоло Маккиарини подобен траектории баллистический ракеты: слава итальянца взмыла до космических высот, а затем его ждал стремительный полет вниз. Приземлился Маккиарини не где-нибудь, а в Казанском федеральном университете.

Еще несколько лет назад Паоло Маккиарини был одним из самых знаменитых врачей мира: его смелый метод пересадки искусственной трахеи со стволовыми клетками обещал, казалось, медицинскую революцию – возможность создавать любые искусственные органы для человека, словно запасные части для автомобиля. Но это было слишком хорошо, чтобы оказаться правдой: большая часть прооперированных итальянским хирургом пациентов умерли мучительной смертью, остальные остались в живых скорее не благодаря, а вопреки операции. Репутация Маккиарини разрушена, в Швеции его обвиняют в непредумышленном убийстве, а в России человека, похоже, обладающего не только врачебным талантом, но и талантом авантюриста, до сих пор готовы назначать на завидные посты.

Радио Свобода подробно рассказывает о феноменальной истории Паоло Маккиарини.

Личный врач папы римского

В 2012 году авторитетный медицинский журнал The Lancet опубликовал лестный портрет Паоло Маккиарини под названием "Пересекая границы”. Автор заметки явно остался под большим впечатлением от встречи с итальянским хирургом: высказывания Маккиарини (не такие уж, на самом деле, яркие вроде "Я всего лишь хирург. Я люблю действовать”) он сравнивает с "разговорными жемчужинами”, и даже голос собеседника показался ему "во всех отношениях похожим” на голос известного актера Хавьера Бардема.

За несколько месяцев до этого, в июне 2011 года, Маккиарини провел первую в историю трансплантацию искусственной трахеи – пациентом стал 36-летний эритреец Андемариам Бейене, студент исландского университета, страдавший раком трахеи на поздней стадии. "Пациент чувствует себя лучше, чем великолепно”, – заявил Маккиарини журналисту The Lancet через 9 месяцев после операции.

Сделанная Бейене операция привлекла огромное внимание – и в профессиональном сообществе и в СМИ. Казалось, Маккиарини произвел в регенеративной медицине – и в медицине вообще – революцию. Пластиковый каркас трахеи был создан в Университетском колледже Лондона на основе сканированных изображений трахеи самого Бейене. Маккиарини высадил на полимерную трубку стволовые клетки, взятые из костного мозга пациента: предполагалось, что со временем искусственный каркас покроется новыми тканями, и, в сущности, превратится в орган, точь-в-точь похожий на настоящий. Поскольку в протезе не использовались никакие донорские клетки, это решило бы одну из главных проблем трансплантации – иммунный ответ на инородную ткань. "Пересадка такого "биоискусственного” органа стала первой в своем роде в сфере регенеративной медицины, области, которая уже несколько десятилетий обещает, что скоро мы научимся создавать в лабораториях готовые органы для пересадки: печени, почки и даже новые сердца”, – писал журналист газеты The New York Times, рассказывая о достижении итальянца.

Идет операция на Бейене
Идет операция на Бейене

В случае успеха метода Маккиарини перед человечеством открылась бы необыкновенная перспектива: из специального пластика можно создать (а в перспективе – просто напечатать на 3D-принтере) каркас любого органа, причем ровно по мерке пациента, подсадить на него стволовые клетки и получить идеальный протез, которые не будет отторгнут организмом. На момент выхода статьи в NYT, после операции над Бейене прошло 15 месяцев, он вернулся в Исландию, где его ждали жена и двое детей, чувствовал себя лучше день ото дня и даже начал совершать короткие пробежки. Пациенту требовались регулярные поездки в Стокгольм для наблюдения, но он надеялся, что скоро сможет вернуться в Эритрею, чтобы работать по полученной в Исландии специальности – в области геотермальной энергетики. "Все прекрасно, – уверял Бейене журналистов, – моя жизнь стала намного лучше”.

Маккиарини мог позволить себе самые смелые мечты: например, что со временем можно будет отказаться и от стволовых клеток, и от пластикового каркаса. Когда-нибудь, рассуждал он, будут созданы лекарства, с помощью которых организм сможет самостоятельно латать органы. В интервью The Lancet итальянский хирург процитировал поэта Т.С. Элиота: "Только те, кто рискуют зайти слишком далеко, способны выяснить, как далеко они могут зайти”.

Популярность всего, что связано со стволовыми клетками, которые в массовом представлении начинали казаться едва ли не панацеей, кажущийся успех трансплантации Бейене, медицинские перспективы, которые он открывал, – все это запустило популярность Маккиарини на невиданные высоты. Не так уж удивительно, что обозреватель The Lancet ловил каждое слово своего героя, сравнивая даже самые банальные высказывания хирурга с жемчужинами. Помимо всего прочего, все, кто сталкивался с Паоло Маккиарини лично, отмечают его почти магическое обаяние и умение влюбить в себя.

В сентябре 2012 года статья о Маккиарини в New York Times попалась на глаза ведущей телеканала NBC Мередит Виейре. История захватила журналистку, и уже через несколько месяцев она записывала первое интервью с хирургом – для будущего двухчасового телевизионного байопика "Прыжок веры”. Продюсер фильма, Бенита Александер, проводила с Маккиарини много времени, ее муж умирал от глиобластомы – одной из редких форм рака мозга, и в беседах с врачом она находила утешение. Между хирургом и продюсером завязались романтические отношения, в июне 2013 года пара отправилась в романтическое путешествие в Венецию. На рождество Маккиарини сделал Александер предложение. Итальянец не смог остаться с невестой до Нового года: он объяснил, что должен срочно сделать операцию некоему высокопоставленному лицу.

Как Александер позже рассказала журналу Vanity Fair, Маккиарини заявил ей, что входит в "строго засекреченную международную группу врачей”, услугами которой пользуются VIP-персоны со всего мира. Якобы он делал операции Биллу и Хиллари Клинтон, японскому императору и Бараку Обаме. По словам Александер, Маккиарини также утверждал, что является личным врачом папы римского Франциска. В октябре 2014 года жених заявил Александер, что в ходе четырехчасовой встречи в Ватикане папа римский дал согласие на брак Маккиарини и Александер, которые оба были в разводе, более того, предложил лично провести церемонию.

Свадьба должна была пройти в Риме летом 2015 года, причем в присутствии Владимира Путина, Барака Обамы, Кофи Анана и Николя Саркози. Радио Свобода получило от человека, в распоряжении которого находится копия гостевого списка свадьбы, независимое подтверждение, что на церемонию действительно были приглашены названные персоны, а также, как ни сложно это себе представить, родственники некоторых умерших пациентов Маккиарини.

Подготовка к торжеству шла полным ходом: свадебным платьем Бениты Александер занимался известный дизайнер Мэттью Кристоферсон, шикарные приглашения знаменитостям и политикам – от Путина и Обамы до Рассела Кроу и Элтона Джона – были подготовлены и разосланы. 13 мая 2015 года Александер в связи с предстоящим переездом в Европу уволилась с телеканала. На следующий день она получила письмо от знакомого, во вложении было официальное расписание планируемых поездок папы Франциска. Из него следовало, что в день свадьбы Александер и Макккиарини папа римский будет в Южной Америке. Мечта Александер стала рушиться как карточный домик. Глава пресс-службы Ватикана заявил, что папа римский не знаком ни с кем по фамилии Маккиарини. Частный детектив, нанятый Александер, выяснил, что почти все рассказы хирурга о предстоящей свадьбе не соответствовали действительности. Наконец обнаруженные детективом в Италии документы указывали, что Паоло Маккиарини уже тридцать лет женат на Эмануэле Пеккиа и никогда с ней не разводился.

К этому моменту профессиональная репутация Паоло Маккиарини давно и по многим причинам покрылась трещинами, его образ как человека, совершившего революцию в медицине, заметно потускнел. Андемариам Бейене, первый пациент, которому была пересажена пластиковая трахея по методу Маккиарини, умер в 2013 году. В документальном фильме шведского телевидения "Документы изнутри: эксперименты”, посвященном Маккиарини, рассказывается, что студент страдал от все усиливающегося кровавого кашля, несколько раз пытался добиться от Маккиарини замены искусственного органа, причем хирург неохотно соглашался даже на встречи. Бейене скончался в госпитале на аппарате искусственного дыхания, вскрытие показало, что пластиковая трубка в его горле, так никогда и не замененная, почти полностью оторвалась от окружающих тканей.

Путь наверх

В интервью The Lancet 2012 года Паоло Маккиарини признавался, что его карьера сначала складывалась непросто. Маккиарини вырос в немецкой части Швейцарии, в семье итальянских иммигрантов, но высшее образование отправился получать на родину предков, в университет Пизы. И в Базеле и в Пизе он чувствовал себя неуютно, в Швейцарии – как единственный итальянец среди одноклассников, в Италии – как человек, плохо владеющий итальянским языком и не привыкший к местным реалиям. "Итальянская система, – рассказывал Маккиарини The Lancet, – отдает предпочтение людям, имеющим связи в политике, чьим-нибудь родственникам, несмотря на их заслуги. Я знал, что в других странах такого нет. И поэтому я уехал”. С конца 1980-х по середину 2000-х Маккиарини успел пройти стажировку в США, получить степень PhD в Париже, поработать в немецком Ганновере. Подробности трудовой биографии Маккиарини, а именно вопрос о соответствии позиций в разных клиниках и университетах, которые он указывал в своем CV разных редакций, реальному положению дел, в дальнейшем неоднократно ставились под сомнение.

В 2005 году итальянец оказался в Барселоне. Здесь, в Барселонском университетском госпитале Маккиарини сделал первую трансплантацию трахеи – не искусственной, а донорской. В 2008 году пациентке по имени Клаудиа Кастилло была пересажена очищенная донорская трахея, на которую была высажена культура стволовых клеток самой пациентки. Операция – первая такого рода в истории – была представлена как немедленный и безусловный успех, и итальянский хирург превратился в крайне лакомый кусочек для лучших клиник и медицинских университетов Европы.

В автобиографическом документе, который Паоло Маккиарини предоставил Радио Свобода без права прямого цитирования, он рассказывает, что в 2009 году имел предложения о работе из Флоренции, Лондона и Каролинского института в Стокгольме. Хирург выбрал Италию: как утверждает Маккиарини, его переезд во Флоренцию лоббировал министр здравоохранения (а в скором будущем – губернатор) итальянской провинции Тосканы Энрико Росси. Во Флоренции Маккиарини совмещал исследовательскую работу во Флорентийском университете с клинической в госпитале Карреджи, здесь он создал лабораторию, в которой его команда оттачивала очищение донорских трахей от всех клеток (так называемую "дециллялиризацию”) – так, чтобы оставался только голый коллагеновый каркас органа, который при пересадке не может вызвать иммунный ответ.

Работа Маккиарини во Флоренции закончилась скандалом: в сентябре 2012 года, практически в те же дни, когда статьей о нем в New York Times заинтересовалась ведущая американского канала NBC Мередит Виейра, он был арестован по подозрению в мошенничестве. Врача обвинили в попытках оказания давления на тяжелобольных пациентов, которым он, по мнению обвинения, предлагал провести операцию не в госпитале Карреджи, а в других медицинских учреждениях за пределами Италии, где хирург мог рассчитывать на более выгодные для себя финансовые условия.

В своей автобиографической записке Маккиарини рассказывает, что был задержан прямо в больнице, несколько дней провел под домашним арестом, после чего адвокаты рекомендовали ему подать в отставку со всех позиций в госпитале Карреджи. Маккиарини объясняет свой арест тем, что оказался в центре "политического напряжения”, вызванного фигурой Энрико России и его лоббистскими усилиями по приглашению популярного хирурга во Флоренцию. Стоит, впрочем, отметить, что эти усилия политик предпринимал на фоне неоднозначного curriculum vitae его селебрити-протеже, что не могло не вызвать недовольства академического сообщества во Флоренции.

Впрочем, к этому моменту Маккиарини параллельно уже занимал позицию в Каролинском институте в Стокгольме.

К этой части остается добавить, что трансплантация, проведенная хирургом в Барселоне в 2008 году Клаудии Кастилло, не оказалась таким однозначным успехом, как представлялось в первое время. В 2013 году, спустя пять лет после операции, Маккиарини и его коллеги рапортовали о долгосрочном эффекте пересадки, но в оценке дальнейшего состояния Кастилло есть разночтения. В 2014 году барселонские врачи, наблюдавшие Кастилло, сообщили, что в действительности пациентке был трасплантирован только участок трахеи (а не весь орган, как утверждал Маккиарини) и для его поддержания в открытом состоянии требовалось постоянное стентирование – введение в трахею специальных биоразлагаемых трубок. Роста эпителия врачи не обнаружили, а пациентке предстояло обязательное удаление левого легкого.

Черный ящик

Трахея – орган, соединяющий гортань и бронхи, в сущности, это просто жесткая трубка, по которой воздух поступает в легкие. Если трахея тяжело травмирована или ее функция нарушена в ходе болезни, например рака, у врачей остается не так уж много способов помочь пациенту. Обычно в таких случаях выполняется стентирование – размещение в полости трахеи специальной трубки. Иногда единственный вариант – обеспечить доступ к воздуху через небольшую трубку, которая вживляется прямо в горло.

До Маккиарини пересадка трахеи казалась делом практически невероятным: хотя это и не самый сложный из человеческих органов, он пронизан густой сетью тонких кровеносных сосудов, которые при трансплантации пришлось бы сшивать с сосудами реципиента буквально по одному. Кроме того, осложнения, связанные с иммунным ответом организма на чужеродные ткани, делали такую операцию малоэффективной.

Метод Маккиарини как будто бы решает эти проблемы. У него есть два варианта – пересадка сделанной из особого полимера искусственной трубки, или пересадка специально подготовленного каркаса, которые получается с помощью очистки донорского органа от всех клеток. Маккиарини и его коллеги предполагали, что если высадить на такие каркасы стволовые клетки пациента, взятые из костного мозга, и клетки эпителия, взятые, например, из слизистой оболочки носа, то со временем новые ткани – наружные хрящевые и внутренние, состоящие из эпителия, вырастут на каркасе сами собой, а вместе с ними восстановится и система кровоснабжения. Поскольку имплант изначально содержит только собственные клетки пациента, проблема биосовместимости автоматически снимается.

Синтетический каркас в биореакторе
Синтетический каркас в биореакторе

Итак, по методу Маккиарини, на каркас (биологический или полимерный) высаживаются стволовые клетки (в некоторых случаях еще и клетки эпителия), все это на несколько дней помещается в так называемый биореактор, чтобы клеточная культура немного развилась, а затем имплантируется пациенту. Звучит на удивление просто, почти как магия? Многие специалисты придерживаются того же мнения.

Бенгдт Гердин, бывший профессор хирургии университета Уппсалы (сейчас он на пенсии; о связи Гердина с делом Маккиарини будет подробно рассказано дальше), рассказал Радио Свобода, что подход Маккиарини кажется изначально сомнительным сразу по нескольким причинам.

Во-первых, чтобы каркас превратился в полноценную трахею, на нем должны вырасти новые ткани, в частности, хрящи снаружи и эпителий внутри. А для этого, им должно быть комфортно на предложенной "подложке”. Если рост новых тканей на биологическом каркасе теоретически возможен и экспериментально достигался другими исследователями (например, бельгийцем Пьером Делаэре, правда, не в трахее), то искусственная поверхность, состоящая из однородных молекул полимера, слишком непривычная, слишком неестественная подложка для живых клеток. "Имплантат, изготовленный из донорского органа, состоит из молекул многих типов, это оптимальная структура, к которой могут прикрепиться клетки, это гарантирует природа. Никому еще не удалось достоверно доказать, что в этой роли может сработать синтетический каркас”, – объяснил Гердин.

Второй спорный момент – кровоснабжение. Вы не можете, например, посадить стволовую клетку на стол, и надеяться, что из нее что-то вырастет. Новые ткани не могут ни развиться, ни выжить без кровеносной системы, которая в протезе отсутствует как таковая. Маккиарини в своем комментарии для Радио Свобода рассказал, что во время операции имплант оборачивается так называемым большим сальником – богатой кровеносными сосудам складкой брюшины. "Это дает каркасу непрямой доступ к сосудистой ткани на первом этапе”, – утверждает Маккиарини. В дальнейшем, считает хирург, можно рассчитывать на ангиогенез – процесс постепенного образования новых сосудов в ткани (Маккиарини привел ссылку на научную работу 2015 года, авторы которой утверждают, что наблюдали ангиогенез в трансплантированных протезах у кроликов). А вот Бенгдт Гердин считает, что оборачивание протеза тканью сальника не имеет никакого смысла. "Эта обертка окажется слишком далеко от внутренней части каркаса трахеи, доступа кислорода туда не будет, и клеточный рост не будет поддержан”, – уверен Гердин.

Еще одно препятствие – инфекция. Инородное тело, тем более искусственное, может не нравиться собственным клеткам организма, зато идеально подходит бактериям для размножения. Именно поэтому искусственные трансплантаты в основном применяются там, где среда изначально стерильна – например, в кровеносных сосудах. "Наш огромный опыт говорит о том, что как только на трансплантате завелась инфекция, с ним уже ничего не сделаешь. А надеяться, что инфекция не возникнет на участке искусственного протеза, который ничем не защищен от вдыхаемых вместе с воздухом многочисленных микробов, просто наивно, – уверен Гердин. – Сложно всерьез предполагать, что новый эпителий станет расти в трахее прямо поверх бактерий”.

А что же волшебные стволовые клетки, которые привлекли к методу Маккиарини такое огромное внимание? Все специалисты, с которыми удалось пообщаться Радио Свобода, уверены, что они очень быстро погибнут и не ни в какую естественную для трахеи ткань превратиться не смогут. "Подсадка стволовых клеток на биологический или синтетический каркас никогда не приведет к регенерации тканей, если не обеспечено кровоснабжение”, – уверен Пьер Делаэре, профессор респираторной хирургии университета Лёвена, Бельгия.

"Единственное влияние, которое стволовые клетки могли теоретически оказать – как раз в процессе своей гибели (а в подавляющем большинстве случаев они гибнут), они выделяют некие биологически активные вещества, которые могут усилить рост эпителия. Только такое опосредованное влияние”, – заметил Роман Деев, директор по науке Института стволовых клеток человека.

Кстати, это косвенно подтвердил и сам Маккиарини, рассказывая в 2012 году газете New York Times о результатах операции над Бейене: "Я уверен, что клетки, которые мы помещаем в биореактор, погибают. Но, умирая, они выделяют вещества, которые дают организму сигнал прислать к этому месту еще стволовых клеток, таким образом способствуя процессу регенерации”. Сегодня высказывания Маккиарини о значении стволовых клеток для его метода все так же осторожны: "Многие изучали преимущества посева стволовых клеток на протезы в сравнении с использованием протезов без стволовых клеток. Оба метода могут работать, но я думаю, что имеющиеся свидетельства указывают, что посев стволовых клеток увеличивает шансы на успех”.

Когда Маккиарини много лет назад предлагал свою технологию, это был достаточно романтический период, казалось, что стволовые клетки в медицине вот-вот заработают

Подход Маккиарини с самого начала выглядел слишком смелым, слишком многое в нем не имело никакого теоретического обоснования и почти никакого экспериментального. Это был своего рода черный ящик, который должен был заработать магическим образом – или за счет пресловутых неисчерпаемых возможностей человеческого тела. "Когда Маккиарини много лет назад предлагал свою технологию, это был достаточно романтический период, казалось, что стволовые клетки в медицине вот-вот заработают, – говорит Роман Деев. – Кроме того, уже тогда было видно, что сам Маккиарини не очень понимает, о чем именно он говорит. Когда хирург берется рассуждать про молекулярную или про клеточную биологию, зачастую получается не очень хорошо. Сапоги должен шить сапожник, а пироги печь пирожник, когда они меняются местами, получается то, что получается, что и получилось в итоге. Мое личное мнение – теоретический базис метода Маккиарини недостаточен. Как базовая концепция это безусловно интересно, но ее проверка, ее обработка недостаточны”.

Бенгдт Гердин говорит, что подход такого типа вполне может когда-нибудь в будущем заработать – для этого придется справиться с рядом сложностей, разобраться с проблемами, одна за другой. "Дальнейшее продвижение возможно, но в науке нельзя двигаться вперед гигантскими прыжками, нужно идти шажок за шажком. Маккиарини нарушил этот исследовательский принцип, он положился на волю случая. Можно ли это назвать смелостью? Пожалуй, эта та форма смелости, которая граничит с безответственностью”.

Но тогда, пять-шесть лет назад, когда Маккиарини был в зените славы, он привлек многих именно этим – готовностью совершить огромный скачок туда, где никто до него не бывал. Недаром заметка о нем в журнале The Lancet называлась "Пересекая границы”, а фильм – "Прыжок веры”.

А что думает о своем подходе сам Маккиарини, сегодня, в начале 2017 года? О биологических каркасах он говорит более уверенно: "Нет сомнений, что этот метод, правильно примененный, может стать удачным подходом к трансплантации трахеи в человеке, и я со своей командой сейчас работаю над его улучшением в применении к другим органам, таким как пищевод”. Слова хирурга о синтетических протезах звучат более осторожно – там есть "много своих проблем”, но тематикой занимаются научные группы по всему миру. "Думаю, со временем улучшенные протезы удастся использовать и для трансплантации трахеи. Почему бы и нет?”

Катастрофа в Швеции

Сегодня, когда бурный роман Паоло Маккиарини с Каролинским институтом – одним из наиболее авторитетных медицинских университетов мира – завершен, на официальном сайте института можно найти таймлайн, подробно рассказывающий о всех этапах этого романа, от периода ухаживаний до болезненного разрыва.

Начинается он осенью 2010 года, когда Паоло Маккиарини, успевший прославиться произведенной в Барселоне операцией над Клаудией Кастилло, все еще сохранявший свою позицию во Флоренции, был нанят одновременно на должность приглашенного профессора в Каролинский институт и на должность хирурга и консультанта в Каролинскую университетскую клинику. Меньше чем через год, в июне 2011-го, Маккиарини провел первую пересадку в Стокгольме – и первую с искусственным каркасом. Пациентом был исландский студент эритрейского происхождения Андемариам Бейене – как уже было сказано выше, он прожил после операции меньше трех лет. За следующие полтора года Маккиарини провел в Каролинском госпитале еще две операции, обе с использованием искусственного каркаса. Пациент по имени Кристофер Лайлз, тридцатилетний служащий Министерства обороны США, находился на неоперабельной стадии рака трахеи, вернувшись после операции на родину, он прожил еще только два месяца.

Паоло Маккиарини и Крис Лайлз
Паоло Маккиарини и Крис Лайлз

Наконец, турецкая студентка Ясим Четир, трахея которой была серьезно повреждена в результате врачебной ошибки в Стамбуле, перенесла трансплантацию в Каролинском госпитале в 2012 году и c тех пор практически не покидала больничные палаты (в настоящий момент Четир находится в Филадельфии в США). Новая трахея не работала, трансплантат заменили, но и второй протез не оказался лучше. Четир провела в больнице уже больше 1500 дней, ей было сделано более ста дополнительных операций для поддержания тканей вокруг каркаса. Медицинские расходы оплачивает турецкое государство, на начало 2015 года они составляли около 6 миллионов евро. По информации научного журналиста Леонида Шнайдера, внимательно следящего за историей Маккиарини и его пациентов, пластиковый каркас удален из горла Четир.

В 2013 году руководство Каролинского университетского госпиталя приняло решение прекратить операции по методу Маккиарини с использованием синтетических каркасов, в весной 2014 года вышла научная статья бельгийского специалиста Пьера Делаэре "Трахея: первый орган с искусственно нарощенными тканями?” – в ней была острая критика метода Маккиарини. Делаэре стал одним из самых непримиримых оппонентов итальянца, но Маккиарини считает, что Делаэре – всего лишь завистливый конкурент. Руководство института посчитало доводы Делаэре неубедительными, но прошло еще несколько месяцев – и против итальянца выступили его собственные коллеги, врачи Каролинского госпиталя.

Долгое время все – или почти все – были восхищены Маккиарини, можно сказать, его считали кем-то вроде нового Иисуса Христа

"Долгое время все – или почти все – были восхищены Маккиарини, можно сказать, его считали кем-то вроде нового Иисуса Христа”, – рассказывает Бенгдт Гердин. По словам Гердина, и до 2010 года в медицинских кругах не все были без ума от новой звезды хирургии, кто-то говорил, что Маккиарини слишком часто переезжает с места на место, ведет нетипичный для ученого образ жизни, ведь обычно ученый старается закрепиться в одном университете. Руководство Каролинского института знало о сомнениях, сопровождавших CV Маккиарини в Италии, но все же он был принят на работу, и в первое время никаких претензий к нему в Стокгольме не возникало.

"Все началось с того, что за Маккиарини стали замечать, что он ведет себя безответственно по отношению к пациентам, – утверждает Гердин. – А для врача не должно быть человека роднее пациента, и когда врачи замечают, что их коллега не очень внимательно относится к тем, кого лечит, к их жалобам, – это очень тревожный сигнал. Потом люди стали замечать, что послеоперационное состояние пациентов вовсе не так хорошо, как они ожидали и как предполагал Маккиарини.

Летом 2014 года четверо коллег Маккиарини по клинике подали руководству две жалобы – по их мнению, результаты трансплантаций, описанные итальянским хирургом в нескольких научных работах, представлены необъективно, не соответствуют действительному послеоперационному состоянию пациентов и неадекватно описывают работоспособность имплантов. Стоит отметить, что трое из четырех врачей, подавших жалобы тесно работали вместе с Маккиарини и были соавторами некоторых из его статей.

Наибольшей критике подверглась статья, опубликованная в 2011 году в журнале The Lancet – описание якобы вполне успешной трансплантации проведенной на Андемариам Бейене. "Врачи обнаружили, что то, что в ней написано, совсем не соответствуют реальному состоянию пациента, которого они же и наблюдали, в том числе во время частых отъездов Маккиарини”, – уверяет Бенгдт Гердин.

Между прочим, Маккиарини в комментарии Радио Свобода рассказывает, что изначально не планировал использовать для Бейене синтетический каркас, но лаборатория, в которой была освоена техника децеллюляризации донорских органов, в тот момент все еще оставалась в Италии. Перевезти пациента во Флоренцию или изготовить качественный биологический каркас в Швеции не представлялось возможным, и Маккиарини решил использовать пластиковый протез. Хирург признает, что технология не была ранее испытана даже на животных, однако "мы стояли перед выбором – смерть пациента вследствие агрессивного рака трахеи либо экспериментальная техника. Это был очень непростой и личный выбор”.

Маккиарини в Каролинском институте
Маккиарини в Каролинском институте

Впрочем, речь в жалобах шла не только о клинической деятельности Маккиарини, но и о его исследовательской работе (все податели жалоб работали в Каролинском институте), сомнения вызвала статья, опубликованная в авторитетном журнале Nature Communications в том же 2014 году, в ней описывались текущие опыты группы Маккиарини по трансплантации донорских каркасов пищеводов с посевом стволовых клеток на крысах.

В ноябре 2014 года руководство Каролинского института назначило находящегося на пенсии бывшего профессора хирургии университета Уппсалы Бенгдта Гердина для проведения независимой проверки представленных в жалобах фактов.

"Не знаю, почему выбрали именно меня, но могу предположить, – говорит Гердин. – Во-первых, им нужен был человек, у которого есть свободное время. Я был на пенсии, оно у меня было. Во-вторых, нужен был человек, с которым не связано никаких неприятных слухов. Я был нормальным ученым, всегда старался быть честным и заработал неплохую репутацию. Наконец, им нужен был человек широкой квалификации, который понимал бы и в химии, и в клинических исследованиях, и в экспериментах на животных. У меня все это было. И конечно, они искали кого-то, кто не связан с Каролинским институтом”.

Гердин готовил свой доклад несколько месяцев – до мая 2014 года. Его вывод – значительная часть нарушений, описанных в жалобах коллег Маккиарини, подтверждается.

"Обычно мы исходим из того, что то, что записано в истории болезни пациента, отражает реальное положение дел, – объясняет Гердин свои выводы. – Туда ежедневно вносится объективное состояние больного и все, что с ним происходит, все анализы, которые у него берут. Я обнаружил, что в статьях написано не совсем то, что можно найти в историях болезней. Например, в статье говорится о росте эпителия, а в истории болезни даже нет записи, что был произведен соответствующий анализ. Пациент был в плохом состоянии, а в статье сказано, что он чувствует себя хорошо. Чтобы это обнаружить даже, не нужно быть специалистом, то есть клинический опыт, конечно, нужен, но вовсе не обязательно быть продвинутым торакальным хирургом”.

Гердин утверждает, что в ответе на его отчет, который Маккиарини подготовил в июне 2015 года, хирург на дал внятных объяснений ни по одной из конкретных претензий. В некоторых случаях он заявил что ответственность лежит не на нем, а на ком-то из его соавторов, проводивших анализы. В августе, через три месяца после публикации отчета, администрация Каролинского института вынесла вердикт: считать ответ хируга на отчет Бенгдта Гердина убедительным и снять все обвинения в адрес Паоло Маккиарини.

Гердин предполагает, что к этому решению руководство института могли подтолкнуть финансовые соображения и желание сохранить лицо. Скандал разгорелся как раз в тот момент, когда принималось решение о продлении государственного финансирования, в рамках которого Маккиарини работал в Стокгольме. Кроме того, по словам Гердина в это же время велись переговоры между Каролинским институтом и крупным китайским инвестором о запуске совместного проекта в Гонконге с общими вложениями порядка 50 миллионов долларов. Журналист Леонид Шнайдер обнаружил, что в это же время Паоло Маккиарини обещал руководству института, что некий американский филантроп готов вложить в новый исследовательский центр в Стокгольме 10 миллионов долларов. Разумно ли в такой момент ловить одну из главных звезд института на научном мошенничестве?

Люди боялись задавать ему неудобные вопросы

"Еще одно обстоятельство – особая харизма Маккиарини, благодаря которой вокруг него образовалось что-то вроде культа, – говорит Бенгдт Гердин. – Наверное, вам будет понятно сравнение с Григорием Распутиным. Люди боялись задавать ему неудобные вопросы. Один хирург рассказывал мне, что во время выступления Маккиарири на конференции в зале возникала атмосфера почти религиозного поклонения. Порой он вел себя как психопат, я не хочу сказать, что он в действительности психопат, но вел он себя иногда очень похоже. Даже после того, как Маккиарини окончательно разоблачили, осталось полно людей, которые уверены, что с ним поступили несправедливо, что он ни в чем не виноват”.

В ноябре 2015 года контракт с Паоло Маккиарини был продлен на год. Более того, несмотря на все разбирательства, шла речь о том, что ему будет предложена постоянная профессорская позиция в Каролинском институте – редкая удача в современном академическом мире. Но в начале 2016 года грянул гром. Практически одновременно в журнале Vanity Fair вышел большой текст о романе Маккиарини и Бениты Александер и их несостоявшейся свадьбе, а шведский национальный телеканал SVT показал трехсерийный документальный фильм под названием "Эксперименты”.

В своей автобиографической записке Маккиарини рассказывает, что сотрудничать со съемочной бригадой его попросило руководство, кроме того, "нам было нечего скрывать”, уверен хирург. Возможно, Маккиарини надеялся, что фильм окажется очередным хвалебным байопиком с щепоткой критики, как "Прыжок веры” американского канала NBC. Но шведские журналисты Боссе Линквист и Джоаннес Халлборм обнаружили и показали обратную, скандальную и неоднозначную сторону прославленного хирурга. Вот как они описывали ее в интервью порталу Rectaction Watch:

Маккиарини использовал попавших в сложную ситуацию людей для испытания своих синтетических трахей, фактически обманом, заявляя, что это их единственный шанс выжить

– Начнем с что, что Маккиарини использовал попавших в сложную ситуацию людей, для испытания своих синтетических трахей, фактически обманом, заявляя, что это их единственный шанс выжить, и все это без предварительных экспериментов на животных. Кроме того, он сознательно пренебрегал этическими нормами и писал в своих научных статьях неправду о результатах операций.

К этому моменту слухи о возможной профессиональной и личной недобросовестности Маккиарини уже давно циркулировали во врачебном и научном сообществе, но теперь все это выплеснулось в публичное пространство. Руководство Каролинского института, только что отринувшее результаты расследования Бенгдта Гердина и продлившее контракт с итальянцем, было вынуждено действовать, и дальше все развивалось необычайно быстро. 1 февраля 2016 года, через три дня после выхода последней серии "Экспериментов”, было официально подтверждено, что в резюме Паоло Маккиарини есть некоторые неточности. 4 февраля вице-канцлер (аналог проректора в шведской системе) Каролинского института Андерс Хамстен принял решение, что контракт с Маккиарини в дальнейшем продлен не будет. В тот же день внешний наблюдательный совет Каролинского института потребовал провести разбирательство всей деятельности итальянца в институте, начиная с изучения оснований для его найма. 7 февраля Урбан Лендаль, секретарь Нобелевского комитета в Каролинском институте, подал в отставку по причине "беспокойства за Нобелевскую премию”. Расследование научной недобросовестности в статьях Маккиарини было вновь открыто. 13 февраля в отставку ушел вице-канцлер Андерс Хамстед – главный сторонник и защитник Маккиарини в Каролинском институте. 22 февраля ушел в отставку декан, ответственный за исследовательскую работу, Ханс-Густаф Льюнггрен. 3 марта шведское правительство инициировало процесс по избранию новых членов совета Каролинского института. 23 марта дисциплинарный комитет освободил Паоло Маккиарини от обязанностей исследователя в Каролинским институте. 21 апреля шведское правительство назначило новый состав главного управляющего органа Каролинского института – совета.

22 июня 2016 года шведский прокурор объявил Паоло Маккиарини о том, что итальянский хирург подозревается в непредумышленном убийстве и причинении телесных повреждений.

Маккиарини вознесся на вершину славы во многом благодаря журналистам, которые хотели видеть в нем смелого новатора и революционера, журналисты же столкнули и его вниз. Покатившись по склону снежным комом, хирург увлек за собой почти все руководство знаменитого медицинского института и даже генерального секретаря Нобелевского комитета – человека, которому предстояло объявить победителей Нобелевской премии по физиологии и медицине.

Впрочем, сам Паоло Маккиарини утверждает, что стал жертвой личной неприязни одного из коллег и давления прессы, которое подтолкнуло администрацию Каролинского института к необъективным действиям. В автобиографическом документе, который Маккиарини представил Радио Свобода без права прямого цитирования, он утверждает, что в 2012 году отношения между научной группой Маккиарини и научной группой Карла-Хенрика Гриннемо, которые делили между собой общую лабораторию и общий бюджет, начали портиться. По словам Маккиарини, в конце 2013 года Гриннемо заимстовал данные из работы одного из аспирантов итальянского хирурга. Доклад совета по этике Каролинского института, который Маккиарини предоставил в распоряжение Радио Свобода, отчасти это подтверждает. Маккиарини утверждает, что Гриннемо, оказавшийся одним из четырех исследователей, подавших жалобы на итальянского хирурга в 214 году, таким образом отомстил своему коллеге. Документальный фильм "Эксперименты” Паоло Маккиарини называет необъективным, а последовавшие за его выходом события – политическими действиями, произведенными под медийным давлением.

А что же с обвинениями в подтасовке данных в научных публикациях? Маккиарини заявил Радио Свобода, что обвинения, связанные с данными, опубликованными в The Lancet, "носят серьезный характер”, но ответственность лежит на других (примерно такой же комментарий был дан им несколько лет назад на отчет Гердина), так как "патолог, выполнявший анализ биопсии и предоставивший его для рукописи статьи, поклялся, что, насколько ему известно, в рукописи все написано правильно. (...) У меня нет оснований сомневаться в искренности патолога и достоверности данных, и в контексте обвинений и фона, на котором они сделаны, весьма вероятно, что и эти обвинения окажутся беспочвенными”. Что касается сомнений с достоверностью данных статьи, вышедшей в Nature Communications, Маккиарини заявил, что "после внимательного изучения они были признаны ни на чем не основанными”. К этому утверждению нам еще придется вернуться в самом конце.

Россия запускает в космос

Вторая серия фильма "Эксперименты” рассказывает о стороне биографии Паоло Маккиарини, которой мы еще не касались: о его работе в России.

Впервые хирург приехал в Россию в феврале 2010 года. Об обстоятельствах этого визита рассказывал в записи в своем фейсбуке в декабре 2016 года основатель и президент фонда "Наука за продление жизни”, предприниматель Михаил Батин. В настоящее время запись скрыта, но ее копию успел сохранить журналист Леонид Шнайдер.

Согласно этой версии, Батин, увлеченный продвижением технологий продления жизни, услышал о Маккиарини в конце 2000-х годов. Через сотрудницу своего фонда Елену Кокурину (научный журналист, жена академика РАН Святослава Медведева, которая со временем стала правой рукой Маккиарини в России и написала о нем книгу "Мегагрант”) Батин пригласил итальянца провести мастер-класс в Российской академии медицинских наук. Выступая в Москве в феврале 2010 года, Маккиарини рассказывал о своей, как тогда считалось успешной операции над Клаудией Кастилло. Аудитория восприняла лектора с большим интересом (хотя были и вопросы – например, по кровоснабжению регенерируемых тканей), Батин загорелся идеей пригласить Маккиарини провести операцию в России и даже нашел для этого базовую больницу – Центр хирургии имени Петровского. Батин рассказал, что был найден и спонсор проекта – им должен был стать девелопер Сергей Полонский (в настоящий момент находится в следственном изоляторе по делу о мошенничестве). Полонский сначала согласился финансировать проект – речь шла всего о 16 тысячах евро, так как Маккиарини на словах пообещал Батину сделать операцию бесплатно. Была найдена пациентка, 26-летняя женщина из Казахстана Жадыра Игликова, трахея которой была серьезно травмирована в ходе автомобильной аварии за четыре года до этого.

Паоло Маккиарини на мастер-классе в Президуме Российской академии медицинских наук
Паоло Маккиарини на мастер-классе в Президуме Российской академии медицинских наук

По словам Батина, Полонский неожиданно отказался финансировать проект (незадолго до этого Юрий Лужков ушел с поста мэра Москвы, и это сказывалось на положении бизнесмена), более того, Паоло Маккиарини так же неожиданно заявил, что его услуги будут стоить 110 тысяч евро, а донорский каркас трахеи для Игликовой – еще 30 тысяч. Предприниматель продал свою долю в ресторане "Хундертвассер” и финансировал операцию (Батин подтвердил Радио Свобода, что заплатил в общей сложности 140 тысяч евро). Операция по трансплантации Жадыре Игликовой донорского каркаса со столовыми клетками прошла в декабре 2010 года, за полгода до стокгольмской операции Андемариама Бейене. Сразу же после нее состояние пациентки было хорошим, и об успехе рапортовали многочисленные российские СМИ, в том числе Первый канал, процитировавший слова Игликовой: "Могу работать идти, хочу работать дальше после получения образования".

В дальнейшем Жадыра Игликова вернулась в Казахстан. Сторонники Маккиарини говорили, что девушка выучила китайский язык и вышла замуж, но достоверно сведений о состоянии здоровья девушки долго не было. Только в середине 2016 года шведским журналистам удалось разыскать родителей Игликовой, которые рассказали, что дочь пользуется силиконовой трахеостомической трубкой, не дающей коллапсировать протезу, не способна говорить и не может стоять. После операции она покидала родительский дом только для посещения медицинских учреждений.

Это как человека в космос запустить

Но в начале 2011 года, как это не раз случалось в биографии Маккиарини, медиа и специалисты превозносили итальянского хирурга. С помощью Елены Кокуриной он подал документы на мегагрант в рамках публичного конкурса на крупное финансирование, которое правительство РФ впервые проводило с целью привлечения ведущих ученых в российские вузы. Маккиарини стал одним из 39 победителей, получив бюджет в размере 150 миллионов рублей на создание лаборатории регенеративной медицины на базе Кубанского государственного медицинского университета в Краснодаре, обладающего качественной клинической базой – Краевой клинической больницей номер 1. "Это было возбуждение, это примерно, как человека в космос запустить", – рассказывал заместитель директора краснодарской больницы Игорь Поляков об ожиданиях от работы с Паоло Маккиарини.

Маккиарини с российским хирургом Владимиром Порхановым
Маккиарини с российским хирургом Владимиром Порхановым

В Краснодаре Маккиарини провел четыре трансплантации, две из них – в июне 2012 года. Первой пациенткой стала Юлия Туулик, как и Игликова, жертва автомобильной аварии. В отличие от женщины из Казахстана, Туулик был пересажен искусственный каркас трахеи. Об успехе снова объявил Первый канал, но Туулик скончалась через два года, в сентябре 2014 года. До этого ей пришлось перенести еще одну трансплантацию. Шведским журналистам удалось разыскать мать Юлии Туулик, которая рассказала, что уже через неделю после пересадки Юлии было сложно дышать, она начала выкашливать куски собственной трахеи и, по словам матери, "гнила изнутри”.

В том же месяце в Краснодаре был прооперирован Александр Зозуля. Он умер в феврале 2014 года при неизвестных обстоятельствах, хотя газета "Московский Комсомолец" писала со ссылкой на главврача краевой больницы Игоря Полякова, что это произошло после падения с велосипеда. Еще одним пациентом Маккиарини в Краснодаре был иорданец Садик Канаан, операция проведена в августе 2013 года, по данным авторов фильма "Эксперименты”, мужчина тоже умер.

Последним пациентом Маккиарини, не только в России, но и в целом, стал уроженец крымской Керчи Дмитрий Оногда, который, как Игликова и Туулик, повредил трахею в автомобильной аварии. В июне 2014 года ему была трансплантирована синтетическая трахея. Любопытно, что на вопрос Радио Свобода о примерах документально зафиксированного роста нового эпителия у пациентов, Паоло Маккиарини заметил: "Стоит упомянуть моего последнего российского пациента. Он жив и находится в хорошем состоянии, а значит, в росте эпителия можно убедиться с помощью эндоскопии и других анализов”. Хирург также отметил, что команда шведского телевидения хотела включить Оногду в свой фильм, но не стала этого делать, так как "его состояние не подходило под историю, которую они рассказали”.

В действительности о состоянии Дмитрия Оногды было мало сведений, но Радио Свобода удалось разыскать его в социальных сетях. Дмитрий кратко ответил на вопросы корреспондента:

Операция прошла успешно, да через полгода протез удалили, он начал опять сужаться и мне стало трудно дышать

– Операция прошла успешно, да через полгода протез удалили, он начал опять сужаться и мне стало трудно дышать. Врачи пытались помочь, но ничего не вышло, сейчас у меня опять стоит трубка место трахеи. Сам Маккиарини меня не наблюдал, наблюдают мои врачи Поляков и Артур Валерьевич. Поначалу Маккиарини на меня произвел большое впечатление, но, когда не получилась операция, все надежды рухнули вниз. Нет, я не считаю что это было ошибкой, я надеялся что все получится, но не вышло.

Фактически установленный Маккиарини протез был удален из горла Дмитрия Оногды, и он вернулся в то же состояние, в котором находился до неудачной трансплантации. Сложно понять, почему Маккиарини считает случай Оногды примером удачного роста эпителия. Судя по социальным сетям, Оногда увлекается компьютерными играми и автомобилями и регулярно встречается с друзьями. Могла ли Юлия Туулик иметь такую же жизнь?

В 2013 году мегагрант Маккиарини был продлен еще на два года с дополнительным финансированием в размере 40 миллионов рублей.

Александр Фрадков, член совета по грантам Российской Федерации, в октябре 2016 года оставил комментарий на сайте Общества научных работников:

Почему личные качества Маккиарини должны отражаться на развитии наук на Кубани?

"Мы принимали участие в продлении этого мегагранта, который считался тогда одним из самых успешных. Ведущий ученый приезжал в МОН на заседание Совета и делал презентацию своей работы, которая произвела хорошее впечатление. Сейчас мегагрант закончен, еще в 2015 году. Но лаборатория регенеративной медицины работает. Надо ли ее закрывать? Думаю, что нет. Накопленный опыт, инфраструктуру и выросшую молодежь надо беречь. Ведь регенеративная медицина – перспективное направление, разве нет? Да и вообще, почему личные качества Маккиарини должны отражаться на развитии наук на Кубани? А вот проверить работу лаборатории в связи со вскрытыми фактами, конечно, нужно, но этим и без нас есть кому заняться”.

Проект по мегагранту был окончательно завершен в 2015 году, а в начале 2016 года Росздравнадзор начал проверку Краснодарской клинической больницы в связи со скандалом вокруг Маккиарини. Ее результаты пока обнародованы не были.

Шаг назад

В декабре 2016 года медицинская журналистка Алла Астахова обнаружила, что после оглушительного скандала в Швеции, еще в минувшем августе, Паоло Маккиарини вновь нашел работу в России, в Институте фундаментальной медицины и биологии Казанского федерального университета, где итальянец возглавил лабораторию "Биоинженерия и регенеративная медицина”. Эту информацию Радио Свобода подтвердили и в университете, и сам Паоло Маккиарини.

"У меня был грант Российского научного фонда, и я искал возможность вывести на новый уровень клеточные и молекулярные аспекты нашего проекта. Профессор Роман Деев рассказал мне о замечательной инфраструктуре и оборудовании Казанского университета”, – рассказал Маккиарини.

Отношения внутри научной группы сложились таким образом, что совместная работа не могла быть продолжена

Деев объяснил Радио Свобода, что еще когда Маккиарини продолжал работать в Краснодаре, но мегагрант подошел к концу, итальянцу удалось получить другой российский научный грант от Российского научного фонда, на этот раз всего на 20 миллионов рублей на два года. Маккиарини продолжил работать в Краснодаре, но, как рассказал Деев,"где-то в середине исполнения государственного задания по этому гранту стало ясно, что выполнить его не удастся – по субъективным причинам. Потому что отношения внутри научной группы сложились таким образом, что совместная работа не могла быть продолжена. Поэтому встал вопрос – либо разрывать договор и заявлять о том, что это государственное задание не будет выполнено, либо завершить программу исследований. Для того, чтобы продолжить, нужно было найти новую команду, найти новую площадку, которая способна реализовать сформулированные в заявке задачи”.

Маккиарини признает, что сейчас сделан шаг назад и предстоит осуществить многое, прежде чем технология может быть массово полезна для людей

Новой площадкой и стал Казанский федеральный университет, где Паоло Маккиарини теперь работает руководителем лаборатории. Здесь нужно сделать важное замечание: нынешний грант накладывает на хирурга жесткие рамки. Как подчеркнула представительница пресс-службы КФУ Наталья Дорошкевич, "грант РНФ, который Паоло Маккиарини реализует в КФУ, предполагает исключительно доклинические исследования и проводится по теме создания тканеинженерной конструкции пищевода для замены поврежденного органа на модели низших приматов. Пищевод не является настолько сложным органом, как взятая в прошлом за модель трахея, для подобной работы. Сам Маккиарини признает, что сейчас сделан шаг назад и предстоит осуществить многое, прежде чем технология может быть массово полезна для людей”.

Паоло Маккиарини на мастер-классе в Президуме Российской академии медицинских наук
Паоло Маккиарини на мастер-классе в Президуме Российской академии медицинских наук

Итак, Маккиарини пришлось сделать шаг назад, чтобы, по выражению Бенгдта Гердина, двигаться дальше шажок за шажком, не помышляя о скорых и смелых экспериментах на людях. Таких экспериментов итальянский хирург провел в общей сложности, если судить по открытым данным, около 14, как минимум семеро из них точно скончались, хотя сложно однозначно обвинить Маккиарини хотя бы в одной смерти, ведь его пациенты и до операции имели плохие медицинские прогнозы. Оставшиеся в живых испытывают тяжелые медицинские проблемы, трансплантация трахеи по методу Маккиарини – донорской или пластиковой – фактически не помогла никому.

"Конечно же, я всегда верил, что моя операция способна помочь пациенту, – заявил Паоло Маккиарини Радио Свобода. – Я глубоко привержен каждому из своих пациентов, которые буквально вверяют свои жизни в мои руки. Я посвятил жизнь поиску способа сделать заботу о пациентах еще лучше. Для меня нет ничего более важного”.

В декабре 2016 года группа шведских врачей опубликовала петицию, обращенную к российским властям, с предложением провести дополнительное расследование деятельности Маккиарини в России в свете открывшихся в ходе шведского расследования обстоятельств.

"Знаете, для любого ученого очень важно иметь доверие. И, боюсь, Маккиарини его лишился. Стоит ли Российскому обществу вкладывать деньги в ученого, в результаты которого никто не поверит? Сможет ли он отплатить чем-то обществу?” – задается вопросом Бенгдт Гердин.

Слово "мошенничество” – преуменьшение. Имплантация инородного тела по методу Маккиарини – медицинское преступление

"Все статьи Маккиарини начиная с 2008 года основаны на лжи. Я уверен, что в применении к нему слово "мошенничество” – преуменьшение. Имплантация инородного тела по методу Маккиарини – медицинское преступление, это нельзя назвать иначе”, – считает Пьер Делаэре, "конкурент и критик”, как его называет Паоло Маккиарини.

Возможно, это мнение слишком кардинально (Делаэре называет операции Маккиарини родом "медицинской пытки”). Возможно, желание Маккиарини помочь пациентам было искренним. В любом случае, его вину за обманутые ожидания как минимум наполовину должны разделить медиа.

Накануне публикации этого текста, источник сообщил Радио Свобода, что соавторам Маккиарини по статье в журнале Nature Communications (претензии к которой Маккиарини назвал "ни на чем не основанными”) поступило письмо – оно есть в распоряжении Радио Свобода – от редакторов журнала. Они предлагают им добровольно отозвать статью из издания в срок до 24 января 2017 года. В противном случае статья будет отозвана самим журналом.

Уважаемые посетители форума РС, пожалуйста, используйте свой аккаунт в Facebook для участия в дискуссии. Комментарии премодерируются, их появление на сайте может занять некоторое время.

XS
SM
MD
LG